«Близ Георгиевского монастыря. Крым», или Удивительная история еще одной картины Василия Верещагина

«Близ Георгиевского монастыря. Крым»,  или Удивительная история еще одной картины Василия Верещагина

Мы продолжаем рассказывать о пребывании известного русского художника Василия Верещагина в Севастополе. В нашей газете в номере за 7 ноября была опубликована первая часть очерка севастопольского писателя Сергея Аксентьева. Напомним, что 180-летие Василия Верещагина будет отмечаться в 2022 году. Но уже сегодня многие ведущие музеи страны начали подготовку к этому событию…

 

…Во время отдыха с семьей на монастырской дачке Василий Васильевич часто встречался со студентом-первокурсником Санкт-Петербургской духовной академии Георгием Гапоном. Две незаурядные личности, статные и крепкие физически, как отмечал в своих воспоминаниях Петр Сергиенко, явно тяготели друг к другу. Но, будучи натурами вспыльчивыми, самолюбивыми и азартными, частенько, казалось бы, без видимого повода, подобно горным турам, сшибались в словесном поединке, и разнять их не было никакой силы. После таких схваток «противники» несколько дней демонстративно не замечали друг друга, но, долго не выдержав, как ни в чем не бывало вновь с увлечением затевали очередной азартный диспут.
Однажды Василий Васильевич признался новому приятелю, что давно приметил, как тот по утрам подолгу стоит на пустынном пляже у кромки воды и пристально всматривается в морскую даль. «Вы,—обратился он к Гапону,—должно быть, или человек с поэтической натурой, глубоко чувствующий природу, или же у вас на сердце кошки скребут, и вы не знаете, какой путь себе выбрать, а идти вам еще далеко-далеко и долго-долго, а посему надо вам не ошибиться».
Ответ Гапона был таков: «Я люблю смотреть на море. Мне кажется, что оно дышит как живое <…>, и под его влиянием я на свое намерение поступить в монастырь стал смотреть иначе, чем смотрел, когда был утомлен и в отчаянии».
«А зачем вам стоять на распутье?—возразил Верещагин.—Сбросьте рясу! Не надо ее! В свете так много работы, требующей затраты всей нашей энергии».
Эту беседу Гапон крепко запомнил и воспроизвел её в своей книге «История моей жизни».
Верещагина же этот разговор вдохновил на написание картины «Близ Георгиевского монастыря. Крым». На полотне изображен пустынный пляж ранним утром и у самой кромки воды одинокая фигура священника, пристально вглядывающегося вдаль. В облике служителя отчетливо угадывается рослая складная фигура Георгия Гапона. А над утренней безмятежностью, высоко вверху, в расселине двух скал, словно магический знак Всевышнего, отливает золотом купол монастырского храма, освещенный первыми лучами еще не видимого солнца.
Картина размером 46х61см, судя по каталогам 1899-1910 годов, на выставках не экспонировалась. Скорее всего, над ней Верещагин после Крыма еще долго работал у себя в мастерской за Серпуховской заставой. После гибели художника её не было ни на посмертной выставке 1904 года в Обществе поощрения художеств (Петербург), ни на выставке-распродаже 1910 года в Галерее Лемерсье (Москва).
Надо полагать, что после продажи и ликвидации имения в подмосковных Нижних Котлах картина находилась в семье Верещагиных, проживавшей теперь в Москве на Остоженке в меблированной квартире доходного дома Варваринского акционерного общества домовладельцев. С началом Первой мировой войны осиротевшие дети (в 1911 году покончила с собой их мать, Лидия Васильевна Верещагина.—Авт.), двадцатидвухлетний Василий и шестнадцатилетняя Лидия Верещагины, добровольцами ушли на фронт. Василий—в артиллерию вольноопределяющимся младшим фейерверкером, а Лидия по окончании курсов сестер милосердия Московской Александринской общины Красного Креста—в полевой военный госпиталь хирургической медицинской сестрой.
Перед отъездом они сдали весь домашний скарб, в том числе и картины, на длительное ответственное хранение в склады известной и надежной московской фирмы торгового дома А.Ф. Ступина. В 1918 году по их возвращении в Москву им объявили, что склады Ступина конфискованы революционными властями и владельцы сданных на склад вещей потеряли на них все права и не могут получить даже справок о местонахождении своего бывшего имущества.
К счастью, судьба картины (нашей, севастопольской картины) сложилась удачно. Её наряду с другими полотнами передали в Государственный музейный фонд (Ленинград), а оттуда в 1920 году она поступила в Государственный Русский музей (С.-Петербург), где и пребывает по сию пору в музейной коллекции (инв. № Ж-4186) под названием «Близ Георгиевского монастыря. Крым».

С. АКСЕНТЬЕВ.

Другие статьи этого номера