На катере — до Берлина

Ныне 85-летние старцы — едва ли не самые юные солдаты Великой Победы. Кто-то не поверит этому. Но обратимся к знаковым датам жизни севастопольца Николая Павленко.В декабре 1942 года ему, 16-летнему юноше, вручили паспорт гражданина СССР. А в мае 1943-го он поступил учиться в родном Энгельсе в училище Волжской военной флотилии. 7 марта 1944 года на его имя выписали свидетельство об окончании учебы. По всем 12 включенным в документ дисциплинам — отлично, отлично и отлично… Еще экзаменационной комиссией сделано заключение: "Может быть использован как командир отделения мотористов". В неполные 18 лет!

Зона деятельности Волжской военной флотилии на то время — глубокий тыл. Как-никак на календаре уже весна 1944 года. Но и враг еще силен. Николая Павленко и его товарищей вместе с катерами на сухопутном транспорте переправляют на запад, где возрождается очень необходимая Днепровская военная флотилия. В это опять же трудно поверить, но ее катера дошли до логова фашистского зверя — Берлина. По воде! Один или два раза пришлось на коротких отрезках пути обращаться к наземным видам транспорта. Основную же часть — по рекам, речушкам и каналам. Случалось самим матросам, как бурлакам, тащить свои плоскодонные суда через мелководья. Когда везло больше, их буксировали тягачи или быки. Бывалые генералы застывали от удивления на месте, увидев на Шпрее советские катера, о чем пишет в своих воспоминаниях флотоводец Н.Г. Кузнецов. Не один-два, а свыше сотни!

Их помощь нашим воинам, штурмовавшим Берлин, была неоценимой. "В мае, вскоре после окончания войны, — пишет в своих мемуарах командующий Днепровской военной флотилией вице-адмирал Виссарион Григорьев, — Маршал Советского Союза Г.К. Жуков проводил разбор Берлинской операции… Поднявшись с места, Герой Советского Союза генерал-лейтенант Иван Рослый обратился к председательствующему: "Разрешите мне, товарищ маршал… поблагодарить наших славных моряков, без героической помощи которых вверенный мне корпус не смог бы выполнить поставленную задачу". Генерал повернулся в нашу сторону и поклонился старинным русским поясным поклоном"…

"При форсировании Шпрее, — вспоминал сам маршал Г.К. Жуков, — смело действовала 1-я бригада речных кораблей… Несмотря на сильный огонь противника, старшина 1-й статьи Георгий Дудник на своем катере перебросил на вражеский берег несколько рот 301-й стрелковой дивизии".

Георгию Дуднику было присвоено звание Героя Советского Союза.

— Я хорошо знал Георгия, — говорит Николай Павлович. — Дважды с ним пришлось посидеть на "губе". Один раз — ни за что, просто попали под горячую руку.

В неполные 19 лет Николай Павленко закончил войну с медалями "За победу над Германией", "За взятие Берлина", "За боевые заслуги" и с другими наградами на груди. Но еще в течение двух лет продолжал службу в поверженном Берлине.

Катера Днепровской военной флотилии качались на речной волне вблизи рейхстага.

— Он пестрел надписями воинов-победителей от фундамента до крыши, — говорит Николай Павлович. — Те, кто не располагал временем, довольствовались мелом, угольком. У нас же под рукой были краска и кисточки, да и дней — вволю. На стенах рейхстага расписался несколько раз: "Дошли до Шпрее от берегов Волги".

Об этом и вспомнилось сейчас в первые декабрьские дни, когда ветеран отмечает 85-й день рождения.

Другие статьи этого номера