Оборонительные рубежи на границе Гераклейского полуострова времен античности, Крымской и Великой Отечественной войн

Оборонительные рубежи на границе Гераклейского полуострова времен античности, Крымской и Великой Отечественной войн

В совпадениях, когда они случаются, нас удивляет прежде всего сам факт. Чаще всего мы объясняем их случайностью. Но, руководствуясь высказыванием Аристотеля «Случайность—это то, что не удалось ещё обобщить», следует воспринимать совпадение как проявление непознанной закономерности. Автор, собирая год назад материал для статьи о последних днях обороны Севастополя, опубликованной в газете «Слава Севастополя» 3 июля 2020 года, обратил внимание, что рубежи прикрытия эвакуации севастопольских войск в спешном порядке были созданы на позициях французских циркумвалационных линий 1854-1855 гг. Один из редутов этой линии, который находился на месте укрепленной усадьбы античного времени, стал ключевой позицией красноармейцев 1 июля 1942 года. Напомним: циркумвалационной линией называют непрерывную линию укреплений, которую строили войска, осуществлявшие осаду крепости, для прикрытия своего тыла на случай попыток противника выручить осажденных нападением извне. Её старались проложить по линии господствующих высот. Это подробно изложил римский военный историк и теоретик Публий Флавий Вегеций в трактате «О военном деле». И за две тысячи лет законы фортификации мало поменялись. На территории Гераклейского полуострова, на котором раскинулся Севастополь (может быть, единственном уголке Земли), можно зримо увидеть примеры повторов основных идей по созданию линий обороны, начиная с античности и до нашего времени. Думается, читателям будет небезынтересно взглянуть на исторические памятники разных эпох в таком аспекте.

Восточная граница Гераклейского полуострова: геометрия или тектоника?

Прежде всего определимся с границами Гераклейского полуострова. Он был выделен как самостоятельная часть Крыма еще в 1784 году немецким ученым Тунманном, который заключил его между оконечностями (верховьями) Севастопольской и Балаклавской бухт. Если с морскими границами полуострова все понятно, то сухопутная имеет разные толкования. Часто географы проводят ее прямой линией, соединяя точки максимальной вогнутости береговой линии (кутовые части заливов, бухт, устья рек), ограничивающие полуостров по его краям. Более правильно, по мнению автора этих строк, проводить эту границу не по линейке, а с учетом геолого-географических границ на контакте полуострова и прилегающей территории.
В данном случае такими границами являются геологические, показывающие залегание на поверхности Гераклейского полуострова исключительно отложений юрского и неогенового периодов. Контакты этих пород с породами других геологических эпох (меловой, палеогеновой) обычно тектонические, обусловленные горизонтальными и вертикальными движениями земной коры.
Таким образом, географические границы полуострова совпадают с границами Севастопольского и Караньского плато, четко отделенных от Балаклавской долины крутыми уступами. Именно они были и остаются главным защитным рубежом на пути к Херсонесу, а затем—к Севастополю с востока. Именно на этой линии и создавались оборонительные сооружения времен первой и второй оборон Севастополя, что видно на соответствующих картах (см. снимки).

