И магия чисел, и движение души

Есть слова и словосочетания, звучащие как пароль, говорящие сами за себя, характеризующие свое время. Днепрогэс, "катюша", Байконур! Или вот: физтех! Так назывался институт, где готовили специалистов по ядерной физике и ракетной технике. В 50-80-е годы прошлого века эти профессии привлекали самых одаренных ребят советских школ — тех, которые блистали на физических и математических олимпиадах.
Об этом московском вузе мечтал и выпускник севастопольской школы N 3 Наум Шапиро. Когда уверенный (но не самоуверенный!) юноша приступил к изучению математики, сразу почувствовал магию чисел! С той поры пронеслось столько бурь и утекло столько воды! Но и поныне доктор физико-математических наук Наум Борисович Шапиро, отметивший недавно 70-летний юбилей, не берется объяснить притягательную силу чисел. Для него это не только графическое изображение, это — одушевленное существо со своим характером, повадками, тайной.- Наше поколение, — рассказывает Наум Борисович Шапиро, — вырастало под отзвуки Великой Победы. Мы понимали, что обязаны своей жизнью тем воинам, которые защитили нашу землю от фашизма. Трудности послевоенного быта казались нам естественными. Требования мы предъявляли к себе: преодолеть невзгоды, получить нужную стране профессию.<br>

Наум Шапиро родился в Севастополе. Отец, Борис Анатольевич Шапиро, работал на Севморзаводе начальником участка на кислородной станции. Когда фронт приблизился к Севастополю, многие заводские цеха эвакуировались на Кавказ. Судоремонтную базу разместили в Туапсе, Батуми и Поти, где в различных должностях (начальник кислородного цеха, строитель на кораблях, председатель завкома) работал Б.А. Шапиро, отмеченный за свой труд медалями &quot;За оборону Севастополя&quot;, &quot;За оборону Кавказа&quot;, &quot;За трудовую доблесть&quot;. На кавказском побережье Черного моря прошли детские и школьные годы Наума. В Севастополь он вернулся в 9-й класс школы N 3. В эти годы у него пробудился особый интерес к точным наукам — математике и физике. Способствовали этому и преподаватели М.С. Чиченкова и Е.И. Смолов, хотя порой и они затруднялись ответить на вопросы любознательного школьника.<br>

На выпускном вечере Науму Шапиро вручили &quot;серебряный&quot; аттестат. Такая медаль позволяла сдавать экзамены в институт до основного приема. Севастопольский юноша поехал в Москву. Его цель — тот самый знаменитый физтех! Но, сдав четыре экзамена (два по математике и два по физике), все же не прошел по конкурсу.<br>

Тогда в Москву приехал его отец. Борис Анатольевич посоветовал сыну поступать в Николаевский кораблестроительный институт, получить очень достойную профессию. Но Наум &quot;отступать&quot; из столицы не захотел. Он подал документы в еще один престижный вуз — Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова — на механико-математический факультет. И удача не отвернулась от него: он получил пятерки на двух экзаменах по математике (это был проходной балл для серебряных медалистов). С первого курса студента Наума Шапиро поселили в общежитие главного корпуса на Ленинских горах.<br>

— Учеба в МГУ, — говорит Наум Борисович, — это лучшие годы моей жизни! Там закладывались творческий и нравственный характер, развивались общественный кругозор, духовные устремления. Мы слушали лекции ученых с мировыми именами, академиков, лауреатов, Героев Социалистического Труда. Запомнились лекции С.Б. Стечкина, С.В. Бахвалова, Б.В. Шабата, С.А. Гальперина, Н.Г. Четаева, Л.Н. Сретенского, Я.Н. Ройтенберга, А.А. Ильюшина, Х.А. Рахматуллина, А.Я. Сагомоняна, И.Н. Зверева и многих других известных математиков и механиков. В МГУ сокурсница Элеонора Михайлова стала моей женой.<br>

В 1962 г. Наум окончил с отличием механико-математический факультет Московского государственного университета. После защиты дипломов супружескую пару Шапиро ученый совет рекомендовал в аспирантуру. Но радость оказалась преждевременной: в аспирантуру не прошли. Дальнейший поиск работы (со свободным дипломом) в Москве оказался неутешительным: даже для выпускников МГУ в столице мировой науки не нашлось места. Наум Борисович честно признается: из Москвы уезжать не хотелось.<br>

