Как защитить учителя?

Как защитить учителя?

И нужно ли его защищать? Если да, от кого? Ведь речь идет о людях, казалось бы, взрослых, самостоятельных, профессионально компетентных. В редакцию газеты поступило «открытое письмо».

 

На суд человеческий

Автор, учитель начальных классов одной из севастопольских школ, попросила не называть ее фамилию. Все данные останутся в редакции, по закону журналисты обязаны раскрывать свои источники информации только по решению суда. Не то чтобы эта женщина боится кого-то или чего-то. Вероятно, хочет оградить себя от пересудов, а то и открытых разбирательств, теоретически возможных в профессиональном, родительском сообществе. Да и нет необходимости в данном случае делать ссылку на чье-то конкретное имя. Проблема, которую высветило обращение в редакцию, общего характера и служит разве что поводом для дискуссий. Автор обращения так и сказала: «Хочу вынести на суд человеческий».
Согласитесь, суд человеческий и законотворческие нормативы—не одно и то же. Жизнь так многогранна и так необъятны самые разные проявления нашего бытия, что невозможно буквально все уложить в прокрустово ложе законодательных актов, должностных инструкций. Особенно там, где дело касается развития и становления человеческой личности, юной души, таких нравственных категорий, как добро и зло. Но все это, без всякого преувеличения, отчасти и есть епархия школы.
«Я работаю в обычной севастопольской общеобразовательной школе учителем начальных классов много лет. Очень люблю свою профессию. С болью констатирую: современный педагог систематически ежедневно подвергается стрессам, нападкам, агрессии, оскорблениям со стороны родителей, детей. Учитель не чувствует себя защищенным человеком со своим мнением, внутренним миром. Его сегодня некому защищать. Все только контролируют и ругают.
У школьников есть много защитников их интересов: родители, школьная администрация, психологи, социальные работники, попечительские органы, представители общественных организаций. Но кто защитит педагога? Нет ни одного органа, встающего на защиту его интересов, чести, достоинства. Невоспитанные родители и их такие же дети могут позволить себе любые оскорбительные высказывания, унизительные действия. Нередко в адрес учителя даже при небольшом расхождении в оценке воспитательного, учебного процесса сегодня раздаются угрозы. Фраза «Вылетишь с работы!»—не самая страшная…
Что со всеми нами происходит? И что же будет дальше, если не остановить этот процесс? Молодые педагоги уже сейчас не задерживаются в школе. Год-два—и прощайте! Ведь учитель, как показывает практика, априори в любом конфликте виноват. Сегодня очень много педагогов уходят из школы из-за давления, нападок родителей, которые считают себя умнее, грамотнее, влиятельнее. Даже замечания писать в дневниках учителям сегодня не рекомендуется, видите ли, это не нравится родителям и разрушает детскую психику. Мы словно обслуживающий персонал, которому дозволено лишь предоставлять образовательные услуги.
Можно ли воспитать, развить ребенка, помочь ему превратиться в культурного человека, ограничившись только лишь функциями должностных инструкций? Для меня очевидно, что нет, но, видимо, кто-то думает иначе…»

Андрей победил

Давайте попробуем ради эксперимента рассмотреть ситуацию школьных конфликтов, исходя из того, что современный учитель в первую очередь—специалист, оказывающий образовательные услуги. Причем речь идет не о старшеклассниках, которым уже привиты хоть какие-то представления о правилах поведения в общественном месте. Наглядный пример—объяснительная одного из учителей начальных классов, рассмотренная на заседании в мировом суде.
«Братья Андрей и Артем (фамилию не указываем.—Ред.) регулярно срывали уроки. Во время уроков разговаривали по мобильному телефону, показывали неприличные жесты. Сквернословят, на замечания не реагируют. На обращение учителя грубят: «Что надо?» Обижают девочек, ребят, которые слабее. Андрей дерется, в том числе и со своим братом. Травмировал ему левый глаз, ребенок с отслоением сетчатки лежал в больнице. На переменах ведет себя вызывающе, создает конфликтные ситуации, снимает их на телефон. Провоцирует потасовку и тут же делает видеозапись со словами «Мама, меня сейчас бить будут…» Во время уроков постоянно раскачивается на стуле. Была вероятность падения. В этом случае я взяла его за плечо…»
Прикосновение учителя и стало поводом для обвинений родителями ученика в рукоприкладстве и последующего разбирательства. Руководство школы заняло негласную позицию, что проще отстранить от работы с классом учителя и замять конфликт. Андрей остался с поддержкой мамы и закона, довольный и безнаказанный. Андрей победил!
Поднятая тема действительно дискуссионная, ее масштабы невозможно уложить в размеры одной газетной публикации. Кто-то вспомнит и приведет примеры обратные, когда учитель не прав. Всякое бывает. Все допускают ошибки, в том числе учителя, но очень редко это делается намеренно. В каждом случае, вероятно, необходимо персональное разбирательство.
Однако вряд ли кто-то оспорит мысль, что нынешние времена и нравы значительно повысили градус агрессии в нашем и без того неидеальном обществе. Встретить хама, убежденного в собственной безнаказанности, можно всюду: на лестничной клетке, в общественном транспорте, в очереди в магазине. Но то, что подобное поведение в школе становится заурядным явлением,—тревожный симптом. Его с очевидной «червинкой» плоды мы уже пожинаем. Как бы не отравиться в будущем…
Сегодня никто словно не желает помнить о том, что от того, насколько удачно и доверительно складываются отношения в школе между учеником и учителями, во многом зависят будущее детей, их поведение в социуме и внутрисемейные отношения. Времена, когда профессия учителя была престижной, канули в Лету. Это надо признать. Давно забыто чувство уважения и благоговения перед человеком, который не только учил наукам, но и помогал выбирать правильный жизненный путь, заменял родителей и просто был мудрым наставником. В настоящее время все это находится ниже критичной отметки. Это уже не нонсенс, когда на уроках дети позволяют себе хамство, не работают, не подчиняются требованиям, сидят в «телефонах» и бравируют тем, что учитель не имеет права ставить двойку за поведение, не имеет права разговаривать тоном, который не нравится. Позже многие описывают родителям ситуацию абсолютно противоположную, выставляя себя объектом травли. Любые воспитательные моменты могут нынче восприниматься школьниками в штыки.

