Как закалялась стать… самого элегантного интеллигента российского экрана

Как закалялась стать...  самого элегантного интеллигента российского экрана

О ком же и о чем поведем наш рассказ? О бесстрашном командире авиалайнера в легендарном фильме-катастрофе «Экипаж»? О парадоксе любви российского зрителя к, казалось бы, врагу—брутальному шпиону-аристократу Михаилу Тульеву из «Ошибки резидента», первого фильма тетралогии? О… список, право слово, выстраивается длинный: и сыгранных этим человеком ролей в театрах страны от Магадана до Ленинграда, и знаковых, таких знакомых кинематографических персонажей. Этот блистательный деятель сценического искусства в конце своей актерской карьеры сыграл свою последнюю, 105-ю роль в 105-м проекте. В понедельник, 9 марта, мы отмечаем (так уж звезды сошлись!) именно 105-ю годовщину со дня рождения замечательного, неизменно узнаваемого нами, представителями, почитай, трех поколений россиян, талантливого артиста, литератора и мемуариста Георгия Степановича Жженова.

 

По «комсомольской путевке»?

…Уже на пике своей славы, в начале 80-х, Георгий Жженов из пачки лично ему адресованных писем из корреспонденции Театра им. Моссовета выделил одно, отложив его в сторонку. Внимательно перечитал трижды, сложил губы в обворожительную, чисто жженовскую улыбку, хохотнул со словами «Ну, милая, и кто же из «желтых» писак тебя надоумил задать мне такой наивно-трогательный вопрос?»
А суть заключалась в следующем. Девушка Агие, представившись коренной тофаларкой (малочисленный этнос, народ, проживающий в Восточной Сибири.—Авт.), спрашивала на полном серьезе Георгия Степановича: «Вы поехали на Колыму по комсомольской путевке?»
Вполне оправдана ироническая, хотя и слегка сардоническая усмешка Жженова, который по прочтении этого письма как бы виртуально представил заново свой по-библейски узкий, ностальгически-горестный путь по местам, так удаленным от центра России, что посылки туда после войны шли целых два года…
А речь идет о 16-летнем «сидении» Георгия Жженова в запредельно далеких сибирских «филиалах» ГУЛАГа. И вот за несколько лет до смерти Георгий Степанович решил посетить абсолютно все свои приснопамятные места Сибири и Дальнего Востока, где в жутких условиях осужденного по 58-й статье зэка прошла, почитай, вся его молодость…

 

Задумано—сделано…

…Этот очерк публикуется под рубрикой «Русский характер», что полностью соответствует цельной натуре, духовному стержню Георгия Степановича Жженова, которого природа наделила уникальной гаммой замечательных свойств: мужицкой хваткой, врожденным благородством, эдакой галантной интеллигентностью, честностью в сочетании с отвагой в поступках, когда на кон ставилась жизнь или сомнительного свойства мещанские принципы…
Примечательно, что в будущем народный артист СССР, обладатель десятков престижных, мирового уровня наград Георгий Жженов, как говорится, уже с младых ногтей чем-то заметно выделялся из ватаги «петроградских шпандосов», в среде которых прошло его босоногое детство.
…В третьем классе он безоглядно влюбляется в свою учительницу, да так, что позволяет себе даже «давать советы» по поводу ее одежды, за что был немилосердно бит матерью.
Пройдут три года, и Егорка уже ходит по пятам за девочкой Люсей из параллельного класса. До той поры, пока случайно не увидел, как она «жестко» прессингует в ходе игры в баскетбол, выполняя лэй-ап… Ему показалось, что женственность его пассии, образно говоря, нервно докуривает в раздевалке «бычки» до самой «фабрики»…
В 15 лет он уже влюбляется по-взрослому. На спор на глазах своей девушки сигает с парапета в ледяную воду Невы. А чтобы окончательно покорить избранницу сердца, которая, сидя с ним в цирке, громко восхищалась исполнением арабского сальто под куполом, недолго думая, Егор Жженов втихую идет на авантюру: берет документы своего 17-летнего старшего брата Бориса, и его зачисляют в эстрадно-цирковой техникум на обучение акробатике…
Помните у Высоцкого: «Она по проволоке ходила…» В нашем же случае он под куполом шапито, конечно же, произвел в урочный час пострясающее впечатление на девушку своей мечты. В биографических заметках Георгий Степанович, правда, никак не пролонгирует дальнейшие свои с ней отношения, но факт есть факт: пришел, увидел, поразил…

