Первозданная белизна «Штыка и паруса»

Мыс Хрустальный увенчан монументом городу-герою (скульптор — народный художник Украины С.А. Чиж). Он виден отовсюду. Его легко находишь даже с вершин неблизких гор. После открытия свыше тридцати лет назад, этот памятник сразу стал одной из визитных карточек Севастополя."Штык и парус" ослепительно бел и в лучах солнца, и ночью — в огнях прожекторов. Но подойди ближе — в глаза бросятся "оспинки". Это ржавеющая в теле бетона арматура "стреляет" краями облицовочной плитки.

Коль город встречает 225-летие, решено вернуть монументу положенный ему праздничный вид. Сооружение необычное, значит, и реставраторы неординарные. На объекте потребовались руки не просто верхолазов, а так называемых промышленных альпинистов. Альпинистов! Ни больше ни меньше. К счастью, такие люди у нас есть.

Николай Левин, Максим Кулешов, Евгений Теплицкий, Валерий Нечипоренко, Александр Алексеев — скалолазы и альпинисты. По мне, скалолаз и альпинист — одно и то же. Николай Левин утверждает, что это не так. Не будем вдаваться в подробности. Ему виднее. Горы, подъем на их вершины — увлечение ребят. Крым ими пройден вдоль и поперек. Леонид Пименов путешествовал по Кавказу с бухтой веревок через плечо.

На вылазки в горы требуются деньги. Так увлечение стало профессией. Скалолазов и альпинистов охотно приняли в специализированное частное предприятие. Его учредитель четко держит нос по ветру. Работы хватает. Там требуется швы на верхних этажах заделать, здесь по желанию заказчика — стены утеплить… Ясное дело, дома, даже самые высокие в городе, не тянут на любимые горы, но работа на них приносит заработок.

Случаются необычные вызовы. На макушке высоченного платана на проспекте Нахимова, рядом с театром имени А.В. Луначарского, приключилась драма с вороной. Она не могла освободиться от пут прочной бечевки. Сердобольные прохожие забили тревогу. На помощь попавшей в беду птице пришли промышленные альпинисты. В районе улицы Вакуленчука на высоченный кипарис забрался несмышленыш-котенок, а спуститься не может. Орет сверху что есть мочи. Не без труда Леонид Пименов снял его. Перепуганный котенок тут же сиганул наверх соседнего кипариса. Потребовалось новое восхождение.

— В подобных ситуациях мы работаем за так, — говорит Николай Левин. — Жалко животных.

Вернемся, однако, к "Штыку и парусу". Мало кто знает, что он полый, со ступенями внутри. По ним на верхнюю площадку поднялся Александр Алексеев. Он учится в Севастопольском национальном техническом университете. В свободное время занимается в секции скалолазания. В спортзале есть специальный стенд, где проходят тренировки. Приобретенные на них навыки пригодились Саше. Ведь на самом трудном участке почти 60-метрового обелиска ни внутренней, ни внешней лестницы нет. В ход пошли крюки и веревки. Требовалось закрепить канаты на шпиле, ведь партнеры работают только на спуск.

— Как город выглядит с высоты обелиска?

— Красиво, — ответил Саша Алексеев. — Очень красиво.

Ребятам легче заделывать "оспины". Хуже поддаются каракули вандалов. Благо что их пачкотня не встречается выше их пигмейского роста. Среди же промышленных альпинистов человека с краской в кармане не встретишь.

К юбилею города "Штык и парус" вновь засияет своей первозданной белизной.

Другие статьи этого номера