УЧИТЕЛЬ НЕ МОЖЕТ «ДАТЬ СДАЧИ»

Оставим в стороне примеры. Основная причина—это воздействие социальных и политических факторов. Преподаватель остался один на один с возникающими проблемами, в том числе и в конфликтных ситуациях. К сожалению, не всегда даже педагогический школьный состав понимает, как защитить учителя от неадекватного поведения родителей.
Доказательство тому—раскаленный докрасна Интернет, где выложены сотни непридуманных историй. Вот одна из них: «…я выставила две «4» ученице. Мама девочки утверждает, со слов ребенка, что она не отвечала, хотя оценки были объявлены при всем классе. Каковы мои действия? Мама написала президенту и в организацию по защите прав детей. Она утверждает, что я унизила честь и достоинство ее ребенка и предвзято отношусь к ней. Теперь ребенок не ходит на мои уроки. Мама требует, чтобы я исправила оценки, требует замены учителя,—я их не устраиваю. Это уже второе их заявление. Требует также, чтобы администрация школы наказала меня за несвоевременное выставление оценок в электронный журнал. Директор вынес мне очередное замечание, чтобы отреагировать на заявление родителей. Что мне делать?»
Заметьте, вопрос «Что делать?» повторяется дважды. Человек действительно находится в стрессовом состоянии. В Интернете учителя просят помощи, советов друг у друга, обращаются к юристам. Им вменяется в вину все что угодно: от ущемления прав ребенка до необъективности выставляемых оценок.
Рекомендации тоже самые разные, в том числе невероятные: от пожеланий отстаивать свои права в суде, в прокуратуре до совета записывать все свои слова, выступления, урочные часы на диктофон. Педагогам рекомендуют заручаться поддержкой свидетелей, искать поддержку среди других, «вменяемых и справедливых» родителей.
В самих школах, как правило, стараются «не выносить сор из избы». В конце концов даже отчисление из школы невозможно до 15 лет. Ничего вроде не остается, кроме как признать, что «недосмотрели, спровоцировали, некорректно ответили, повели себя непедагогическим образом» и тому подобное. Ведь учитель не может «дать сдачи» не только физически, но и словесно.

Не заглушайте совесть

Ряды педагогов заметно редеют. Стареет педагогический состав. А молодые специалисты, есть такое ощущение, и вовсе боятся детей, тем более, их родителей. К 2029 году в стране, по словам министра образования РФ, не будет хватать 180 тысяч педагогов в школах. Сейчас ежегодно по контрольным цифрам приема на бюджет в педагогические вузы поступают 73 тыс. человек, из них только 33-34 тысячи доходят до школ.
Значение имеет, конечно, не только моральная сторона дела. Например, заработная плата автора письма, с которого мы начали беседу, не превышает со всеми надбавками 14 тысяч рублей в месяц. (Оклад—9800 рублей. С августа увеличится до 10100 рублей). Но о деньгах автор письма упомянула лишь, когда ей был задан прямой вопрос.
…Почему-то вспомнилось произведение А. Чехова «В родном углу». Процитирую: «Сколько разговоров про школы, сельские библиотеки, про всеобщее обучение, но ведь если бы все эти знакомые инженеры, заводчики, дамы не лицемерили, а в самом деле верили, что просвещение нужно, то они не платили бы учителям по 15 рублей в месяц, как теперь, и не морили бы их голодом. И школы, и разговоры о невежестве—это для того только, чтобы заглушать совесть».

 

Оксана НЕПОМНЯЩИХ.

Оксана Непомнящих

Обозреватель ежедневной информационно-политической газеты "Слава Севастополя"

Другие статьи этого номера