 

Его главная «ошибка»

Именно под куполом цирка Егора «высмотрел» оператор киностудии «Мосфильма», и Эдуард Иогансон, режиссер снимающегося в 1932 году немого фильма «Ошибка героя», приглашает его на главную роль тракториста Пашки Ветрова…
В своих воспоминаниях актер с явно иронической ностальгией пишет о том, что по сюжету киноленты ему, «целомудренному 17-летнему пареньку, пришлось набираться живой прелести долгих поцелуев». А пробовались, замечает он, «аж семь красавиц»…
Участие в съемках этой киноленты стало поворотным моментом в судьбе в будущем великого актера. Его теперь часто приглашают на съемки. Даже довелось «засветиться» в знаменитом фильме «Чапаев» в роли ординарца комиссара Клычкова (по жизни—Фурманова, бывшего фельдшера, автора одноименного романа, слегка удлинившего свою фамилию на две последние буквы.—Авт.).
С этой эпатажной лентой братьев Васильевых, кстати, у Жженова приключился некий казус. Кадры, где он подает чай комиссару, вырезали. Однако много десятилетий спустя одного лишь Г.С. Жженова приглашали по круглым датам на юбилейные «чапаевские» вечера в качества единственного пока еще здравствующего актеры из всей труппы…
…Летели годы. В стране накалялась политическая обстановка: шел интенсивный «отлов» «врагов народа». И так уж выпала горестно-судьбоносная фишка Георгию Жженову, что именно в ходе съемок фильма Сергея Герасимова «Комсомольск» он на свою беду ехал в поезде на ДВК в одном купе с американским дипломатом, с которым даже пил чай и беседовал на отвлеченно-невинные темы…
Позже, много лет спустя, выяснилось, что военный атташе США господин Фатмонвилл, конечно же, шпионил у нас, будучи резидентом американской разведки. Сакральное совпадение: по сюжету фильма «Комсомольск» молодой строитель социализма Маврин (роль Г. Жженова) активно участвует в развенчании… американского разведчика…
Нашлись, конечно, «добрые люди» и, как поет ранний Владимир Высоцкий, «шепнули, навели», и Жженов (в полном соответствии со своей фамилией—тончайшей метафизической оболочкой человека)… сгорел. Ему «припаяли» пресловутую 58-ю статью и засадили под № 605 в камеру внутренней тюрьмы НКВД. Это о ней в те годы был сложен такой вот стих:
На улице Шпалерной
Стоит волшебный дом.
Войдешь туда ребенком,
А выйдешь стариком…
…Спустя два месяца, пока решалась судьба героя нашего очерка, его перевели в легендарные «Кресты». Как-то под вечер Жженова доставили к следователю и предложили расписаться на постановлении ОСО НКВД СССР о его ссылке в лагеря.
Георгий вместо своей подписи набросал крупно и коряво: «Сдохла правда!» После чего загремел на 10 суток в карцер и через месяц был отправлен по этапу на Колыму.
Как теперь представляется и автору, и читателям, увы, далеко не по комсомольской путевке…

 

