На передовой

Фронтовой заветный треугольник

Возражений быть не может: все без исключения поправки в Конституцию касаются субъектов Российской Федерации «от Москвы до самых до окраин». Но есть такие изменения, о которых севастопольцы, крымчане громче представителей любой российской глубинки скажут: «Это—о нас». Недостаточно заявить, что мы живем, как в песне поется, «на краешке земли». На землю нашу кто только не покушался в прошлом, кто только не покушается сейчас! В отстаивании суверенитета державы мы были и останемся первыми на передовой. Такова судьба.

 

К месту вспомним Владимира Машкова. Сравнительно недавно любимый актер театра и кино в составе большой группы видных деятелей культуры был приглашен в Кремль на встречу с В.В. Путиным. Традиционно разговор шел о деньгах, необходимых на постановку новых спектаклей, о ходе ремонта или строительстве театров, концертных залов. Кто-то спешил на выручку коллегам, попавшим в поле зрения ревизоров. Деятели культуры—народ увлекающийся.
Владимир Машков ушел с проторенной тропы. «Кто-то претендует на территорию Крыма,—эмоционально сказал он,—а кто-то присматривается к Калининграду. В связи с этим я могу (правда, не совсем точно) сформулировать, пусть юристы помогут: мне кажется, что было бы неплохо закрепить в Конституции запрет на отчуждение территорий России. Отдавать нельзя и даже вести переговоры по этому поводу нельзя. Железобетонно». После слова «железобетонно» можно и пару, а то и три восклицательных знака поставить.
Что подвигло мастера сцены и экрана обратиться к теме, необычной для большей части людей его круга? На этот счет можно строить лишь гипотезы. В самом деле, время от времени со всех сторон доносятся стенания: «Верните Крым!» Известно для чего. Чтобы на пьедестал вместо поваленного бронзового Нахимова статую Бандеры взгромоздить. Чтобы не в столь далекой перспективе натовскую (читай—американскую) базу развернуть на «непотопляемом авианосце», как еще называют наш полуостров. И не одну базу.
Автору этих заметок было дано это почувствовать еще при Украине в ходе беседы с американским послом Дж. Хэрбстом у Графской пристани, в кафе «Риф». За столиком нас оказалось пять человек. Что было самым удивительным, так это то, что кофе, фрукты, пирожное подали лишь скряге—господину послу и моему руководителю. Два настырных помощника гостя и верный ваш слуга остались ни с чем при своих фотоаппаратах и диктофонах. Если бы представился случай, то любой из нас, уважаемый читатель, по-русски щедро этих несчастных помощников, ладно уж, и самого посла в придачу, и напоил (не только кофе), и накормил, и спать уложил бы. Все-таки гости, хоть и американцы.
Редко, но слышно от Дж. Хэрбста (теперь в Вашингтоне он—большая шишка) и, что обидно, от его подпевал—некоторых наших либералов: «Верните Крым!» Кому вернуть Крым и Севастополь, политый кровью Нахимова и Корнилова и их витязей, кровью героев Великой Отечественной? Кому вернуть? Недобитым бандеровцам—пособникам немецких фашистов? Как язык может повернуться произнести слова в их пользу? Не стыдно? Выходит, не стыдно. Повредились разумом, честное слово.
Где-то в Тарусе любителю дачной клубники тоже кажется, что Крым не наш. Нам, говорит, накладно содержать вас, крымчан. Я ему возьми и выдай то, что тут уже изложил. «Да-а-а»,—протянул собеседник.
Еще дольше идет дискуссия с японцами насчет Курильской гряды. В лихие 90-е при Ельцине их, похоже, обнадежили настолько, что на Итурупе сверх планов засиделся мой дальний родственничек. Ему очень хотелось вернуться на материк с машиной и пухлым от «зелени» кошельком. Он верил в посулы японцев.
Прав Владимир Машков: недруги зарятся не только на Крым, но и на Калининград. Вблизи этого города провокационные военные учения устраивают, страх нагоняют. Одна из стран Балтии на часть земель Псковщины претендует.
Видимо, когда-то мы повод дали, рубаху на груди рванули. У Даманского на Амуре, например, в 60-е годы после кровопролитного противостояния с маоистами-китайцами.
—В «нулевые» годы,—говорит в беседе со мной заместитель директора по развитию и научной работе Юридического института Севастопольского государственного университета, кандидат юридических наук С.А. Васильев,—от Дагестана два сельца отошли в состав Азербайджана. Это произошло достаточно незаметно. Прецедент.
В Рязани Станислав Александрович окончил Академию федеральной службы исполнения наказаний. Преподавая конституционное и муниципальное право в Московском государственном юридическом университете имени Кутафина, молодой специалист защитил диссертацию на тему: «Взаимодействие органов государственной власти, правоохранительных органов с общественными объединениями в сфере защиты прав человека». С.А. Васильев работал в Министерстве науки и высшего образования, где в качестве заместителя начальника одного из департаментов курировал вопросы научной аттестации. Заметным событием в жизни Станислава Александровича стала полугодовая командировка в Севастополь, где его опыт пригодился в нашем госуниверситете. Два года спустя он получил приглашение сюда на работу.
На новом месте С.А. Васильев находит время на творчество в области права. Педагог и исследователь участвовал, например, в разработке проекта устава Севастополя, законов о правительстве города, о его государственной гражданской службе и других нормативных актов, что свидетельствует о тесном сотрудничестве Юридического института Севастопольского госуниверситета с руководящими органами региона, прежде всего—с заксобранием.

