Мы разные и «в профиль», и «в анфас», или…

Человек, как правило, многолик. И если мы хотим познать его сущность, то возникает проблема: он может быть повернут к нам лишь в профиль, словно римский патриций на чеканной монете, а может общаться, пряча глаза — зеркало души… Предлагаю вниманию читателей историю одного человека…

На спартакиаде Союза организаций инвалидов Украины, которая проходила в Алуште в октябре этого года, со всех областей Украины приехали участники разных возрастов и с различными нозологиями. Кто-то прибыл сюда лишь "потусить", поучаствовать в соревнованиях, а кто-то горел желанием показать свои сноровку и умения в надежде на победу.

Среди участников был Сергей — симпатичный парень 23 лет, спортивного телосложения, кареглазый и улыбчивый, в модных серых спортивных брюках. Посмотри я на него лишь в анфас, не увидела бы той единственной детали, с которой ему приходится идти по жизни. В профиль же я увидела пухлую щечку, золотую серьгу в ухе и… маленький слуховой аппарат, через который Сергей может слышать меня и этот мир.

Общаясь с ним, я завела разговор о его детстве, в котором были ранняя травма и, как следствие, частичная потеря слуха. Потом — операции, восстановление и вхождение в обычную жизнь. О своем детстве Сергей рассказал следующее:

— Я очень благодарен своим родителям, которые занимались мной и не отдали в специнтернат. Мама, к примеру, и сейчас разговаривает со мной, как научил ее логопед: она прикрывает ладонью рот, чтобы стимулировать мой слух. А еще каждый раз тычет на свой нос, чтобы я учился читать (слышать) речь других по губам. Я и сейчас чувствую, что не все звуки выговариваю, но в свои 23 года усиленно работаю над этим, стараясь произносить их правильно.

— А есть какие-то особенности при использовании слухового аппарата? Ведь получается, что это уже неотъемлемая часть тебя.

— Для нас очень важно найти своего врача. Я, например, лишь слабослышащий, а не тотально глухой. У меня 3-я группа инвалидности, и для поддержания слуха я должен регулярно проверяться у ЛОР-врача. Слуховой аппарат со мной постоянно, и смотреть за ним надо, как… за музыкальным инструментом. Ведь настраивают его на определенные частоты, проводя специальные тестирование и аудиограмму. Также врач должен делать промывку уха. И эта, казалось бы, пустяковая процедура тоже должна быть выполнена с особой тщательностью (однажды попал не к своему врачу, она сделала промывание плохо — оставила в ухе жидкость, и я потом изрядно намучился).

— Тебе повезло с родителями: они знают практически все о твоей логопедической проблеме, занимались с тобой, да и сейчас уделяют этому внимание. А вот годы учебы в школе чем запомнились?

— Учился я в обычной школе, в обычном классе со здоровыми детьми, отдельно посещал логопеда. Конечно, всякое случалось: и обзывали, и били, и забирали слуховой аппарат. Мне в полной мере довелось испытать на себе детскую жестокость. Преподаватели, конечно, понимали, сколь нелегко дается мне учеба со сверстниками, но скидок лишний раз не делали. Единственное, на что была поблажка, — это письменные диктанты по языку, которыми я занимался индивидуально. Сейчас мне кажется, что если бы учителя вели индивидуальные занятия и по другим предметам, я бы, пожалуй, смог окончить школу с медалью. Главное, что учился-то я для себя, и школу окончил с хорошими оценками.

— А в вуз как поступал?

— На выбор вуза повлияло моё увлечение спортом: я хорошо играю в теннис, обожаю футбол. Родители меня поддержали, и я подал документы в институт на факультет физической культуры и спорта. Но тут возникла проблема: на общих основаниях на "бюджет" меня брать не хотели, а вот если я на платный документы подам, то выходило, что брали сразу с зачислением. Мы решили не упираться, не стали ничего доказывать.

— Выходит, обычным людям легче поступить в вуз, чем человеку с ограниченными физическими возможностями. По опыту работы знаю, что Фонд защиты инвалидов курирует вопрос платного обучения людей с инвалидностью в вузах. Вы в эту службу обращались?

— Нет, сами мы этого тогда не знали, и нам никто не подсказал. Я и мои родители оказались из огромного числа тех, кто не ведал о своих правах и имеющихся возможностях. Но теперь-то мы знаем и можем другим молодым инвалидам подсказать, куда обращаться. Повзрослев и окончив институт, я точно знаю, что свои права надо не только знать, но и отстаивать.

— А как учеба в институте проходила?

— Сначала студенты и преподаватели ко мне относились настороженно. Но я коммуникабельный, очень люблю общаться. Для меня простое общение — это жизнь. Затем, когда узнали поближе, стали приглашать в КВН и на различные спортивные мероприятия. Так, отстаивая честь института на соревнованиях по теннису, я занял призовое место. Еще был тренером по футболу у детей, вместе с которыми мы выиграли кубок ДЮСТК "Искра" в нашем городе.

— После окончания института желание работать в физкультурно-спортивном направлении не пропало?