Хлебнуть пришлось по ноздри и выше…

Шестнадцать лет тянул гулаговскую лямку «изменник Родины» Георгий Степанович Жженов. И в стылых лагерях Магадана, и в Норильской барачной «ривьере» за колючей проволокой он сумел преодолеть все испытания и даже «пригодился» в составе культбригады в качестве артиста Магаданского и Норильского драмтеатров.
А хлебнуть каторжного лиха довелось вдосталь. Всего несколько эпизодов. Однажды вместе с сокамерниками его перевозили на очередной межэтапник морем на барже. Вместо хлеба выдали по «хвосту» ржавой селедки. Из трехсот зэков лишь двое, Жженов и бывший профессор-гастроэнтеролог, отказались от еды, потому как предвидели, что вместо воды, которой не запаслись, придется пить морскую… Из трехсот заключенных выжили девяносто…
…Передние зубы Георгий Степанович потерял в 1943 году, когда его угораздило заснуть на миг на лесоповале с… курительной трубкой, зажатой во рту. Свирепый вертухай (конвоир.—Авт.) одним ударом кулака вбил трубку Жженову по самое горло. С тех пор любимую носогрейку он больше никогда не курил…
…Однажды ему (это было в 1947 году) милостиво разрешили за десять километров в 40-градусный мороз «сходить» на «Приют № 17», где на почту пришли две посылки от его матери, датированные… годом окончания войны. Пошел, чуть не замерз, благо, что внутренний голос подсказал на урезе 6-го пройденного километра: «Вертай назад, подохнешь!» Вернулся, обморозив ноги… А когда по второму заходу милосердный (были и такие.—Авт.) начальник подвез на последнем, десятом километре Жженова на саночках до почты, выяснилось, что содержимое посылок превратилось в маслянистый твердый конгломерат из «останков» копченой колбасы, «Беломора», теплых носков, печенья и варенья…
…В своих воспоминаниях Георгий Степанович подробно пишет о том, как он в лагерях часто менял «профессии». Был водителем, случалось, выступал в артистических коллективах, несколько лет исполнял обязанности хлебореза… «Это была, кстати, опасная зэковская должность. Пункты для выдачи хлеба часто обворовывали, а на меня нападали,—пишет он.—И я даже «до ветру» ходил, бывало, засунув за голенище два-три ножа».
И, как бы в строку, он не смог не сделать приписку: «Я не украл ни единого грамма хлеба…»

 

Семейные легенды

Сын пекаря и доярки, уроженец глубинки Тверского края, Георгий Жженов трепетно относился к семейным корням. В одной из своих биографических записок он сообщает, что фамилия Жженов произошла где-то в середине XVII века по событийной оказии: прапрадед по линии отца парился в русской печке, и случилось несчастье—сжегся насмерть…
А вот со стороны матери, Марии Федоровны Щелкиной, генеалогический вектор указывает на прадеда—Матвея Щелкунова (есть вероятность, что где-то в ревизских сказках писарь нечаянно слегка подправил фамилию.—Авт.). Матвей Щелкунов, по версии нашего краеведа А.А. Строгонова, происходил родом из тверских крестьян и был активным участником первой обороны Севастополя в 1854-1855 гг. Известно, что он, рядовой лейб-гвардии Бородинского полка, отважно прикрывал отход раненых в сражении на Черной речке, за что был удостоен Знака отличия военного ордена на Георгиевской ленте и произведен в унтер-офицеры…
…В 35 километрах от Алушты на живописной низине раскинул свои владения поселок Рыбачий. Именно сюда, где у бухты Любви некогда располагался студенческий оздоровительный лагерь «Икар», вместе с внучкой Дарьей Жуковой сразу же после окончания съемок знакового фильма «Экипаж» приехал понежиться «на югах» Георгий Степанович Жженов. Это было летом 1979 года…
Через неделю именитый дедушка с внучкой посетил город-герой Севастополь. Здесь Жженов гостил впервые.
…Водитель алуштинского экскурсионного автобуса предупредил пассажиров: «На все про все у вас три часа». Георгий Степанович с внучкой успел побывать лишь в Военно-историческом музее Черноморского флота и, конечно, посетил Панораму. Очень хотелось ему посетить Братское кладбище, где в общей могиле был, по нетвердым семейным преданиям, похоронен его отважный прадед, но времени не хватило…

