Красный цвет—тревога и спасение

Брали не по чину: государству возместили 3,5 млрд ущерба от коррупции

На рубеже минувшего и наступившего года вышла и была представлена широкой общественности Красная книга города Севастополя. Корреспондент «Славы Севастополя» беседует с членами редколлегии издания: кандидатами биологических наук Л.В. Бондаревой—председателем Севастопольского отделения Русского ботанического общества и Н.А. Мильчаковой—заведующей лабораторией фиторесурсов, заслуженным экологом Севастополя (Институт морских биологических исследований имени А.О. Ковалевского Российской академии наук).

 

—Лилия Викторовна, Наталия Афанасьевна, когда на планете Земля была составлена первая Красная книга? Мы ведь не первые.

Наталия Мильчакова:
—Тревога за состояние живой природы овладела человечеством не сегодня и не вчера, а значительно раньше. На заре ХХ века, в 1902 году, в Париже представителями ряда развитых стран была подписана Международная конвенция по охране птиц.

—Не в те ли дни, наблюдая за вольным полётом пернатых через границы стран, люди осознали глобальный характер возникающих общих для народов проблем?

Наталия Мильчакова:
—Принятого во французской столице документа оказалось недостаточно. Появились акты и конвенции аналогичного содержания: о биологическом разнообразии; об охране дикой фауны, флоры и природных сред обитания в Европе; о международной торговле растениями и животными, которые находятся под угрозой исчезновения…

—В течение минувшего века к выпуску конвенций учёные и специалисты обращались всё чаще. Это свидетельствовало об ухудшавшейся обстановке с охраной живой природы…

Наталия Мильчакова:
—В прошлом году отмечалось 70-летие со дня образования Международного союза охраны природы и природных ресурсов—неправительственной организации при ЮНЕСКО. Этой сразу же ставшей авторитетной организацией была подготовлена к выходу в свет в 1963 году первая Красная книга. Она содержала достаточные сведения о 211 видах млекопитающих и 312 видах птиц, находившихся в то время под угрозой исчезновения. Не прошло и двух десятков лет, как под эгидой Международного союза охраны природы ученые обратились к изданию Красных книг отдельных государств.

—Так пробил час региональных их аналогов.

Лилия Бондарева:
—Здесь показателен пример Севастополя. В первой половине декабря 2003 года решением городского совета был утверждён «Перечень редких и находящихся под угрозой исчезновения видов растений, не занесённых в Красную книгу Украины, которые подлежат особой охране в границах территориально-административного образования г. Севастополя». В список вошли растения 65 видов в дополнение к 87 видам, уже занесённым в 1996 году в Червону книгу України.
Наталия Мильчакова:
—Ранее, 25 декабря 1978 года, утверждено приложение № 3 к постановлению исполкома горсовета «Списка редких и интенсивно уничтожаемых растений в зоне Севастополя, подлежащих охране (запрещённых к сбору)».

—Выходит, наш путь к Красной книге города-героя растянулся во времени на 40 лет.

Наталия Мильчакова:
—Она опирается на солидную директивную базу—это федеральные законы «О животном мире», «Об охране окружающей среды», «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов», постановление правительства Российской Федерации от 1996 года «О Красной книге Российской Федерации»…

—Оставалось нам на месте выработать директивные документы регионального уровня.

Наталия Мильчакова:
—И они появились. Вскоре после возвращения Крыма, Севастополя в состав Российской Федерации в декабре 2015 года заксобранием города был принят закон «Об особо охраняемых природных территориях…» В том же году правительством Севастополя было утверждено положение о Красной книге города. «Севприроднадзор» обнародовал ведомственные приказы. Они касались обеспечения работы комиссии по редким и находящимся под угрозой исчезновения у нас животным, растениям и грибам, а также утверждения списков объектов животного и растительного мира, подлежащих особой защите, выработки мероприятий по сохранению редких и находящихся под угрозой исчезновения в регионе видов животных, растений, водорослей и грибов.

—Осталось приняться за работу. Наталья Афанасьевна, мне известно, что вы внесли заметный вклад в формирование авторского коллектива севастопольской Красной книги.

Наталия Мильчакова:
—В первую очередь скажу, что в неё вошли очерки о 178 представителях животного мира, 176 видах сосудистых растений, то есть тех, которые произрастают на суше, одиннадцати видах водорослей и 19 видах грибов. Всего 384 вида животного и растительного мира. Большой Севастополь—это территория, на которой берут начало Внешняя, Внутренняя и Главная гряды Крымских гор. Это глубокие балки и каньоны, долины, прибрежная линия от мыса Лукулл на юго-западе до Сарыча на Южном берегу Крыма, рек Качи, Бельбека, Чёрной… Разнообразие геологическое, гидрографическое и климатическое обусловило буйство живого мира.