Но в один прекрасный день его проблемы неожиданно разрешились: Наум получил письмо от отца, в котором тот сообщил, что в севастопольской газете появилась информация о том, что Морской гидрофизический институт АН СССР переводят из Москвы в Севастополь. Наум и Элеонора попали на прием к директору института Аркадию Георгиевичу Колесникову. Прошла неделя в тревожном ожидании, пока объявили: Наума и Элеонору берут на работу в МГИ.<br>

Начался севастопольский, самый значительный период научной деятельности Наума Борисовича Шапиро. Определилась и область исследований: гидродинамика океана, а именно теория морских течений, численное моделирование динамических процессов в океанах, морях, озерах.<br>

Тогда в Морском гидрофизическом институте появился крупный специалист в области гидродинамики океана профессор Александр Исаевич Фельзенбаум, который приехал из Москвы и возглавил отдел течений в МГИ в период становления института. Совместная работа с А.И. Фельзенбаумом и с коллегами из отдела течений фактически определила всю дальнейшую научную деятельность Наума Борисовича.<br>

Большое влияние на становление Н. Шапиро как ученого оказали стажировка в лаборатории мезометеорологии в вычислительном центре Сибирского отделения АН СССР (в Новосибирском академгородке) и общение с такими людьми, как директор ВЦ академик Г.И. Марчук, профессоры Л.Н. Гутман, Г.П. Курбаткин, В.П. Кочергин.<br>

На разных этапах научной деятельности Н.Б. Шапиро довелось сотрудничать, помимо работающих в МГИ, с известными учеными-океанологами. Как учителей он отмечает П.С. Линейкина, В.М. Каменковича, А.С. Саркисяна, В.Ф. Козлова.<br>

Исследования Наума Борисовича сосредоточились на теоретических разработках течения Ломоносова в тропической зоне Атлантики — последнего великого географического открытия ХХ века, изучении энергоактивных зон океана. На научно-исследовательских судах &quot;Михаил Ломоносов&quot;, &quot;Академик Вернадский&quot; и &quot;Профессор Колесников&quot; он принимал участие в экспедиционных походах.<br>

В 1966 г. Н.Б. Шапиро защитил диссертацию на соискание ученой степени кандидата физико-математических наук по специальности геофизика, а в 1983 г. — диссертацию на соискание ученой степени доктора физико-математических наук. Он опубликовал более 200 научных работ.<br>

Борис Наумович называет 70-80-е годы &quot;золотым веком&quot; отечественной океанологии. А вот ныне область исследований ограничивается в основном Черным морем. Информацию, которая раньше добывалась во время морских экспедиций научных судов, теперь получают с помощью искусственных спутников Земли и автономных дрейфующих буев.<br>

Совместно с бывшим сотрудником Севастопольского отделения ГОИН И. Гертманом, ныне работающим в Институте моря в г. Хайфа (Израиль), по рекомендации директора МГИ В.А. Иванова Наум Борисович принимал активное участие в моделировании циркуляции вод в озере Кинерет, моделировании перестройки полей температуры и солености в Мертвом море, известном целебными свойствами солей. Исследует он и проблемы недостатка пресной воды в Крыму. В рамках этой тематики Н.Б. Шапиро с группой сотрудников института провел исследование структуры полей температуры, солености и скорости течения в карстовой полости, расположенной в районе мыса Айя (на южном побережье Крыма), в которую поступает подземная пресная вода.<br>

В течение шести лет (2002-2009) Наум Борисович преподавал в Черноморском филиале Московского университета, для студентов, изучающих физику, математику и океанологию, вел курсы &quot;Теория морских течений&quot; и &quot;Математическое моделирование океанической циркуляции&quot;.<br>

— Жизнь преподносит иногда неожиданные и приятные сюрпризы, — говорит Наум Борисович. — Читая лекции, я как бы вернулся в свою молодость — в студенческую среду на Ленинских горах. Конечно, мы выглядели иначе, по-иному смотрели на окружающий мир, но нести знания молодому поколению, оснащенному современными техническими новинками, ищущему свой путь, очень интересно. Общение с ними дает надежды, что нынешние юноши и девушки, куда бы их ни забросила судьба, сохранят добрые отношения, творческие связи.<br>

Я благодарен судьбе, что родился, вырос, живу и работаю в нашем замечательном городе. Побывав во многих странах мира, я уверился в том, что самое лучшее место на земле — Крым, а в Крыму — Севастополь.<br>

Другие статьи этого номера