Племянница Ревякина

Племянница Ревякина

Десять лет подряд в конце июня отмечают День партизан и подпольщиков. Племянники Героя Советского Союза Василия Ревякина о своем дяде всегда говорят с гордостью, и этот день для них—особенный. Именем Ревякина названы севастопольская улица и школа, в которой он в военное время работал учителем химии. Есть в городе-герое и Музей Севастопольского подполья. О его руководителе помнят, его вспоминает почти каждый день его огромная семья.
Чуть позже памятной даты нам удалось встретиться с одной из племянниц Василия Ревякина—Ниной Павловной. У Василия Ревякина детей не было—всего лишь несколько дней он не дожил до своего 26-летия. Его жена Лидия Нефедова была беременна, когда ее замучили фашисты. Так получилось, что именно Василий определил место жительства для своей матери, сестер, братьев, племянников. И этим местом стал Севастополь.

 

Мама героя

—В 1945 году мою бабушку, маму Василия Ревякина, пригласили в Севастополь на опознание останков ее сына и на перезахоронение,—рассказала Нина Павловна Ника. Дядю ведь закопали живым в Юхариной балке, и очевидцы рассказывали, что земля три дня шевелилась. Так бабушка осталась в Севастополе, помогала восстанавливать город. Нужно сказать, что относились к ней по-особенному. И государство ей всегда помогало, как матери Героя, хотя это звание Василию Дмитриевичу было присвоено гораздо позже. Бабушке сначала дали дом, где она жила с двумя своими детьми, а потом еще и со мной, самой старшей своей внучкой. А в 1965 году, когда дяде присвоили звание Героя Советского Союза, бабушке дали квартиру на пл. Восставших. А я, кстати, родилась в 1945 году, уже после гибели моего дяди. И почти сразу бабушка забрала меня к себе. Мои родители только через несколько лет смогли переехать в Севастополь.
А до Севастополя вся большая семья Ревякиных жила в Саратовской области. Василий—самый старший в многодетной семье. Работы в деревне было много.
—Моя мама, его сестра, рассказывала, что Василий для младших детей всегда был непререкаемым авторитетом,—говорит Нина Павловна.—Они все его слушались. Он и уроки у них проверял, и объяснял что-то непонятное. Бабушка была замечательной: справедливой, любящей и очень мудрой. Всю жизнь она горевала по сыну.
Мария Петровна, мама Василия Ревякина, часто рассказывала внукам, каким Василий был умным, справедливым и трудолюбивым. По сути, на ней и держалась вся огромная семья. Ее муж, Дмитрий Пахомович, как и сын, с войны не вернулся. Мария Петровна больше не вышла замуж, работала, воспитывала детей и внуков в любви и считала, что в человеке главное—порядочность и чувство собственного достоинства.
—Бабушка, кстати, и дочкам, и внучкам выбрала мужей—очень удачно, нужно сказать: как-то сразу она видела человека и что он собой представляет,—говорит Нина Ника.—Моего мужа она одобрила, наверное, поэтому мы вместе с супругом и прожили 49 лет! Знаете, что самое главное в браке? Жалеть нужно друг друга, ценить и уметь прощать. Меня бабушка всему этому научила.
Умерла Мария Петровна в 1978 году, когда ей было 77 лет.

 

