Весеннее

Весеннее

Наискосок от окон моей квартиры на соседней улице расположен домишко эпохи социального равенства под некогда модной серой «шубой». Остается загадкой, как и когда на обращенную на улицу глухую шершавую стену под крышу было нанесено граффити: букет тюльпанов и вспышка эмоций—«С днем рождения, Анечка!»

 

ВесеннееЭто в настоящее время самая распространенная мода: слова на стенах, на асфальте, если деньги есть—то и на придорожных необъятных рекламных плоскостях. С фотографиями! И вдруг на выезде из Балаклавы вижу новинку жанра: у последнего перекрестка посеянная травка образовала сердечко. В центре его взошли трогательные анютины глазки. В Балаклаве, вижу, на благоустройство центра наняли приехавших издалека сезонных рабочих. Как бы не один из них таким образом выразил свои чувства в отношении своей жены или невесты… Все может быть. Хотя почему приезжий (при всем к нему уважении)? Приятной выдумкой мог отличиться и кто-то из местных жителей.
…Место замечательное. Рядом журчит источник, несмотря на взгромоздившийся над ним не дом, а монстр. Это справа, если въезжать в Балаклаву, а слева струится Балаклавка, так сказать, в среднем ее течении. Речушку не успел целиком накрыть полог весенней зелени. У рынка она ныряет под массивные железобетонные плиты. Видимо, только так речку можно защитить от бытового мусора не шибко сознательных граждан.
Хотя судьба Балаклавки может и измениться. Летом минувшего года на бережке под сенью деревьев в присутствии местного начальства прибывшие из города проектанты и чиновники на переносном столике расстелили выполненные в цвете чертежи. На них были нанесены и аллеи, и фонтан, и Балаклавка с набережной для прогулок. «Таким должен быть въезд в город»,—говорили, полагаю, серьезные люди. Поживем—увидим.
Тротуарчик с новым покрытием ведет дальше, мимо заглохшего скверика у пустующего в настоящее время здания бывшей конторы агрофирмы «Золотая балка». По пути бросаются в глаза кустарники. Из них одни роняют на землю лепестки, а на других только вчера раскрылись бутоны.
Цель прогулки—каскад не больших и не малых давно не чищенных водоемов. Удивительно, но они обжиты стайкой диких уток. Первая пара вовсе не собиралась юркнуть в дремучие заросли камыша. Напротив, устремилась навстречу в надежде полакомиться хлебом. Но кто знал, что вы здесь поселились? Разочарованные селезень и утка удалились на середину пруда. Уточка принялась за привычное дело. Раз за разом она уходит под воду—так вернее добыть пропитание. Селезень остается на поверхности. Он старается обратить на себя внимание подруги и издаваемыми звуками, и глубокими кивками головы: вверх-вниз, вверх-вниз. Весна, однако…
К кряжам сваленных тополей откуда-то пришла одноглазая кошка. Видимо, ее жалеют и подкармливают любители порыбачить. Но сегодня их не видно. И мы, увы, без «тормозка».
На следующий день пришли с угощением и для уток, и для кошки. Умеют же они пировать, что не дано отдельным людям! Вчера после нас или сегодня перед нами на плотине отдыхала компания—явно в пику карантину. После нее остались бутылки и жестянки из-под пива, одноразовая посуда, упаковка из-под сигарет. Если не подбирать это «добро», то не одно поколение людей обречено жить в человеческих отбросах. Жестянка рассыплется в течение веков, стеклу—тысячелетий мало.
Спасем природу! Пусть и в будущем она несет только радость.

А. КАЛЬКО.
Фото автора.

Другие статьи этого номера