Дорогами войны: внуки—о дедах-фронтовиках

Дорогами войны: внуки—о дедах-фронтовиках

В годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. на территории СССР были разрушены 91000 километров автодорог, 90000 мостов и других инженерных сооружений общей протяжностью более 930000 километров. Это сухие цифры статистики той проклятой войны. Трудности возникали у водителей машин на каждом повороте дорог и в Севастополе. Об одном из фронтовых шоферов, бойце Николае Андреевиче Лободинове,—наше повествование.

 

Великую Отечественную Николай Лободинов встретил под Тирасполем водителем полуторки одной из воинских частей Одесского военного округа Юго-Западного фронта. Бои шли за станцию Раздельную, и шоферу приходилось решать множество вопросов для сохранности грузов. Особенно опасны были налеты немецких самолетов. После обороны Одессы в составе Приморской армии Николай Лободинов стал защитником Севастополя. О своем деде, участнике обороны Севастополя, поведал его внук—член Союза писателей России, мой коллега по работе на канале СТВ Андрей Лободинов, у которого всегда с собой фотография деда (на снимке).
Николай Лободинов ежедневно ездил из Инкермана (здесь наш город защищали бойцы и командиры 25-й Чапаевской дивизии), перевозил блоки на 35-ю батарею в Казачью бухту, раненых—в город, в госпиталь. Технические характеристики машины ГАЗ-АА (за основу был взят американский грузовик Ford-1930) были таковы: длина—5335 мм, ширина—2030 мм, высота—1870 мм, масса—1750 кг и грузоподъемность—1,5 тонны. В народе—просто «полуторка»! Одна из таких полуторок войны находится в штольнях Инкермана. Общество любителей старых автомашин предпринимало попытки ее разобрать, а затем, достав по частям, собрать этого труженика войны. Не получилось.
К слову, на площади Лазарева в ходе работ по реконструкции ул. Большой Морской нашли часть полуторки, разбитой в 1942-м. Много еще тайн хранит севастопольская земля! На пл. Ушакова были найдены и останки пятерых защитников города. Одного из них—Николая Гавриловича Чеховского из Каменец-Подольского—опознали по номеру ордена Красной Звезды, которым он был награжден в боях за Минеральные Воды…
Вспоминал Николай Лободинов и такой эпизод при обороне Севастополя. Подъехав к одному из источников, где жители осажденного города брали воду (с ней были проблемы, и иногда вместо воды в радиатор машины заливали шампанское—было и такое!), он и его спутники увидели несколько убитых осколками снаряда женщин и услышали плач ребенка, совсем крохотного. Подобрали, накормить смогли только сухарем, размоченным в воде. Увезли малыша в город.
6 июня 1942 года в Килен-балке Николай Лободинов был ранен и доставлен в Камышовую бухту. Затем морским транспортом эвакуирован в Сухуми. Великолепный климат, внимание врачей и медсестер сделали свое дело. Н. Лободинов поправил здоровье, отучился на офицерских курсах, получил звание младшего лейтенанта и вновь был направлен на фронт. В составе 3-го Украинского фронта 236-й стрелковой дивизии 814-го стрелкового полка в должности командира взвода в боях при обороне плацдарма юго-восточнее Тирасполя у села Пуркары при форсировании Днепра был легко ранен. Это было второе ранение и, увы, не последнее. В боях уже в составе отделения сводного Курского полка, будучи командиром стрелкового отделения, в районе венгерского города Секешфахервар 30 декабря 1944-го Николай Лободинов был ранен в третий раз.
Защитник Севастополя с 15 октября 1941-го по 12 июня 1942 года Н.А. Лободинов 4 января 1945 года был представлен к награде—ордену Красной Звезды за участие в боях с немецко-фашистскими захватчиками и три ранения. Но получил он орден только в 1946-м, когда продолжал службу в Румынии. К слову, в городе Тульче в этом же году у него родился сын. Дед рассказывал внуку о том, что дружил с румынскими офицерами и часто охотился в дельте Дуная и горах. Однажды подстрелил горную серну, продемонстрировав местным меткость советского офицера. Демобилизовавшись, Н. Лободинов вернулся в родной хутор Новенький Стан на Кубани, откуда в 1939-м был призван в ряды Красной Армии. Построил дом под огромной скалой, где и жили он, двое его сыновей, две дочери, внуки, а теперь живут уже и правнуки. Земляки до сих пор называют это место Лободиновским хутором.
Николай Андреевич после войны побывал в Севастополе в 1995 году. Только один раз! Место, где был тяжело ранен в июне 1942-го, не нашел. Но прошел по 35-й батарее, куда приезжал на полуторке из Инкермана. Защитник Севастополя уже с трудом ориентировался, но все же прокатился с внуком Андреем на катере. Скромно и без пафоса вспоминал дни обороны. А еще он в последние дни службы носил кубанку, как казак (офицером была разрешена такая форма одежды, но только казакам с Кубани!).
Мы помним имена тех, кто до конца оставался верным военной присяге, чести и доблести. Один из них—защитник Севастополя Николай Андреевич Лободинов, выполнивший свой долг до конца, покинувший осажденный фашистами Севастополь только тяжелораненым, одним из последних. Теперь дело за нами—сохранить память о подвиге защитников черноморской твердыни, память об этих мужественных людях, рядовых и офицерах…

 

В. МЕЛЯНСКИЙ.

P.S. Николая Андреевича долгое время волновала судьба родного брата—Андрея Андреевича Лободинова, который воевал, участвовал в Керченском десанте, был ранен. Умер от ран 9 января 1944 года. Не указано место захоронения бойца… Внук Андрей посылает запросы в Военно-медицинский архив Санкт-Петербурга. А жители хутора Новенького станицы Убеженской в Краснодарском крае на Кубани гордятся земляками, помнят и чтут героев Великой Отечественной войны…

Другие статьи этого номера