Феномен памяти Петра Гавриловича

Рубрику ведет Леонид СОМОВ.

В подъезде моего дома живет один очень чудаковатый человек. В гости он ни к кому не ходит, слывет анахоретом, но мы с ним очень хорошо знакомы, потому как однажды он возле подъезда увидел у меня в руках упаковку инсулина иностранного производства. Выяснилось, что у нас одна и та же (извините!) болячка, разговорились, и он меня пригласил зайти к нему домой на "рюмку чая".

Кого-то все-таки судьба нежно берет за руку, а кого-то хватает за нос. Прошу прощения за такое вот образное выражение, но действительно этому человеку хронически, как оказалось, не везло в жизни. В самом раннем детстве умерла от сыпняка его мать. В семь лет Петр Гаврилович перенес черепно-мозговую травму (упал с дерева). В сорок от него ушла жена на почве постоянного безденежья в семье, а единственный сын почему-то невзлюбил отца и сейчас с ним, в принципе, не общается, живет в другом государстве.

Моему соседу 58 лет. Три года назад он чуть не умер: во время грозы в левую руку ему попал разряд молнии. Еле откачали, он пять минут находился в состоянии клинической смерти. Итог — постоянные болезни, частая смена работы (он экономист), сужение круга общения с людьми. И почти, увы, полная атрофия памяти — последствие неудачного "общения" с молнией. Вот на этом моменте мне хотелось бы остановиться подробнее.

Петр Гаврилович занимает двухкомнатную квартиру в 12-этажке на ул. Юмашева. В первой комнате у него стоят стол, стулья, сервант, на стене — солидная книжная секция, а рядом — складывающийся диван. Хозяин, судя по всему, читает великое множество специальной литературы, среди которой доминируют книги и журналы с главенствующей темой… тайны нашего мозга.

Лишь увидев интерьер второй комнаты, выслушав кое-какие сомнения Петра Гавриловича, я понял, почему его так интересует физиологический аспект человеческого интеллекта. Дело в том, что после клинической смерти у моего соседа как бы "выпали" из памяти целые куски жизни. Он, например, абсолютно не помнит себя на последнем курсе института, запамятовал обстоятельства призыва в армию, совершенно не знает о своей жизни на Севере, в Норильске, куда на горнодобывающий комбинат попал по распределению в 1974 году после окончания вуза, о чем свидетельствует запись в трудовой книжке.

Но если бы его беда этим ограничилась! Начиная с 2005 года он практически ничего не запоминает. Поэтому во второй комнате на трех столах, кушетке и на стенах громоздятся разложенные и развешанные самые разнообразные вещи: бинокли, расписные тарелки, морские раковины, расчески, шарики для игры в пинг-понг, брелоки и авторучки, записные книжки (их штук двадцать, причем разного формата), использованные авиа- и железнодорожные билеты, разложенные веером на маленьком столике фотографии, целых пять телефонных книжек, два диктофона…

Дело в том, что мой сосед таким вот экзотическим образом заставляет себя в той или иной ситуации вспоминать то, что порой просто необходимо для нормальной жизни. А "случайные" вещи служат как бы маячками для его памяти.

Пытался, кстати, Петр Гаврилович лечиться, но пока обнадеживающих результатов нет. Вот так и живет человек…

Г. ДУКИН, врач-психотерапевт.

ОТ РЕДАКЦИИ:

По информации "Интересной газеты", наш мозг не помнит только одного: куда он "распихал" всю необходимую информацию. Известный американский математик и кибернетик Джон Нейман подсчитал: человеческий мозг может вместить примерно десять в двадцатой степени единиц информации. То есть каждый нормальный человек в состоянии запомнить сведения, содержащиеся в миллионах книг. Но в жизни этого почему-то не происходит.

Ученые до сих пор бьются над загадками памяти, но пока приходят к одному выводу: в век компьютерных технологий человеческий мозг — пока самый совершенный механизм по обработке и анализу информации, полученной непосредственно из окружающего мира. И все же память человека нередко дает сбои, как в нашем случае. А потому люди прибегают порой к удобным подсказкам. Известно, например, что знаменитая актриса Мхата Ольга Книппер-Чехова перед выходом на сцену в спектакле "Вишневый сад" всегда пользовалась одними и теми же духами, которые вызывали у нее определенные ассоциации. Таким образом она использовала запахи как обонятельные подсказки.

По большому же счету, ученые считают, что человек ничего не забывает. Все увиденное и услышанное ждет своего часа. Может быть, и у соседа нашего автора когда-нибудь наступит "просветление"?

Другие статьи этого номера