—Станислав Александрович, в Основном Законе Российской Федерации, если поправка в статью 67-ю будет внесена (а у меня нет сомнения в том, что она будет внесена), войдет в силу положение о недопущении действия, направленного на отчуждение части территории страны. Не только действия в этом направлении, но и призывов к нему. Не допускается… Каким образом не допускается? Отдельным законом?
—Уже сейчас существует законодательная база, согласно которой запрещена пропаганда, влекущая за собой изменение конституционного строя. Хотя не исключено внесение некоторых изменений в соответствующие статьи Кодекса об административных нарушениях или даже в Уголовный кодекс. Или же суды будут квалифицировать возможные правонарушения такого характера по статьям, которые существуют.

—Слова поправок в тексте Конституции Российской Федерации сделают Фемиду и зорче, и принципиальнее. Конституция—юридический или политический документ? На эту тему высказываются различные суждения…
—Мысленно вернемся к тревожным и трагичным событиям октября 1993 года, когда государственный совет (парламент) противостоял президенту Ельцину.

—Дошло до пальбы по зданию правительства Российской Федерации…
—Стороны противостояния представили на рассмотрение депутатам свои проекты Конституции Российской Федерации. Победил Ельцин. Прошел его проект. Мы приходим к выводу, что Конституция—юридический документ, которым оформляются существующие на данный момент политические отношения. Так что судите сами, Основной Закон—юридический или политический документ. Убежден: он все-таки юридический.

—Спрогнозируйте, пожалуйста, реакцию на него со стороны европейцев в части поправок в области отчуждения территорий.
—О реакции Киева легко догадаться. В Конституции Украины до сих пор содержится статья о том, что наш город прямо подчинен верховной власти этого государства.

—В поте лица трудится и представитель-заочник его руководства в Крыму и Севастополе. Реликт!.. Хочу вас спросить еще о другом. Часть 4-я статьи 15-й Конституции образца 1993 года звучала так: «Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотрено законом, то применяются правила международного договора». Выходит, наш национальный закон—пустышка по сравнению с международным законом. Как можно было жить по таким правилам?
—В настоящее время поправка в Конституцию Российской Федерации (статья 125-я) расставит точки над «i»: «Конституционный суд Российской Федерации… в порядке, установленном федеральным законом, разрешает вопрос… о возможности исполнения решений иностранного или международного (межгосударственного) суда, иностранного или международного третейского суда (арбитража)… в случае если это решение противоречит основам публичного правопорядка Российской Федерации».

—Таким образом, в случае принятия поправок в отечественную Конституцию мы вправе сказать «да» или «нет» по поводу вынесенного где-то в Европе вердикта. Как к этому отнесутся глобалисты?
—А никак, что бы ими ни было сказано. Мы не первые. В Старом Свете национальное законодательство ставят выше международного—и в Англии, и в Италии…

—Отдельные соседи «наезжают»: одному или двум сразу Крым отдай, другому—Калининград, третьему—кусок территории у Пскова. А мы возьмем да и в ответ потребуем назад Аляску. Вам, Станислав Александрович, поручим набросать Конституцию Республики Аляска.
—Курьезы (правда, отдельные из них) живучи. Вот курьез по поводу возврата Крыма уже шесть лет «здравствует». Стоит ли вдабавок к нему тяжбу насчет Аляски затевать?

—По-моему, в сумбурный 1992-й жители сел Терновского сельсовета Бахчисарайского района затеяли местный референдум по поводу присоединения к Севастополю. И присоединились к нам, о чем в острых спорах принималось решение. В настоящее время нет-нет да и прошелестит кем-то вброшенная идея вхождения Севастополя в состав Республики Крым. Реванш—вернуть Терновку вместе с Севастополем. Насколько это серьезно?
—Еще один курьез. Севастополь, Республика Крым—равноправные субъекты Российской Федерации, что закреплено в ее Конституции. Не вижу перспективы для этой идеи, хотя до меня о ней тоже доходили слухи. На уровне слухов она и останется.

—В одной из поправок запомнилась фраза о вводимых возможностях создания федеральных территорий с прямым федеральным подчинением. Это о нас?
—Известны федеральный уровень власти, уровень власти субъектов Российской Федерации и муниципальный. Федеральное управление, надо думать, вводится там, где есть необходимость реально строить четкую федеральную политику. Это могут быть воинские части, атомные станции, особо охраняемые природные территории, прочее. Это не о нас.

—Из разговора с вами, Станислав Александрович, я понял: проголосовав за поправки в Конституцию Российской Федерации, мы поставим заслон посягательству на наши территории. Он угомонит аппетиты ближних и дальних соседей и доморощенных «борцов за справедливость». Гарантии Конституции, написанной на десятилетия вперед, нерушимы. Спасибо вам, Станислав Александрович, за беседу. Успехов в вашей полезной деятельности.

 

Интервью провел А. Калько.

На снимке: С.А. Васильев.

Фото автора.

 

Сказано!

Владимир Шаманов—председатель Комитета Госдумы по обороне, Герой России:
—Много желающих «растащить» нашу Родину на кусочки, но это не пройдет. Уверен, что долг каждого из нас—принять участие в таком важном историческом событии Великой России, как голосование за внесение поправок в Конституцию Российской Федерации.

 

Поправка. Ст. 67:

«2.1. Российская Федерация обеспечивает защиту своего суверенитета и территориальной целостности. Действия (за исключением делимитации, демаркации, редемаркации государственной границы Российской Федерации с сопредельными государствами), направленные на отчуждение части территории Российской Федерации, а также призывы к таким действиям не допускаются».

Другие статьи этого номера