—В предисловии к Красной книге губернатор города Дмитрий Овсянников об этом пишет: «Севастополь—удивительный регион, который славится не только своей историей и памятниками различных эпох, но и необыкновенным природным богатством… Каждый из нас может внести свой вклад в дело сохранения природы и окружающей среды Севастополя». Но в начале, как принято говорить, было слово…

Наталия Мильчакова:
—Слово в нашем случае, как уже сказано,—это 384 очерка. Одному человеку их не написать. Удалось сформировать творческий коллектив из 72 специалистов, исследователей—лучших сегодня в избранном деле. Их имена приведены в книге. Для публикации в газете назову лишь некоторые организации, учреждения науки, в которых трудятся соавторы учёных и специалистов родного нам Института морских биологических исследований имени А.О. Ковалевского РАН. Рядом с нами встали коллеги из Национального научного центра РАН «Никитский ботанический сад», Крымского федерального университета имени В.И. Вернадского, Медицинской академии имени С.И. Георгиевского, Карадагской научной станции имени Т.И. Вяземского—природного заповедника РАН, Сочинского национального парка, Зоологического института РАН, Института биологии внутренних вод имени И.Д. Папанина, Кубанского госуниверситета, Московского института проблем экологии и эволюции имени А.Н. Северцова РАН, МГУ имени М.В. Ломоносова, Череповецкого госуниверситета, наконец, Донецкого ботанического сада. Редакционную коллегию возглавил начальник главного управления природных ресурсов и экологии Севастополя С.Ю. Самойлов. Обязанности ответственных редакторов взвалили на свои плечи доктор биологических наук, профессор И.В. Довгаль из Института морских биологических исследований и доктор биологических наук, профессор В.В. Корженевский из Никитского ботанического сада.

—Какое место отведено Красной книге Севастополя в научной, общественной жизни города?

Лилия Бондарева:
—Полный ответ на этот вопрос содержится в утверждённом региональным правительством положении о Красной книге. Она «является официальным документом,—говорится в нем,—содержащим перечень редких и находящихся под угрозой исчезновения видов (подвидов, популяций) диких животных и дикорастущих растений и грибов… которые постоянно или временно находятся (произрастают) в природных условиях (включая искусственные лесные насаждения)… Красная книга Севастополя содержит обобщённые сведения о современном состоянии видов животного и растительного мира и мерах по их сохранению и воспроизводству; является основной для разработки и реализации программ (планов действий), направленных на охрану и воспроизводство редких и находящихся под угрозой исчезновения объектов животного и растительного мира».
Наталия Мильчакова:
—Выход первой Красной книги—этапное, если хотите, знаковое событие в жизни города. Действующее в Российской Федерации законодательство предполагает издание Красных книг в субъектах федерации в том числе и в городах федерального значения—Москве и Севастополе. В этом деле наша страна шагнула далеко вперёд по сравнению со своими близкими и дальними соседями. В Республике Крым Красная книга вышла тиражом 300 экземпляров. Правительство Севастополя выделило средства на выпуск тысячи экземпляров нашей Красной книги. И все они разошлись главным образом по научным, образовательным учреждениям, библиотекам, профильным специалистам в области охраны природы и экспертам.

—Названия краснокнижных растений звучат как музыка: повой сольданеллевый, подорожник перистый, трагакант… Как бы не ошибиться в написании имени следующей травки—штернбергия безвременниковоцветная. Кажется, не ошибся, но победитовое перо авторучки едва не сломал на нём. Штернбергия, если повезёт, попадёт в поле зрения где-то на Байдарской яйле, на хребте Кокия-Бель, в других малопосещаемых человеком местах. Трава внесена в Красную книгу Российской Федерации, а значит—автоматом и в региональную Красную книгу. Ей определена предпоследняя первая категория как виду, находящемуся под угрозой полного исчезновения. Но ведь и штернбергия, и исчезнувшие в бухте Круглой, возможно, на годы, а то и навсегда мачок и подорожник, другие растения—необходимые звенья огромной биологической цепи. Возможно, та же штернбергия или любой иной не прирученный ещё злак милостиво откроет свою тайну и тем спасёт людей от тяжелых заболеваний.