 

Печаль потерь и нечаянные радости

…Многие из нас, поколения, вкусившего свежесть перестройки в СССР, помнят слова из песни Танича и Шаферана «Так уж бывает» в исполнении Эдиты Пьехи: «Кто-то теряет, а кто-то находит…» Так вот, в контексте уникальных перипетий судьбы актера Жженова мы видим под углом его девяноста, нет, не градусов, а прожитых лет, жизнь, полную искрометных взлетов и падений, утрат и «счастливо выпавших билетов», жизнь человека, о котором один из фанатов творчества этого актера выложил на страницах Интернета следующее: «Таких уже сейчас не делают…»
…Буквально коротко обратимся к его печальным утратам и несбывшимся мечтам. Пожалуй, можно смело утверждать, что Жженов если не возглавляет, то и не замыкает пятерку отечественных подвижников сцены и экрана, которых периодически «урезали» и «задвигали».
Всего четыре из одиннадцати ярких примеров. В 1943 году он в ГУЛАГе подал три рапорта с просьбой послать его на фронт в любую из штрафных рот. Получил три отказа…
1966 год. На экраны страны выходит фильм М. Хуциева «Июльский дождь». В роли полусумасшедшего сотрудника КГБ—Георгий Жженов. Позади—полгода съемок, и Жженову образ, по мнению Юрия Визбора, сыгравшего роль одного из главных героев этой ленты, удался. Но на большом экране Жженов, увы, не «засветился». Кадры с его участием (примерно в общем итоге 10-минутные) вырезала цензура.
Спустя два года Жженов пробуется на роль умирающего Л.Н. Толстого в спектакле «Бегство в жизнь» в Театре им. Моссовета. Об этой сценической работе Георгий Степанович, как он признавался, мечтал всю жизнь. На последней репетиции присутствовала министр культуры СССР Е. Фурцева, которая решительно воспротивилась тому, как представляет великого старца в своем рисунке роли актер Жженов: «Зачем выставлять грязное белье классика на всеобщее обозрение?!»
И, наконец, широко известный фильм «Возвращение «Святого Луки» по сценической версии А. Бобровского. Жженову давно хотелось «войти в образ» выдающего себя за интеллигента от искусства мошенника, и он полагал, что кто-кто, а уж он более чем достоверно сможет сыграть роль авантюрного преступника Графа, «идущего на клей». (Жаргонное выражение в воровском сообществе, означающее «решаться на заранее подготовленную кражу».—Авт.).
Однако директор «Мосфильма», мудрейший Карен Шахназаров, не завизировал Жженова на роль отпетого мошенника. А резюме высокого чиновника стало притчей во языцех в актерской среде: «Если Жженов сыграет Графа, его зрители обязательно полюбят. Пусть «примерит мундир» следователя…
Но Жженов был упертым мужиком—ушел в отказ…
Случались в жизни этого замечательного Мастера сценического искусства и… приятные сюрпризы. 2000 год. Мэр города Челябинска высылает в Москву приглашение актеру Жженову приехать на родину его любимого учителя Сергея Герасимова для встречи с бывшими, теперь уже реабилитированными, как и он, узниками ГУЛАГов Сибири и Дальнего Востока.
Ничего не подозревая, Георгий Степанович конечно же принимает приглашение. И каково же было его удивление, когда в центре «спального» района в одном из дворов улицы Пионерской он увидел памятник… самому себе. И выдался тот редчайший в его жизни случай, когда у великого артиста навернулись слезы на глаза…
А ведь действительно, таких, как он, уже сейчас не делают…

 

Леонид СОМОВ.

Леонид Сомов

Заместитель редактора ежедневной информационно-политической газеты "Слава Севастополя"

Другие статьи этого номера