Офицер с глянцевой обложки

Действия—четко отработанные, реагирование—максимально оперативное

Сквозь призму прожитых лет.

Подводников Черноморского флота киносъемочные группы особым вниманием никогда не баловали. Не то чтобы информационный повод был неинтересный, просто в период «холодной войны» всё было предельно засекречено. А подводные лодки с ядерным боекомплектом на борту хранили свои секреты особенно тщательно. Но исключения всё же были. И только для съемочных групп флотского телевидения.

 

Вспоминает капитан 1 ранга в отставке, почётный председатель совета ветеранов-подводников Севастополя Алексей Лушников: «Забыл уже, когда это было. Наверное, более 50 лет назад. Побывал на моей подводной лодке оператор нашей флотской киностудии и снял небольшой фильм о жизни и деятельности корабля. Съемка началась с ПЛ, стоящей у пирса в Южной бухте Севастополя. Отсеки лодки—не самое удобное место для съемок кино: и места мало, и освещение недостаточно яркое. Но пришлось потесниться ради гостей, позировать по их заданию. Шла подготовка ПЛ к походу, грузились имущество и продукты. Я, как командир ПЛ, проверял происходящее на пирсе и на лодке».
Киношников интересовало всё, но особое внимание они уделили политзанятиям и быту моряков-подводников. Алексею Ивановичу потребовалось согласование со штабом флота, и «добро» было получено. «Затем операторы попросили снять жизнь и быт личного состава на берегу. Разрешение тоже было дано. Были сняты эпизоды в ленинской комнате (политические занятия) и в кубрике (отдых, игра на гитаре, перекур). А как же без политзанятий и комсомольского собрания! Весь фильм был снят на 16-мм пленке, он был немым, на шесть минут. Киношники подарили копию фильма на память о встрече. Эта пленка (бобина) пролежала у меня дома до 2019 года, и я забыл о ее существовании. Не знал я, где и как ее оцифровать, чтобы увидеть, что же на ней запечатлено».
Случай помог Алексею Лушникову совершить виртуальное путешествие на полвека назад. Однажды в апреле 2019-го зашел он к начальнику ДОФа ЧФ капитану 1 ранга Владимиру Пискайкину и поделился своей проблемой. «На мое счастье в это время в кабинете начальника ДОФа находился человек, мне не знакомый. Он проявил живой интерес к разрешению вопроса, готовность помочь, сказал, что уезжает в Москву и сможет там оцифровать пленку. Я, конечно, с радостью согласился и не раздумывая отдал ее этому человеку».
Прошло более полугода, и Алексей Иванович подзабыл о той встрече в ДОФе, о катушке с киноплёнкой. Но 10 декабря 2019 года ему позвонил В.В. Пискайкин и сообщил, что пленка оцифрована, находится у него, и забрать диск можно в любое удобное время. Влекомый желанием увидеть себя молодым командиром подводной лодки, Лушников поехал в ДОФ: «Я, конечно, с благодарностью забрал у Пискайкина диск. Но он показал мне этот фильм на своем компьютере. Я был поражен. То, что я увидел, было нечто, вернувшее меня в то святое для нас время. Оно не просто вернуло меня в ХХ век—я как бы заново прошел всю свою службу на ПЛ «С-147»!»
Подводная лодка с бортовым номером «С-147» была переведена с Северного флота 22 апреля 1964-го и вошла в состав 153-й бригады ПЛ ЧФ. «С-147» была первой подлодкой СФ, объявленной отличной. Но за последние два года она утратила это высокое звание. Предстояло проделать большую работу, чтобы вернуть лодку в число передовых. В июне 1966 года Лушникова вызвали на Военный совет ЧФ, где утвердили на должность командира средней ПЛ 613-го проекта «С-147». Этот проект был самым массовым. В Советском Союзе с 1951-го по 1957 годы было построено 215 лодок, ещё 21—в Китае. По классификации НАТО их именовали Whiskey. Предельная глубина погружения—200 метров.
«До этого я три года командовал малой ПЛ «М-260», которая в то время носила звание отличной и была призером за отменно выполненную торпедную стрельбу по одиночному боевому кораблю. Когда я принял ПЛ «С-147», мне пришлось немало потрудиться. При этом я опирался на партийную, комсомольскую организации корабля, на офицерский и старшинский состав. Мне удалось сплотить коллектив, и мы вернули лодке почетное звание отличной,—вспоминает Алексей Иванович.
