Жил ли Евклид в своей усадьбе?

Когда капремонт  не в тягость,  а в радость

В Гагаринском районе города от бухты Омега до Камышовой бухты проходит античная дорога—часть древней инфраструктуры Гераклейского полуострова. Она была построена приблизительно в IV-III веке до н.э. и функционировала примерно до I века нашей эры. Долгие годы, даже десятилетия, это была просто пустошь, заросшая сорняком. Остатки фундаментов древних зданий, неухоженные и замусоренные, представляли собой печальное зрелище.

 

К счастью, судя по всему, ситуация меняется. На презентации проекта историко-археологического парка «Херсонес Таврический» губернатор Севастополя Михаил Развожаев заявил, что в настоящее время с музеем отрабатывается вопрос о том, «чтобы получить федеральные средства на археологические исследования в обозримом будущем». Часть пространства планируется музеефицировать, а часть—использовать как городское пространство. Если все получится, то в Севастополе появится грандиозный памятник архитектуры под открытым небом, встроенный в современный городской квартал.
Между домами № 3 и 6 на проспекте Античном находится усадьба Евклида. Сотрудниками музея-заповедника «Херсонес Таврический» установлены информационные таблички: этой усадьбе присвоен № 2. Построена она примерно в IV-III веках до н.э., а в туристических справочниках записана именно как «Усадьба Евклида». Благодаря евклидовой геометрии имя древнегреческого математика известно даже школьникам, во всяком случае, более-менее усидчивым. А вот биографические сведения о математике крайне скудны. Достоверным можно считать лишь то, что его научная деятельность протекала в Александрии в III веке до н.э. Любопытно получается: Евклид жил на территории Херсонеса и даже имел здесь собственное имение?
—Название усадьбы очень и очень условное. При раскопках была найдена глиняная часть сосуда, на которой было нацарапано «Эвклид»,—рассказал доцент Института развития города СевГУ Алексей Тихонов.—Наверняка сосуд был завезенным.
По словам Алексея Тихонова, есть еще один вариант, почему усадьбе присвоили такое название. Когда греки высадились на побережье, то сразу очертили землевладения и начали строительство. Строили, как оказалось, действительно качественно и на века. Возведение города велось по гипподамовой системе—это такой способ планировки античных городов с пересекающимися под прямым углом улицами, равными прямоугольными кварталами и площадями, отводимыми под общественные здания и рынки, кратными стандартным размерам квартала. Правда, эту систему связывают с именами Аристотеля и древнегреческого архитектора Гипподама Милетского, хотя сейчас известны и более ранние примеры. Ну а у кого-то, вероятно, могла возникнуть ассоциация и с именем Евклида.
—На самом деле нам остается только гадать, почему на сосуде было написано «Эвклид». Проблема еще и в том, что у нас нет никаких нарративных источников (летописей и других текстов) не только по усадьбам, но и по городищу Херсонес,—говорит Алексей Тихонов.—Они были, но просто не дошли до нашего времени. Поэтому информация восстанавливается по археологическим источникам, а не по письменным материалам. Только подписи могут быть на керамике или монетах.
К сожалению, информация была также утеряна из-за разграбления территории древнего города. Так как пространство, по сути, никогда не охранялось, «черные археологи» давным-давно поживились здесь, чем могли. Уникальные предметы быта херсонеситов продавались за бесценок. Кстати, усадьбы возле античной дороги строились как сельскохозяйственные хоры. В основном здесь выращивали виноград, делали из него вино. Что интересно, у многих жителей имелись «городские квартиры» в Херсонесе. А в усадьбах жили в сезон работ, хранили инструменты и собранный урожай.
—Мы действительно мало знаем об усадьбах,—говорит историк.—Эксперимент провести не можем, письменных источников, как я уже говорил, нет. И еще на нас «давят» и официальные теории. Например, в советское время была доминирующая теория рабства. Археологи везде искали следы содержания рабов или использования их. Доходило до абсурда: любую сельскохозяйственную постройку записывали местом, где жили рабы. Такие факты имели место и у нас в городе, они отражены в отчете 50-х годов.
Конечно, существуют всевозможные интерпретации и реконструкции жизни и быта херсонеситов. Есть даже книги на эту тему. Но профессиональные археологи предельно осторожны в выводах. Ну а нам никак не возбраняется пофантазировать, что именно древнегреческий математик жил в усадьбе возле античной дороги. И все амфоры, все предметы быта подписывались его именем по этой причине.

 

М. Клименко.

Другие статьи этого номера