Диалог с читателями

Сегодня мы открываем нашу рубрику письмом, в котором изложена точка зрения нашего читателя на вопрос отрицания некоторыми политическими деятелями исторических фактов, и в частности значимости для города имени великой императрицы Екатерины II. В своем материале автор пытается доказать, что в Севастополе должно найтись место для памятника одной из основательниц города.

ФАКТЫ, ПАМЯТЬ И ПАМЯТНИКИ

Исторические факты — вещь упрямая. Они существуют помимо воли ныне живущих и будущих поколений, если, конечно, не переписывать историю в удобной сиюминутной трактовке.

Ежели князь Владимир был окрещен в древнем Херсонесе, на месте будущего Севастополя, как христианин, то это — исторический факт. И подписание императрицей Екатериной II указа об основании на месте деревушки Ахтиар города-крепости Севастополя — тоже факт исторический. Так почему же в нашем городе не должно быть места памятнику его основательнице? Необходимо также отметить отношение государственных деятелей России, и прежде всего Екатерины II, к народам и народностям Крыма в период его присоединения к России. В частности, для крымских татар не была обязательной воинская повинность, они занимались садоводством, виноградарством, скотоводством в местах проживания. Никто не закрывал мечети, не запрещал их веру и отправление религиозных обрядов. В то же время во избежание религиозных конфликтов христианское население, в частности крымские греки, были переселены в Приазовье, в район нынешнего Мариуполя. И это тоже исторический факт.

Была и другая волна переселения а скорее всего выселения, народа из многострадального Крыма — уже в другой исторический отрезок времени, после освобождения полуострова от фашистской оккупации. Тогда пострадали не только крымские татары, но и греки, армяне, болгары. Я, как житель осажденного города и потомок балаклавских греков по материнской линии, хорошо это помню, поскольку все мои родственники оказались на Северном Урале, в Казахстане и в Средней Азии. И вновь в Крым потянулись переселенцы: русские, украинцы, белорусы, молдаване, которые стали активными участниками послевоенного восстановления Крыма, возрождения разрушенного города-героя Севастополя.

А теперь давайте зададимся мыслью: могло ли привидеться даже в самых смелых мечтах украинских политических и общественных деятелей всех времен, что наше государство Украина состоится в таких, ныне существующих, границах? На мой взгляд, это плоды так называемой имперской политики государственных деятелей Российской империи и Советского Союза. Это тоже непреложный исторический факт.

Что касается морального облика отдельных исторических личностей — государственных, общественных, интеллигенции, — это другая тема разговора.

В.М. МЕЛЬНИКОВ, житель осажденного Севастополя 1941-1942 гг.

* * *

Следующее письмо — крик души женщины, оказавшейся в сложнейшей ситуации, из которой очень трудно найти выход.

КАК ДАЛЬШЕ ЖИТЬ?

…Помогите! Умоляю на коленях!

Я, Батура Раиса Николаевна, живу в пос. Штурмовом (улица Героев Революции, 41) в частном доме. Мне 72 года. Вместе со мной в доме проживает мой брат — очень больной человек (эпилептик). Я тоже больной человек — хожу на костылях, гипертоник, больное сердце… Получаем мы с братом пенсии по 480 грн, но до последнего времени как-то выходили из положения. А 7 ноября зять привез мою дочь: по телефону обманули меня, что дочь Ирина больна и просится домой к маме, вот я и разрешила ее привезти. Через час дочь была у меня. Сама она в дом не зашла — ее занесли. И я ее сначала не узнала: грязная, оборванная, на ней лица нет, вся спина, ноги и руки в синяках (обнаружила это, когда стала ее мыть). Но это еще полбеды! Я обмерла, когда узнала, что дочь не ходит после второго инсульта, да еще и потеряла разум. Зять мой на звонки не отвечает. Передавала послания через соседку. Я просила, чтобы зять передал деньги на лекарства, но он ни одной гривны не дал. Я позвонила старшему брату зятя, думала, может, поможет как-то поместить дочь в психиатрическую больницу, ведь он человек в городе известный, с положением! Но все тщетно. Он мне сказал, что в любой ситуации надо оставаться людьми. Да, людьми мы всегда должны оставаться, но какими?

Если на мои руки и плечи (а я сама калека) переложить такую ношу — душевно больную дочь, что я могу чувствовать как мать? Кто подумал об этом? Физически моя дочь немощна — совершенно не ходит, а я с ней справиться не могу — она очень тяжелая! Вызываю врачей на дом — говорят, что сложно такую больную поместить на лечение в психиатрическую больницу.

Помогите, люди добрые! Я потеряла веру и надежду в то, что мне хоть кто-то поможет. Разве что смерть меня может спасти от этих испытаний!

Мечтала всю жизнь о спокойной старости, но покой мне даже и во сне не снится. Детство отняла война, юность — работа (как лошадь пахала), зрелые годы — дети и работа. Затем заболел муж — 8 лет смотрела инвалида 1-й группы. А на закате моей жизни — обман от зятя и снова тяжелые испытания. Помогите, не оставьте в беде, умоляю вас!

С уважением и надеждой

Р. БАТУРА.

Другие статьи этого номера