«Мы боялись, что нас разбомбят и что в деревню придут немцы… Пусть ваши дети никогда не узнают ужасов войны!»

Мои солдаты Победы

До 75-летия Великой Победы осталось совсем мало времени. Едва ли не у каждой семьи в России есть что вспомнить, о чем рассказать. Своими воспоминаниями о том, что ей пришлось пережить в годы Великой Отечественной войны, делится жительница Севастополя Фаина Александровна Жирова.

 

Дорогами войны

«Шло лето 1941 года. Солнце светило ярко, повсюду играла музыка и раздавался звонкий смех—проходили выпускные вечера, и ничто не предвещало беды. Но все изменилось, когда ночью враг ступил на нашу землю. Дети сразу повзрослели. Исчезли улыбки на лицах. Началась страшная война.
Мой отец, Петров Александр Федорович, кадровый офицер, сразу ушел на фронт. В это время беременная мать гостила у своих родных в Смоленске, а мы с братом отдыхали в оздоровительном лагере под Ленинградом. Мама сразу поехала за нами, но уже не застала нас в лагере—детей погрузили в товарные вагоны и повезли вглубь страны.
Когда немцы вошли в Смоленск, всех наших родных—бабушку, дядю, его жену и двух детей—расстреляли. Другой брат мамы, дядя Володя, ушел в партизанский отряд, где работал врачом. Был схвачен немцами, замучен и казнен. Сейчас в деревне Гусино Смоленской области на здании райсовета размещена памятная доска, на которой золотыми буквами высечено имя Героя Советского Союза Владимира Гусинского—моего дяди. Кроме того, издана книга «Изверги», где рассказывается о местном партизанском движении.
Во время нашей эвакуации вагон, в котором мы ехали, разбомбили немцы, и мы с братом, мне было 5 лет, ему—3 года (на снимке: дети войны) вместе со всеми детьми продолжили движение то пешком, то попутным транспортом. В деревнях люди нас подкармливали, иногда оставляли на постой. Так мы очутились в детском доме в Кировской области Вельском районе.
Поселили нас в школе. Ели что придется, хлеба и сладостей не было. Но самое главное—выжили. Ходили по полям, собирали что осталось: брюкву, репу, картошку… Жарили овощи на костре, ели траву. Было очень вкусно! Один раз набрели на место, где делали для скота жмых, и он был нам вместо конфет.
Ложась спать, мы всегда думали: хоть бы встать на следующий день и не умереть. Боялись, как бы вражеские самолеты нас не разбомбили и чтобы в деревню, где мы жили, не пришли немцы.
Вскоре нас нашла мама, но забрать не могла, так как забирать было некуда. Она жила в деревне Талица, и в январе 1942 года у нас появилась сестра. Мама была медсестрой, она снимала комнатушку в избе и помогала всем в деревне. Когда война закончилась, мама нас забрала из детдома, и мы поехали домой, в город Полярный, в товарном вагоне.

 

Мирная жизнь

Отец вернулся с фронта. Ушел лейтенантом, а вернулся подполковником, имея множество наград. Был в плену, бежал. Служил командиром штрафного батальона, был ранен, контужен. После войны он служил комендантом Полярного. Жили мы все в одной комнате, а нас, детей, было уже четверо. Я пошла в школу, но ни бумаги, ни карандашей, ни учебников тогда не было.
После всего пережитого говорила я плохо, училась буквы выговаривать. Затем по состоянию здоровья матери отца перевели в Севастополь. Для нас это было большой радостью: тепло, солнце, море… Мы, дети, были очень счастливы. Это было лето 1950 года. Когда мы ехали по Альминской долине, я впервые увидела фрукты, растущие на деревьях. Для нас, детей-северян, это было сказкой. Ведь на Севере, который мы объехали вместе с отцом, были только сухое молоко, сухая картошка и соленая капуста, да и то ограниченно. А сахар давали по одному кусочку, и мы пили чай вприкуску. Так что в Севастополе мы словно попали в рай.
Я пошла в 29-ю школу в пятый класс. Жили мы в бараке в одной комнате без удобств (потом там находился кинотеатр «Мир»). В комнате стояли две железные кровати: на одной спали братья, а на другой—мы с сестрой.
Отец был командиром строительного батальона, восстанавливающего Севастополь. Город восстанавливали также пленные немцы и строительные бригады. Севастополь был разрушен, осталось всего несколько домов, а вместо вокзала стоял товарный вагончик.
Папа умер в 1965 году, ему было всего 52 года. В 16 лет я пошла работать, так как пенсия по утрате кормильца была небольшой, а у мамы—и того меньше. В 1962 году я вышла замуж за коренного севастопольца Жирова Аркадия Герасимовича. Его отец погиб в Севастополе в начале войны: их корабль разгромили прямо в порту. Его имя занесено в Книгу Памяти Севастополя.

 

Великий праздник

Мой муж умер в 2003 году. Теперь меня поддерживают две дочки, 3 внучки и 4 правнука. После того как в 1972 году я окончила техникум советской торговли по специальности «Техник-технолог по приготовлению пищи», по специальности проработала 52 года, имею много наград. И сейчас я, инвалид 2-й группы, не лежу на диване, являюсь председателем ветеранской организации Гагаринского района (участок № 22).
9 мая Севастополь будет отмечать 75-ю годовщину Победы и 76-ю годовщину освобождения Севастополя. Мы помним, мы гордимся воинами-освободителями. Севастопольцы, любите свой город, гордитесь им! Любите свою Родину, как свою мать, как учителей, которые дают вам путевку в жизнь. Помните тех солдат, которые отдали свою жизнь за вас. И пусть никогда ни вы, ни ваши дети не узнают ужасов войны. Вечная память погибшим за нашу Родину!

Другие статьи этого номера