Приют для маргинала

А годы летят...

Кто и когда снесет пустующие дома, которые становятся прибежищем для бездомных?
Программа по расселению ветхих и аварийных домов в Севастополе, пусть и не без проблем, но все же работает. Людей расселяют, дают новые квартиры. Вот только дома, оставленные жильцами и предназначенные под снос, становятся приютом для маргиналов. Дом пенсионера Виталия Сидорова на улице Будищева оказался по соседству с таким зданием.

«По программе аварийного жилья наши соседи из дома № 4 на ул. Будищева 2,5 года назад получили квартиры. С тех пор дом пустует, разграблен, превратился в прибежище бомжей,—такими словами начиналось письмо в редакцию Виталия Сидорова.—Город сделал хорошее дело, но, как обычно у нас бывает, дело не доведено до конца. Возникает вопрос: кто будет сносить дом? Я обращался во многие инстанции. Самый позитивный ответ пришел из прокуратуры, где мне сообщили, какая организация отвечает за снос пустующего дома».
Действительно, дом Виталия Михайловича находится в какой-то паре метров от расселенного. Зайти в него страшно: стекла разбиты, повсюду—мусор, прямо у входа—непрозрачный и активный намек на общественный туалет.
—Мы часто вызываем полицию,—сообщил при встрече с корреспондентами «Славы» Виталий Сидоров.—Нужно сказать, что сотрудники полиции оперативно реагируют, приезжают, выводят бездомных, которые здесь обитают. В последний раз вывели семь человек. Но что может сделать полиция? Маргинальные личности возвращаются снова, только в последние дни стало потише. А так—шум, крики, драки. Два раза был пожар. Мягко говоря, крайне неприятное соседство.
Семья Виталия Сидорова переехала на ул. Будищева, 6, в 1988 году. Длительное время жили неплохо, дружили с соседями. В последние годы там проживало уже совсем небольшое количество жильцов. А вот сейчас соседству с подобным местом вряд ли можно позавидовать. По словам Виталия Михайловича, этот двухэтажный дом строили пленные немцы. По информации из открытых источников, год постройки дома—1917-й, и немцы не имеют никакого отношения к строительству. На многочисленные запросы пенсионера ответили из департамента городского хозяйства.
«Многоквартирный дом № 4 на улице Будищева не включен в казну города Севастополя в связи с тем, что департамент капитального строительства города Севастополя не представил в департамент по имущественным и земельным отношениям информацию по расселению из многоквартирного дома № 4 на улице Будищева»,—этот ответ датирован сентябрем 2019 года. По данным департамента городского хозяйства, ведомство направило письмо «о представлении полного пакета документов в адрес департамента по имущественным и земельным отношениям города Севастополя для включения аварийного дома № 4 на улице Будищева в реестр собственности Севастополя для дальнейшего сноса и ликвидации объекта недвижимого имущества».
Словом, хорошо, что Виталий Сидоров дал сигнал в департамент городского хозяйства. Впрочем, подобная ситуация наблюдается и с другими домами. Двухэтажный дом № 63 на улице Багрия выглядит не менее уныло, чем на Будищева. Об этом доме в правительстве есть информация. Он вошел в список аварийных домов, подлежащих сносу. Список был опубликован на официальном сайте в декабре 2018 года. «Площадь—1800 кв.м. На его месте возможна малоэтажная многоквартирная застройка». По некоторым данным, дом был построен в 1958 году. Хотя про унылость—это вряд ли. Признаки жизни на широкую ногу чувствуются при приближении. В «квартире» на втором этаже жизнерадостно развевается на ветру серая от грязи тюлевая занавеска, громко работает то ли телевизор, то ли радиоприемник (отключены ли коммуникации?). Поднимаемся на второй этаж, стучим в дверь.
—Кто?—испуганный мужской голос.
—Откройте, пожалуйста, мы из редакции.
—Не открою ни за что!!!
—Как давно вы живете в этом доме?
—Я здесь вообще не живу!
Понятно, человек пришел в гости, а мы его беспокоим всякими глупостями. В остальные квартиры—заходи кто хочет. Захочет, правда, мало кто: выбитые стекла, мусор, потолок вот-вот осыплется. Но доступ в дом и здесь свободный.
Еще в одном доме на Корабельной, 1, тоже предназначенном под снос, ситуация получше: стекла не выбиты. Сказывается близость к отделению полиции и следственному комитету. Зайти во двор не составило никакого труда. Во дворе—мангал со следами недавнего пикника, чья-то старая машина. Двери в квартиры частично закрыты, хотя при желании взломать их не составит никакого труда. По данным ЕГРН, «жилой дом блокированной постройки» № 1 на Корабельной был построен в 1916 году. Он также есть в списке домов под снос. В списке значится: «Изменение назначения земельного участка на «территорию общего пользования» с дальнейшим обустройством сквера и компактной зоной отдыха».
Очевидно, что зона отдыха здесь существует. Пусть и в несколько странном варианте.
Из ответа прокуратуры Севастополя Виталию Михайловичу Сидорову (есть в распоряжении редакции): «В ходе проверок, проведенных в 2018 году, установлено, что вопрос об определении органа, ответственного за снос расселенных домов на территории города, правительством не урегулирован, в результате чего расселенные дома не снесены. С целью устранения выявленных нарушений закона прокуратурой города губернатору Севастополя от 28.09.2018 года внесено представление, которое рассмотрено и удовлетворено. Правительством Севастополя приняты меры по организации сноса и исключению свободного доступа в указанные дома, в том числе на улице Будищева, 4».
В сентябре 2019 года в Севастополе была организована городская служба жилищного фонда. В функции службы включены «поддержание в безопасном состоянии многоквартирных домов, признанных ветхими и аварийными, подлежащих сносу и реконструкции». Прокуратура сообщила, что «согласно информации правительства от 13.09.2019 года, указанное бюджетное учреждение проведет мероприятия в части ограничения доступа в расселенные многоквартирные дома». Дозвониться в эту службу пока не удалось—по указанным телефонам никто не ответил.
Корреспонденты «Славы Севастополя» направили запрос в департамент городского хозяйства с вопросами: «Выделено ли финансирование на 2019-й и 2020 годы на снос домов? В какие сроки после расселения должен быть произведен снос домов? Почему не ограничен доступ в эти дома?» Ждем ответа. Ну а пока маргинальные личности решают вопрос с организацией своего приюта по-своему, с размахом.

 

Анна БРЫГИНА.

Другие статьи этого номера