Уже в 1967 году на борту рубки ПЛ красовался знак «Отличная ПЛ-1967», а двумя годами позже появились и еще два знака: «Приз за состязательные торпедные стрельбы» и «Приз по поиску ПЛ совместно с противолодочной авиацией». В мае 1967-го на лодке побывал писатель Н. Панов. Он выходил в море, был посвящен в подводники и оставил в вахтенном журнале восторженный отзыв. А командиру писатель подарил сборник своих произведений с дарственной надписью.
Неделей позже на этой лодке выходил в море на флотские учения корреспондент газеты «Флаг Родины» капитан 3 ранга Дмитрий Румянцев. Шесть суток он провел с подводниками. В майских номерах газеты «Флаг Родины» за 1967 год появилась серия статей из его репортажа «Подводные мили», рассказывающего о боевых делах экипажа ПЛ. Репортаж заканчивался рассказом об успешной торпедной атаке по надводной цели. Румянцев подробно описал подготовку к ней экипажа лодки: «А вот и доклад главного старшины Кацая о шуме винтов корабля «противника». Командир принимает решение атаковать его. Слаженно работает расчет ГКП. Нельзя оставаться равнодушным в период рождения торпедной атаки… Акустик даёт пеленг на цель. Штурман определяет курсовой угол, скорость цели и дистанцию, докладывает старшему помощнику. Данные заносятся в торпедный автомат стрельбы. После залпа и необходимого манёвра лодка всплывает. Атака прошла успешно, цель поражена».
После возвращения на базу была сделана групповая фотография экипажа лодки.
Журналисты стали проявлять повышенный интерес к «С-147». В декабре 1970 года на лодке побывали заместитель главного редактора журнала «Україна» Александр Гордин и фоторепортер Борис Градов. Они находились на лодке несколько дней. Проходили учения, торпедные стрельбы и другие мероприятия. Итогом пребывания журналистов на ПЛ стал отличный репортаж в № 50 журнала за 1970 год о жизни и боевой деятельности экипажа. Вот тогда и попал портрет командира лодки на обложку глянцевого журнала.
Несмотря на напряженные боевые дежурства в период «холодной войны», Лушников считает свою службу относительно спокойной: «Годы моей службы пришлись на спокойный, мирный период в жизни нашей страны. Советский Союз успешно развивался в одной братской многонациональной семье. Для меня служба на ПЛ была праздником. Я любил свой корабль, экипаж, любил службу. Тогда не нужно было выпячивать слово «патриотизм». Мы все были патриотами своей страны, свято хранили и берегли память о защитниках Родины, о тех, кто отдал свою жизнь за ее свободу и независимость в годы Великой Отечественной войны»…
Просмотр фильма полувековой давности не оставил ветерана-подводника равнодушным: «Да, это было. И было давно. С тех пор черная полоса прошла, все коренным образом изменилось. Главное—это развал страны, нет больше Советского Союза. Мне трудно себе представить и невозможно понять, как одна из самых успешных и благополучных когда-то республик Советского Союза—Украина—превратилась в злобную, жестокую и коварную страну, так ненавидящую Россию, русский народ. Но я верю в народ Украины, верю в то, что он очнется и придет то время, когда в Киеве уберут марионеточное правительство, искоренят поднявший голову фашизм, а Украина вернется и займет достойное место в дружной семье народов России».
Алексей Иванович не считает себя пророком, но верит в будущее страны: «Это зависит только от нас. Россия медленно запрягает, но быстро едет».
А службу Алексей Иванович закончил в июне 1984-го в звании капитана 1 ранга. На малых лодках служба считалась год за два. На средних—год за полтора. В общей сложности набежало 55 лет выслуги. Двадцать из них—в прочном корпусе подводных лодок.

 

В. ИЛЛАРИОНОВ.

На снимке: подводник Лушников и экипаж его ПЛ.

Фото из семейного архива.

 

Другие статьи этого номера