Лилия Бондарева:
—Где-то в горах, в лесных чащах звенья этой биологической цепи легко разрывают в поисках пищи стада диких кабанов. Но на них все потери в природе не спишешь. Массовые «факторы и угрозы», пишем мы в Красной книге, иные: «незаконная вырубка деревьев для заготовки поделочной древесины», «пожары, чрезмерная рекреационная нагрузка», «сбор на букеты, выкапывание луковиц», «сокращение площадей лесов», «строительство в прибрежной зоне, в том числе объектов берегоукрепления, изменение береговой линии», «дноуглубление, придонное траление», «пиратская добыча морского песка». Перечень угроз можно продолжить. Одни не ведают, что творят, другие идут на природу осознанно и нагло—мол, на мой век хватит.

—Так будет всегда или брезжит надежда встретить сознательного индивидуума? По-моему, Герберт Уэллс верил в его появление. Как бы до этого момента Земля не «облысела», как сегодня Карпаты на Украине.

Наталия Мильчакова:
—Выпуск Красных книг в Севастополе и других субъектах Российской Федерации—не завершение, а начало пути к спасению того, что ещё можно спасти. У нас это прежде всего можжевельник всех видов, фисташка туполистная, тис ягодный, многие виды орхидей. Выпуск очередных Красных книг будет осуществляться через десятилетия. Им будет предшествовать мониторинг за счёт бюджетных средств, то есть ревизия, инвентаризация происходящих перемен. Правительство Севастополя и «Севприроднадзор» организовали заседание и «круглый стол» по проблемам экологии региона с участием авторского коллектива, представителей разных учреждений Севастополя и Крыма, общественных организаций. На нем профессор В.В. Корженевский выразил надежду, что второе издание Красной книги будет значительно меньше по объему, потому что количество видов, нуждающихся в охране, снизится.

—Один из первых исследователей флоры полуострова Карл Габлиц взял, как говорится, на карандаш уйму растений—521 вид, пришедший после него Пётр-Симон Паллас—990, из которых 970 так называемых семенных, остальные—папоротники, мхи и водоросли… Вспомним о том, что длительное время Карл Габлиц жил и работал в современном нам Черноречье, а Пётр-Симон Паллас—в известной в наши дни Терновке, где, по преданию, высокое небо всё ещё подпирает посаженный его руками платан.

Лилия Бондарева:
—В настоящее время только в Севастополе учёным известно свыше двух тысяч видов сосудистых растений.

—Ещё есть что беречь…

Лилия Бондарева:
—Что касается увеличения видов растений у Петра-Симона Палласа относительно наработок Карла Габлица, то наш показатель отнюдь не объясняется следствием дикой селекции или результативной природоохранной работой. Хочется верить, что она впереди. Тогда откуда впечатляющая прибавка видов растений? Они открыты исследователями и любителями природы. Только и всего.

—Неужели ни одного спасённого вида дикороса не удалось ещё исключить из перечня растений, подлежащих охране?

Лилия Бондарева:
—Мне не известен такой факт.
Наталия Мильчакова:
—Но тенденция в этом направлении обозначилась. Пример целенаправленной работы показывает Владимир Владимирович Путин. Вспомним птичьих эндемиков стерхов, дальневосточных тигров. У нас, в Севастополе и его окрестностях, особо охраняемые природные территории раскинулись на 25021 гектаре—это почти полтора десятка природных заказников, парков и памятников природы. Есть еще акватории, которые занимают более 25 гектаров. На этих землях имеют шанс выжить произрастающие там растения, а также обитающие на них животные. Некоторые из них—эндемичные, занесённые в Красную книгу Российской Федерации.

—Я показал Красную книгу города Севастополя (уж больно она хороша!) соседям. Один из них, захлопнув её алую обложку, сказал: «Отказываюсь от сбора дикорастущих цветов. Как раньше покушался на эту хрупкую красоту?» Как вы отнесётесь к тому, если кто-либо решится преподнести вам букет полевых цветов? Обычно дарят крепкие, самые красивые цветы. Получается селекция наоборот.

Лилия Бондарева:
—Мой научный руководитель профессор В.В. Корженевский признался, что ему стоит больших усилий заставить себя вырвать из земли с корнем то или иное растение. Жалко даже для нужд науки. Я полностью согласна с Владимиром Вячеславовичем, хотя приходится составлять гербарии. Новый год встречаю у… выключенного из сети вентилятора, украшенного серпантином.
* * *
Уже в этом году группа авторов Красной книги Севастополя, в том числе Н.А. Мильчакова и Л.В. Бондарева, отмечены благодарственными письмами правительства Севастополя за добросовестный труд и личный вклад в развитие рационального природопользования в регионе.

 

Интервью провёл А. КАЛЬКО.

На снимке: (слева направо) Д. Овсянников, Н. Мильчакова, С. Самойлов.

Другие статьи этого номера