Воспоминание о красном закате

Или как севастопольская гимназистка стала известной американской поэтессойПрошедшим летом в археологических раскопках в Херсонесе участвовал американский профессор Джозеф Картер. По его приглашению в Севастополе побывали Адель Брукман, Шедди и Даниель Кругер. С ними сотрудничала переводчица Марина Кротова. Она обратилась ко мне с просьбой провести для граждан США экскурсию по городу и показать им места, вписанные в историю евреев Севастополя.

Вместе мы побывали у памятного знака «Жертвам Холокоста» на Графской пристани, откуда можно показать место на Северной стороне, где сохранился памятник воинам-евреям — защитникам Севастополя в обороне 1854-1855 гг., на старом еврейском кладбище по ул. Пожарова.

Гости не скрывали своего удивления. До приезда в Севастополь они прочитали несколько энциклопедических справочников, туристических проспектов, но ничего из увиденного и услышанного там не встретилось.

Потом мы поднялись по ул. Воронина к холму, где до войны находилось здание хоральной синагоги, открытой в 1884 году. У Адель на глаза навернулись слезы. Она сказала переводчице: «Сюда когда-то приходила моя мама, она мне рассказывала об этом».

Настала моя очередь удивляться. Передо мной стояли потомки севастопольцев, уехавших в Америку в начале XX века. Из рассказов гостей я узнал драматическую историю одной севастопольской семьи, в которой выросла известная в США поэтесса и защитница прав человека.

Даниель КРУГЕР:

— С первых сознательных лет своей жизни я знал, что далеко за океаном в коммунистической России, есть такой замечательный город Севастополь. Там родилась наша бабушка Фани Фельдман-Кругер. Она часто рассказывала детям и внукам о военной крепости у моря, о бухтах, врезанных в крутые берега, о ярких звездах и красных закатах. Мы много раз слушали ее рассказы. Повзрослев, стали понимать, что так бабушка Фаня возвращается в свою молодость и эта память наполняет ее творчество — она писала стихи.

Так я узнал, что севастопольская девочка стала в Америке известной поэтессой. Мы договорились продолжить общение по электронной почте. И от новых американских знакомых стали регулярно поступать короткие письма, из которых сложилась биография нашей землячки и ее семьи.

Фаня Фельдман родилась в Севастополе за семь лет до начала XX века. Она пронесла через долгую жизнь — 84 года — беззаветную любовь к своему городу. Ее родители Хаим и Сарра Фельдман растили пятерых детей: Моше — старшего сына, дочерей Батью, Риву, Фриду и самую младшую Фаню. Отец был шойхетом — рубщиком кошерного мяса, очень религиозным человеком. В семье строго соблюдались иудейские традиции.

Особой одаренностью отличалась Фаня. И все же трижды она была отвергнута при попытке поступить в гимназию: не попадала в процентную норму для еврейских детей. Такая несправедливость больно ранила ее душу. Но способности Фани проявились настолько ярко, что двери гимназии все же перед ней открылись. Все в доме восторгались, когда самая младшая дочь впервые надела форму гимназистки.

Волнения 1905 года остались тяжелым воспоминанием юности Фани. Погромы и грабежи еврейских домов, горестный вид крепкого и красивого, но беззащитного отца, вынужденного искать убежища, где можно скрыться от преследователей. Все это происходило на глазах у Фани. Но буйство и разгул погромщиков ее не устрашили. Проявив решительность и смелость, Фани вместе с 15-летней сестрой Ривой примкнула к подпольному революционному движению.

Когда родители узнали, что дочери связаны с теми, кто борется против царя, они забеспокоились за их жизни, их будущее. Скорее всего именно такая обстановка подтолкнула Хаима Фельдмана покинуть Севастополь.

В 1908 году семья перебралась в Америку. Они оказались в штате Техас, в сухой, пыльной, суровой местности. Чувствительная Фаня унесла в своем сердце очарование устремленного в море Севастополя. Но ее угнетала и никогда не оставляла ужасающая несправедливость вынужденного отъезда из любимого города.

Фани — так ее звали в Америке — очень скоро освоила английскую речь. И чем больше она стремилась к совершенству, тем ярче проявлялось ее поэтическое призвание. Испытания, выпавшие на долю их семьи, вдохновили ее на борьбу за права человека. В ее стихах звучали темы трагической еврейской жизни, притеснений в годы царизма. Ностальгическое видение ее родного города отразилось в стихотворении «Севастополь»: города холмов и красно-золотого заката, звезд, брошенных ветром на волны, гавани, подзывающей дома к своему порогу, времени, падающего на берег, подобно молитве. Фани Фельдман выразила и свое благодарное чувство к Америке, приютившей российских эмигрантов.

После замужества в 1912 году Фани носила фамилию Кругер, вырастила дочь Берту и сына Аарона. Она училась в университетах Колорадо и Техаса, на специальных курсах совершенствовала русский язык, готовилась стать переводчицей в ООН.

Фани Кругер издала несколько поэтических сборников. Наиболее известны «Смех казаков» (1938), «Десятый Еврей» (1949), «Избранные поэмы» (1973). Одна из них была названа Обществом поэзии Америки лучшей поэмой 1946 года. И в дальнейшем стихи Фани отмечались специальными премиями, призами на поэтических конкурсах. Она состояла почетным членом общества поэзии США и Англии. Ее творчеству посвящены статьи в газетах и журналах. По мотивам поэмы «Молодая мать» был создан телевизионный фильм. Он демонстрировался в течение пяти лет. Там Фани сыграла роль бабушки. Поэму Фани Кругер «Паломничество крестьянина в Киев» перевели на русский язык и издали в СССР.

В 1959 году осуществилась мечта Фани, она побывала в Москве, затем в Ялте. Американку принимали как знаменитость, на время визита ей выделили лимузин. Она выступала на радио, телевидении, газеты публиковали интервью с ней. Такой радушный прием ее ошеломил. Но, странное дело, Фани не разрешили из Ялты приехать в Севастополь, куда она рвалась всей душой. Тут уж ее удивлению не было предела.

Фани Кругер дожила до глубокой старости. Каждый, кто ее знал, помнит Фани как мягкого, отзывчивого человека, самоотверженную мать и лелеющую своих внуков бабушку. Несмотря на тихий голос, Фани заслужила репутацию красноречивого оратора, активного защитника прав человека.

…Перед отъездом американцы записали в книге почетных посетителей севастопольской еврейской общины: «Мы не забудем этот день до конца нашей жизни. Мы узнали о времени и городе, где жили наши предки Фани и Рива Фельдман, и словно побывали у них дома. Большое спасибо за такой душевный подарок».

Недавно потомки Фани Фельдман-Кругер прислали значительный взнос на завершение строительства памятника «Жертвам Холокоста». Они прониклись самыми добрыми чувствами к Севастополю и намерены вновь посетить наш город.

Эта поучительная история свидетельствует о том, что на всех материках могут отыскаться следы земляков, навсегда сохранивших привязанность к своему родному городу и прославивших его.

Другие статьи этого номера