Античность: пояс сигнально-сторожевых башен

Мысль устройства оборонительных рубежей на указанной выше границе Гераклейского полуострова родилась еще в античное время. И если лет 50 назад это можно было только предполагать, то к настоящему времени археологи сделали ряд серьезных открытий, позволяющих говорить более определенно. В книге «Херсонес Таврический в середине I в. до н.э.—VI в. н.э.» под редакцией В.М. Зубаря (2004 г.) указываются находки остатков сторожевых (сигнальных) башен римского времени на горе Казацкой (северная часть Сапун-горы) и высоте Суздальской (рядом с Казацкой). Это позволило высказать мысль, что «охраняемая римскими войсками территория в округе Херсонеса проходила по гребню плато Сапун-горы, господствующему над местностью и являвшемуся надежной естественной преградой для противника». Наделы херсонеситов римские войска взяли под свою защиту, создав цепь сигнальных башен и стационарных укреплений во второй половине II—первой половине III в. н.э. Задача малочисленного гарнизона такой башни—вовремя заметить врага и зажечь сигнальные факелы (костры), тем самым по цепочке укреплений сообщить о нападении в Херсонес.
По мнению севастопольского археолога А.А. Филипенко, созданная римскими воинами с учетом рельефа местности по краю Гераклейского полуострова система фортификационных сооружений (крупные пункты, небольшие крепости, сторожевые посты и заградительные стены), «имела черты классического римского лимеса». Лимесом называется протяженный укреплённый рубеж (вал, стена) со сторожевыми башнями, возведённый на границе Римской империи. Он служил Римской империи как защитное сооружение и как средство таможенного контроля.
Против такой трактовки сооружений на гребне Сапун-горы возражают некоторые историки, исходя из того, что эта линия прикрывала границы не Римской империи, а ее союзника. Учитывая, что гарнизоны башен вряд ли могли оказать упорное сопротивление, в их тылу, согласно традиции римского военного искусства, располагались укрепленные лагеря или поселения (кастеллы), воины которых могли по сигналу из башен подготовиться к бою и ударить по врагу. Одно из таких римских укреплений с храмом Зевса на территории современной Кадыковки обнаружил и исследовал О.Я. Савеля в 80-е годы ХХ века.
Система римских сигнально-сторожевых башен могла территориально совпадать с более ранней (эллинистической) линией подобных укреплений (статья Е. Туровского и А. Шипенко в газете «Слава Севастополя» за 27 ноября 2014 г.). Об этом рубеже как о стене упоминает Страбон.
К настоящему времени от античного рубежа остались лишь фрагменты: фундаменты башен (или пиргосов, как их называл Олег Савеля) на склонах Сапун-горы и укрепление на высоте Безымянной (0,5 км западнее высоты Горной). Тем бережнее к ним надо относиться, ведь перед нами—воплощение фортификационных идей, насчитывающих почти 25 веков!

Крымская война: циркумвалационная линия союзников

Спустя много столетий, не зная об античной линии укреплений, её практически повторили французские и английские фортификаторы, создавая циркумвалационную линию обороны для защиты своего обсервационного корпуса от вероятных ударов русской армии (см. рисунок). Если взглянуть на карту, составленную в 1855-1856 гг., то ломаная линия, проходящая по гребню Сапун-горы,—это и есть она. На севере она начинается у верховьев Каменоломенного оврага (рядом—Казацкая и Суздальская высоты). Далее линия траншей и редутов тянется вдоль гребня Сапун-горы на юг до высоты Карагач (правильнее—Кара-Агач, что значит «Вязы»), пересекает Балаклавскую дорогу и продолжается по северным склонам Кадыковских высот до селения Кады-Кой (Кадыковка).
Точно так, как и римляне, французы в тылу этой линии устраивают редуты на высоте Горной и на высоте Безымянной. При их оборудовании саперы обнаружили (и повредили, к сожалению) остатки античных укреплений. Роль опорных пунктов на линии невысоких стен и валов отводилась редутам. Они пришли на смену башням вскоре после появления огнестрельных орудий, когда резко поменялась сама философия фортификации. Если в глубокой древности и до средневековья главным условием неприступности крепости была высота её стен, то с появлением артиллерии именно высокие башни сметались до основания ядрами в первую очередь.
Тогда и родилась идея зарываться в землю, создавая перед собой обширный земляной вал, за которым можно расположить стрелков и орудия. Перед валом обычно рыли ров с отвесными стенками (эскарп и контрэскарп). Сделав такое полевое укрепление замкнутым, получим редут, имеющий 50-200 шагов в длину. Их, как и башни, старались ставить на возвышенностях—для лучшего обстрела. Интересным совпадением (совпадением ли?) является и тот факт, что так же, как и римляне, англичане сделали селение Кадыкой укреплением, обнеся его валом и рвом.

Великая Отечественная война: рубеж обороны последней декады июня

ХХ век внес кардинальные изменения в ведение войны. С учетом дальнобойности орудий основной рубеж обороны Севастополя в 1941-1942 гг. проходил гораздо восточнее границ Гераклейского полуострова. По крайней мере до июня 1942 года. Но когда войска Севастопольского оборонительного района были вытеснены с горы Гасфорта, Федюхиных и Чоргуньских высот, они отошли на линию обороны, проходящую там же, где и циркумвалационная линия XIX века (т.е. по границе Гераклейского полуострова).
Именно здесь, как упоминает исследователь героической обороны Севастополя И.С. Маношин в книге «Героическая трагедия» (2001 г.), была оборудована «вторая (главная) полоса обороны СОРа, которая шла по рубежу высот Карагач—Сапун-гора—гора Суздальская и была оборудована средствами полевой и долговременной фортификации». В приведенной цитате упоминаются те же топонимы, что и при описании римской линии сигнальных башен и французской циркумвалационной линии. Оборонительная полоса не только повторяет, но и активно использует отдельные элементы старых укреплений. Особенно активно переоборудовались земляные валы, насыпанные французскими и английскими саперами. В их мягком грунте было легко копать стрелковые ячейки и ходы сообщений. Это хорошо видно на фотографии валов редута на высоте Горной.
Спустя два года немецкие войска оборудуют на этих же рубежах свою главную линию обороны, которая будет взломана 7-8 мая 1944 года бойцами Приморской и 51-й армий.
Подводя итог, можно с уверенностью говорить, что геолого-тектоническое строение Гераклейского полуострова, предопределив особенности рельефа его восточной границы, нашло отражение в пространственном расположении фортификационных рубежей античности, Крымской и Отечественной войн.