— Да нет, хочется работать по специальности, применять полученные в вузе знания. Так, в этом году после окончания института работал вожатым в детском лагере. Мне предложили поучаствовать в конкурсе на лучшего вожатого, и я его выиграл. А затем мы сообща презентовали работу лагеря и вожатых на Международном фестивале педагогических команд в детском лагере "Артек". По его результатам, оценив моё отношение к работе и детям, мне было предложено заполнить анкету на возможность заключения контракта для работы в "Артеке". А вообще я очень люблю детей — они такие активные, и мне хочется с ними работать, заниматься их физическим воспитанием.

— Молодец, строишь свое будущее кирпичик за кирпичиком! А давай к спорту вернемся: каковы твои достижения на спартакиаде в Алуште?

— На спартакиаде очень много людей с инвалидностью, и это выбило меня из колеи. Я не чувствую себя инвалидом, ведь моя жизнь проходила среди здоровых детей и молодежи. Я ориентировался на них, стремился быть, как они, и адаптировался к нормальной жизни постепенно, не забывая при этом об ограничениях и подстраиваясь под свои возможности. А здесь на соревнованиях по настольному теннису я… уступил. Я неплохо играю, но когда перед тобой человек без ноги, когда перед глазами его протез, то реально становишься слабее. Но я думаю, что такие соревнования нужны, они не только объединяют, но и роднят, сближают. Здесь меньше чувствуется то одиночество, которое присуще каждому из нас. Ведь знакомясь с новым человеком, мы втайне надеемся на дружбу с ним…

Мы с Сергеем стояли на берегу, а вдали море играло волнами и тихо шумело, давая возможность нам слышать друг друга, понимать и постигать мир других возможностей и особенностей. Эта встреча была краткой, но значимой, так как, работая в организации инвалидов, мне приходится сталкиваться с разными людьми, с каждой отдельной судьбой, в которой процесс адаптации имеет огромное значение. Найти свое место в жизни, добиться значимых высот бывает нелегко даже здоровому человеку. А какой путь для этого приходится пройти человеку с инвалидностью — обычным людям представить трудно.

Жизненный путь инвалида строится на взаимодействии с людьми, которые оказывают помощь и поддержку, в доверии к ним. В этой статье каждый может увидеть свой путь, в котором есть (или нет) место для человека с ограниченными возможностями. Ведь многое в жизни относительно. Только у одних "в профиль" — логотип, изображающий инвалидный знак, а "в анфас" — совсем иное…

А. ШАХОВА, социальный педагог, член Севастопольской организации инвалидов СОИУ.

В тему

ВСЕ ЛУЧШЕЕ — ДЕТЯМ

Севастопольский центр охраны здоровья матери и ребенка (ДГБ N 5) получил уникальный аппарат для ранней диагностики нарушения слуха у новорожденных. Новое медоборудование позволит проводить сложные диагностические исследования практически с первых дней жизни севастопольских детей.

Согласно статистике, два-три ребенка из тысячи появляются на свет с нарушением слуха. В Севастополе ежегодно с такой патологией рождаются около 12 малышей. Чтобы помочь такому ребенку в будущем адаптироваться к нормальной жизни, необходимо как можно раньше начать оказывать ему помощь. До приобретения аппарата достоверно определить, что у ребенка проблемы со слухом, специалисты могли лишь с двух-трехлетнего возраста малыша, когда улучшить слух было уже проблематично. Теперь у севастопольских врачей есть возможность провести диагностику слуха сразу после рождения малыша и в случае необходимости вовремя начать лечение и предотвратить осложнения.

— В августе мы обратились через СМИ к севастопольцам с просьбой помочь больнице собрать средства для приобретения очень нужного нам аппарата, — сказал главный врач ДГБ N 5 Анатолий Токарев. — И вот сегодня благодаря всеобщим усилиям, и прежде всего руководителей госадминистрации и горсовета, больница получила 77 тысяч гривен и смогла приобрести уникальный для города аппарат для определения слуха у новорожденных детей, который в настоящее время находится в лор-отделении. Это позволит нам выявлять дефекты слуха у новорожденных детей (аппарат небольшой, легко транспортируется, поэтому проводить диагностику слуха у грудничков можно прямо в палатах обоих роддомов. Причем при исследованиях ребенок может как бодрствовать, так и спать).

По словам заведующего лор-отделением пятой горбольницы Юрия Искренко, ранее пройти диагностику на таком аппарате можно было в Симферополе или других областных центрах. Теперь такие обследования будут проводиться непосредственно в Севастополе. И в результате вовремя выявленной патологии и начатого лечения впоследствии ребенок с дефектами слуха сможет нормально разговаривать, учиться в общеобразовательной школе, общаться со сверстниками. Уникальный для нашего города аппарат начнет работать через считанные дни, когда специально командированный в Киев специалист-сурдолог вернется в больницу после прохождения курсов повышения квалификации. Уже до конца текущего года планируется проверить на нарушение слуха всех детей, родившихся в этом году.

Другие статьи этого номера