Псевдоним—Орловский

В личном деле Василия Ревякина среди других документов хранится его автобиография: «…родился 26 апреля 1918 г. в с. Данилкино Саратовской области. Первоначальное образование получил в школе 1-й ступени, окончил семилетку, учился в Балашовском техникуме агрохимии и почвоведения… поступил в Саратовский рабфак и сдал экзамены за 9-й класс. Окончил естественный факультет Балашовского учительского института и получил профессию учителя химии и биологии»…
В первые дни войны Василий Ревякин написал родным с фронта: «Действия на фронте пока что в пользу врага, но, несмотря на это, можно с уверенностью сказать, что захваченная немцами наша земля будет освобождена и фашистская гадина будет разбита на его территории».
6 июля 1942 года Ревякин, находясь в отряде прикрытия, попал в плен на мысе Херсонес, однако смог бежать вечером того же дня. Василий укрылся во дворе дома Анастасии Лопачук. Спустя некоторое время он с невестой Лидией Нефедовой поселился по соседству, в полуразрушенном доме.
Василий изменил имя на Александра Орловского, устроился учителем химии и биологии в школу (сейчас школа № 16), сообщил, что никогда не служил в армии, и получил право на проживание в оккупированном Севастополе. Во время оккупации он вел дневник—тонкие серые листы с отлинованными полями, аккуратным почерком.
Агитационная работа началась 21 марта 1943 года с выпуска 25 экземпляров первой политической листовки. Написание листовок от руки было очень рискованным, трудоемким делом, занимавшим к тому же много времени. В апреле того же года в развалинах подпольщиками были найдены две разбитые пишущие машинки, из которых с помощью мастера собрали одну, после чего листовки стали выходить в печатном виде тиражом около сотни экземпляров
С оборудованием подпольной типографии под полом кухни в доме Ревякина регулярным стал выпуск газеты «За Родину!», первый номер вышел 10 июня 1943 года. Всего 25 номеров. Севастопольская подпольная организация в течение лета-осени 1943 года объединила многие подпольные группы, прежде действовавшие разрозненно, в одно целое. Это значительно увеличило число подпольщиков (до 200 человек) и активизировало работу диверсионной группы. Они портили немецкое имущество, вскрывали вагоны, срывали сроки ремонта оборудования, сборы продовольствия и оружия для немецкой армии. Помогли бежать из фашистского плена 110 советским военнопленным.
Их предали в марте 1944-го. Ночью 14 марта был арестован Василий Ревякин, в течение двух недель задержали еще 60 человек. После месяца бесконечных допросов, очных ставок и пыток в середине апреля 1944 года Ревякин и другие подпольщики были расстреляны на окраине города, в Юхариной балке.

 

Потомки севастопольских подпольщиков

—Каждый год 9 мая мы собираемся со всей родней Ревякиных, с родственниками других подпольщиков на кладбище Коммунаров,—говорит Нина Ника.—Всего 40-50 человек. Знаете, мы все очень дружны между собой, помогаем и поддерживаем друг друга, вспоминаем наших подпольщиков.
Вот так даже спустя десятилетия потомков объединяют их героические родственники. У Василия Ревякина—несколько племянников, и они всю жизнь держатся друг за друга. Кстати, Валентина, родная сестра Василия Ревякина, много лет работала завучем в севастопольской школе, а его правнучка Светлана (внучка Нины Павловны) работает воспитателем в Учебно-образовательном центре. Так что в их клане есть еще педагоги. А Нине Павловне, как и ее бабушке, пришлось пережить самую страшную в жизни трагедию—гибель сына.
—Моя бабушка постоянно плакала, вспоминая сына,—говорит Нина Павловна.—А ведь такое пережить невозможно. Я даже предположить не могла, что и мне выпадет такое испытание. После гибели моего сына Валеры я десять лет приходила в себя. Когда он погиб, ему было столько же лет, сколько и моему дяде.
Погиб Валерий при исполнении служебного долга в 1998 году. Он был военнослужащим, старшим мичманом. А хоронили его днем 31 декабря, за несколько часов до Нового года…

 

Тихая память

В музеях всегда тихо. Наверное, это помогает ненадолго вернуться в прошлое и словно оживить события прошедших лет. Уже пролетевшей, но не забытой чьей-то жизни… В Доме-музее Севастопольского подполья тоже тихо. И именно в этом месте сосредоточена память о них.
—Вот только каждый седьмой человек в Севастополе не знает, где находится Дом-музей Севастопольского подполья,—говорит Нина Павловна.—Мы сейчас боремся за то, чтобы в тот район пустили транспорт, чтобы до музея было удобно добираться.
По словам Нины Павловны, был период, когда музей остро нуждался в ремонте, и сотрудники даже писали обращение к президенту Владимиру Путину. Кстати, деньги на ремонт были выделены, и сейчас эта проблема решена.

 

Анна БРЫГИНА.

На снимках: племянница героя Н.П. Ника; мать и сын—вместе навсегда; В.Д. Ревякин.

Анна Брыгина

Корреспондент ежедневной информационно-политической газеты "Слава Севастополя"

Другие статьи этого номера