Маячный полуостров—квазифрактал Гераклейского

На территории Гераклейского полуострова выделяют как самостоятельную часть Севастополя Маячный полуостров, который занимает юго-запад Гераклейского полуострова и заканчивается мысом Херсонес. С основной частью Крыма он соединён перешейком, проходящим между верховьем Казачьей и Голубой бухт. Многие исследователи считают, что на этом полуострове находилось первое в районе Севастополя греческое поселение—Страбонов Херсонес. Так это или нет, автор некомпетентен рассуждать. А наличие своеобразного укрепления того времени на самом перешейке Маячного полуострова—факт известный.
Остатки крепостных стен были обнаружены еще в 1890 году. Уже в ХХ веке археологи, проведя тщательные раскопки, сумели реконструировать оригинальное укрепление, состоящее из двух линий стен, которые упирались в берега моря на севере и на юге. Эти стены перекрывали проход с материковой части на полуостров и наоборот. Внутри стен видны следы жилых построек, отдельные из которых датируют первой-второй четвертью IV века до н.э. Так вот, линия этого античного укрепления стала последним рубежом обороны в районе 35-й береговой батареи 4 июля 1942 года. Это видно на карте в уже упомянутой книге И.С. Маношина.
В 1854-1855 гг. северо-западней этой линии были сооружены две линии обороны, состоящие из валов и рвов, которые позволяли бы французской армии, дислоцированной в районе Камышовой бухты, укрыться на случай прорыва русских войск к их базе или высадки десанта где-то рядом. Эти линии получили названия «Линия Камьеш», проходившая от бухты Стрелецкой до берега моря на юге, и «Линия Казачья», которая начиналась на западном берегу Камышовой бухты и так же закачивалась на береговых обрывах. Линия Казачья в донесении от 1 июля 1942 г. (22.00) обозначена как линия фронта, проходящая от Камышовой бухты (хутор Пелисье)—хут. Меркушева—хут. Бухштаба—каменоломни на берегу моря в километре восточнее 35-й береговой батареи.
И Линию Камьеш, и Линию Казачью использовали военные инженеры Красной Армии, когда в спешном порядке оборудовали оборонительные линии прикрытия эвакуации в июне 1942 года. Эвакуацию планировали проводить из бухт Камышовой, Казачьей, с берега Маячного полуострова. Сжатые сроки возведения обороны определили логику проектировщиков этих рубежей, в основу которых были взяты укрепления XIX века—те самые линии редутов: Камьеш и Казачья.
Такая преемственность обусловлена двумя причинами: во-первых, законы фортификации всех эпох требовали проводить линию обороны по господствующим высотам, а во-вторых, хорошо сохранившиеся французские редуты, валы и рвы были практически готовыми позициями, требующими лишь усовершенствования их под вооружение ХХ века. Так или иначе, в сжатые сроки (за две-три недели) рубеж был создан.
О преемственности этих укреплений знали и защитники Севастополя, отступившие к 35-й батарее. Так, полковник Н.В. Благовещенский (командир 9-й бригады морской пехоты) отмечал в своем отчете от 4 июля 1942 года, что 1 июля «противник передовыми частями находился на рубеже старого французского вала». Конечно, сооружения Крымской войны не могли быть серьезной защитой от ударов немецкой артиллерии и авиации. И, если последние защитники Севастополя смогли продержаться несколько дней на этих позициях, то только благодаря силе духа. Именно их подвиги, как и героизм русских воинов во время Крымской войны, сделали нашу севастопольскую землю легендарной. Кстати, понятие «земля» имеет много толкований, среди которых «почва, верхний слой земной коры» является одним из главных. Поэтому хочется, чтобы образ легендарного Севастополя сохранялся не в виде унылой бетонной застройки, а во всей красе южной степи Гераклейского полуострова с маками по весне.

Н. Шик,
краевед.

Другие статьи этого номера