Свет «Зеленой лампы»

Механик тральщика «Якорь».  Из племени победителей

Каждый раз веет теплом и уютом, когда произносишь название литературно-художественного альманаха 1-й севастопольской гимназии имени А.С. Пушкина «Зеленая лампа». Нынче она излучает мягкий свет 52-й раз со дня выхода в 1992 году первого номера. Свет особый. Несколько, как кажется, приглушенный. Ведь страницы издания отданы произведениям, посвященным 75-летию Победы СССР над немецко-фашистскими захватчиками и их сателлитами.

 

Коллективом авторов альманаха названы известные на данный момент имена выпускников гимназии (в прошлом средней школы № 1), отдавших свою жизнь в сражениях с жестоким и коварным врагом: Вилор Чекмак, Борис Вайнблат, Елена Зорина, Борис Захаров, Виктор Юрьян, Леонид Дрозач, Анна Горелова, Надежда Сидоренко, Михаил Бехметьев, Константин Реуз, Николай Кузнецов…
Борис Вайнблат—выпускник 1939 года. Очерк о нем в «Зеленой лампе» принадлежит перу директора гимназии В.А. Оганесяна. «Борис был душой школы,—говорится в публикации.—Все думали, что он станет артистом…» И родители связывали будущее сына со сценой. Борис мечтал о карьере артиста. Но он поступил в военное училище. Над Европой, над миром клубились, грохотали черные тучи. Извергая ослепительные молнии, они накатывались на рубежи СССР с Запада, Дальнего Востока и с Севера… До сцены ли, когда Родине грозит опасность?
После выпуска судьба отмерила Борису Вайнблату год-полтора мира. И где? В краснозвездной Москве.
На столе автора очерка оказалась стопка писем курсанта той поры. Домой он, в частности, сообщает о напряженной подготовке к сдаче спортивных норм по лыжне. На ней южанину поблажек не было. «Трудно мне,—пишет Борис,—но надо, а раз надо, значит, будет сделано». А неделю спустя: «Мамочка, сообщаю тебе замечательную вещь: сдал лыжные нормы на отлично! На тот момент лишь одна отметка «хорошо», остальные—только «отлично».
Борис Вайнблат не упускает возможности посещения столичных театров, где посмотрел спектакли по пьесам «Дети солнца», «Слуга двух господ». В присутствии 60 тысяч болельщиков, в том числе и севастопольца, на футбольном поле схлестнулись «Спартак» и «Торпедо». Однажды увольнение курсант провел на сельскохозяйственной выставке. Были еще музеи, бал молодежи. В письмах постоянно были места, подобные этому: «Мне ничего не надо. Мне надо только вы. Если я вас всех увижу—это заменит мне все, абсолютно все».
Необычайно теплые слова адресовались сестренке «Ноночке, Нонуське». В настоящее время в городе живет племянница Бориса Вайнблата, выпускница 1970 года средней школы № 1 Дина Коган (Фогель). «Зеленая лампа» пролила свет на ее воспоминания о дяде: «Он попал на фронт (в район Збаража Тернопольской области.—Авт.) в первые дни войны, и кроме извещения, что он пропал без вести, никаких следов мы найти не могли». «Если озверелый враг посмеет нарушить границы нашего государства, я пойду в бой в первых рядах и буду драться до последней капли своей крови за нашу необъятную социалистическую Родину».
Учитель русского языка и литературы гимназии № 1 имени А.С. Пушкина, член редколлегии «Зеленой лампы», поэт Борис Бабушкин посвятил герою стихотворение:
…Моя незаживающая рана,
Убитый тезка мой, Борис Вайнблат.
В очередной раз Борис Маевич обратился к бумагам, оставшимся после отца, М.З. Бабушкина. Свыше 40 лет Май Залманович работал в редакции нашей газеты. Широк был круг тем его статей и очерков. Главная—тема всенародного подвига советского народа в период Великой Отечественной. Когда-то на страницах «Славы Севастополя» Май Залманович опубликовал очерк о начальнике политотдела 172-й дивизии Георгии Шафранском. Журналист посвятил много времени сбору сведений об этом отважном защитнике главной базы Черноморского флота. В интервью газете Герой Советского Союза Мария Байда назвала Георгия Андреевича главным примером в своей жизни.
Борис Бабушкин обнаружил второй (или третий.—Авт.) вариант очерка о Георгии Шафранском. Он и помещен в альманахе под рубрикой «Наши публикации»: «…Начальник политотдела дивизии всегда находился на самых горячих участках фронта. В критические моменты боя поднимал бойцов в контратаки. Георгий Шафранский удался и ростом, и статью. Подчиненные болели за него: «Вы, товарищ батальонный комиссар, все же пригибайтесь, когда двигаетесь по окопу: немцы рядом…»
Г.А. Шафранский погиб в последние дни героической обороны Севастополя.
В очерке Мая Бабушкина в числе отличившихся назван Захарьян. Не тот ли это Захарьян, имя которого занесено на памятную гранитную плиту на стене дота у поселка Первомайка? Уцелевший в нелегких испытаниях «первомайский» Левон Захарьян долгие годы руководил самым-самым передовым колхозом «Завет Ленина» Джанкойского района. О Левоне Калустовиче я писал в «Славе Севастополя» в начале 80-х минувшего века. И вдруг, как подарок, в публикации «Зеленой лампы» читаю имя дорогого мне человека.
Около полутора десятков учащихся гимназии (Виктория Давыдова, София Гришина, Надежда Стукалова, Макар Савин, Константин Краснов, София Чутких…) подготовили для альманаха заметки и стихи о пра- и прапрадедушках. Потрясающие человеческие документы! Щемящи слова зарисовки одиннадцатиклассницы Александры Фортун. За городом, на непаханом просторе девушка вспоминает: «Кто-то в детстве рассказал мне, что там, где проходили жестокие войны, где погибло много людей, растут красные маки… Неизвестный, кто ты? Почему ты страдал? О чем думал? Ведь ты тоже хотел жить, видеть это солнце, вдыхать этот морской воздух…»
Ответом ей могут стать стихотворные строки ушедшего уже от нас Виктора Ингерова, в прошлом выпускника средней школы № 1 (в настоящее время гимназии № 1 имени А.С. Пушкина):
Поможет память долга, память сердца
Мне то понять, чего не испытал…
Виктор Ингеров—представитель старшего поколения поэтов: Бориса Бабушкина, Николая Ярко, Юрия Бобылева, Джона Барулина, чьи произведения тоже помещены в 52-м номере альманаха. Прочно уже встал на крыло Тихон Синицын. А рядом вырабатывают свой поэтический почерк одиннадцатиклассники Милена Крестовникова, София Чутких, Лев Рожков, восьмиклассница Мария Дрючина и другие ребята.
Отдельные материалы «Зеленой лампы» сопровождают иллюстрации. Мне глянулись акварельные рисунки—виды заросшей маками пустоши и памятника Затопленным кораблям. Сижу и гадаю: то ли это Тихон Синицын, то ли Валерий Либа? Иллюстраторы этого выпуска альманаха поданы списком в его конце. Вдруг это не Тихон Синицын, не Валерий Либа, а третий художник—Михаил Тамойкин? Все-таки это Тихон Синицын.
Такие рисунки на стену повесил бы в рамке и под стеклом, как поставил на книжную полку пахнущий еще типографской краской свежий номер альманаха.
Листаешь 52-ю «Зеленую лампу» и в очередной раз веришь в вечность фразы «Никто не забыт, ничто не забыто».

 

А. КАЛЬКО.

На снимке: Борис Вайн-блат с отцом (1940 год).

Другие статьи этого номера