Спасти черноморского дельфина

«Не вешать нос, гардемарины!»

При поддержке «Роснефти» возобновились научные исследования
Сколько дельфинов в Черном море? Этого не знает никто, потому что систематические исследования не проводились с начала
80-х годов ХХ в. Но в прошлом году стартовала программа наблюдений, рассчитанная на три года, сообщает «АиФ».

«Свист-автографы»

Партнёрами учёных стали нефтяники. Программу Института океанологии им. Ширшова РАН, предусматривающую полевые исследования, в т.ч. биоакустический и визуальный мониторинг, финансирует «Роснефть». Исследуется примерно четверть береговой линии побережья Кавказа от абхазской границы до Керченского пролива. Изучают все три обитающих здесь подвида: белобочку, афалину и азовку (морскую свинью).
В прошлом году для наблюдения использовали яхту и беспилотники. В нынешнем к делу подключат воздушные суда.
Научный сотрудник лаборатории морских млекопитающих Александр Агафонов сравнивает их с аборигенами Австралии. Те жили изолированно от остального человечества десятки тысячелетий. Наши дельфины тоже не общаются со средиземноморскими собратьями ввиду изолированности Чёрного моря, а живут там со времени его образования—примерно восемь тысяч лет.
Белобочки предпочитают держаться вдали от суши, афалины и азовки—у берега. Причём азовки, по словам Агафонова, образом жизни напоминают бродячих собак: питаются чем попало, заходят даже в загрязнённую Балаклавскую бухту. Возможно, поэтому больше всех подвержены болезням.
Учёные определили места преимущественного обитания дельфинов. В Крыму, к примеру, те предпочитают скалистый Южный берег и игнорируют пологие заливы типа Феодосийского. Видимо, это связано с миграцией рыбы. «Какие-то виды рыб есть везде. Но дельфин—не корова,—поясняет Агафонов.—Ему неинтересно «щипать траву» целый день. Нужно побыстрее утолить голод и заняться чем-то более важным».
Во время наблюдений исследователи использовали специальную аппаратуру для изучения акустической сигнализации дельфинов. Ведь у каждой афалины имеется индивидуальный опознавательный сигнал—«свист-автограф». Выявляя их на записях, можно достаточно точно подсчитать, сколько дельфинов собралось. С белобочками сложнее. «Мы первые, кто начал изучать их акустическую сигнализацию,—поясняет Агафонов.—Хотим понять, есть ли у них сигналы, подобные «автографам» афалин».

 

Сети и пластик

«Важно разобраться ещё и с выбросами погибших дельфинов, о которых часто пишут»,—добавляет гендиректор Научно-экспедиционного центра по исследованию морских млекопитающих Андрей Болтунов. По его словам, чаще всего масштаб явления преувеличен, но такие случаи всё же имеют место. Виной тому, скорее всего, рыболовство. Дельфины запутываются в сетях, получают травмы, рыбаки выбрасывают их в море, а потом ослабленных или уже мёртвых волнами прибивает к берегу.
Последствия загрязнения моря пластиковым мусором тоже бывают губительны. В Крыму, например, обнаружили белобочку, у которой в пасти застряла деталь от детской машинки и уже вросла в челюсть. Из-за неё она не могла нормально питаться, очень ослабела и в итоге погибла.
Так сколько дельфинов в Чёрном море? Это науке не известно. Пока! Но очевидно, что прекращение их промысла в 60-е не привело к восстановлению былой численности. Если в довоенное время добывали до 100 тысяч особей в год, а популяция всех 3 видов теоретически оценивалась в 1 млн, то теперь речь идёт всего лишь о тысячах.

М. НАБАТНИКОВА.

Другие статьи этого номера