Журавли над Севастополем

Они кружили над Сапун-горой
И постепенно в стаи собирались,
Старательно выравнивали строй,
Как с павшими героями прощались.
(Николай Ильченко).

В канун Дня Победы мы с читателями библиотеки-филиала поселка Любимовка запустили акцию «Журавли над Севастополем», решив сделать журавлей символом памяти о погибших в годы Великой Отечественной войны.

Журавли над СевастополемПервые птицы появились у нашей художницы Елены Викторовны Боровик и профессиональной кружевницы Светланы Бондаренко. Они «полетели» над Любимовкой: над храмом-часовней Новомучеников и исповедников Церкви Русской, расположенным возле знаменитой 30-й береговой батареи, памятником «Бескозырка», стелой «Погибшим на фронтах Великой Отечественной войны, в партизанских отрядах и на оборонных работах», дотом и дзотом, Домом-музеем семьи Перовских и истории развития виноградарства и виноделия, в котором есть зал Великой Отечественной войны со стенами из искорёженного металла и люстрой в виде снарядов, летящих с неба.
С началом осады Севастополя Любимовка оказалась на передовой линии четвёртого сектора обороны Севастополя. Два штурма немецко-фашистских захватчиков выдержали жители. Дом, в котором сейчас находится музей, в годы войны стал командным пунктом и штабом 95-й стрелковой дивизии, которую возглавил генерал-майор Воробьёв. В подвале винзавода, построенного в 1890 году, размещался медсанбат 90-го полка дивизии. Раны промывали вином, обладающим антисептическим действием.
В музее бережно хранится история о земляках-героях. Вот, например, личные вещи контр-адмирала Г.Н. Охрименко. Григорий Николаевич начинал свою трудовую биографию здесь, в Любимовке. Отсюда по комсомольской путёвке он ушёл на фронт, где разгадал секрет немецких мин. Какой ценой, каких физических и душевных сил это стоило—отражено в фильме «Аллегро с огнём». А будучи флагманским минёром, Григорий Николаевич провёл корабли с боеприпасами и продовольствием до Белграда по заминированному Дунаю, за что ему присвоили звание «Народный Герой Югославии».
За каждым предметом, фотографией стоят судьба и подвиг. Вот на нас смотрит девочка в солдатской шинели и пилотке—медицинская сестра Н. Кутова. В первый же день наступления, помогая раненым на поле боя, заметила, что фашисты ползут к окопу, а пулемёт почему-то молчит. Увидев, что один пулемётчик убит, а второй тяжело ранен, медсестра открыла огонь по врагу. Атака была отбита. С благодарностью в Любимовке помнят и чтут командира партизанского отряда Владимира Красникова, разведчицу Марию Байду, снайпера Людмилу Павличенко, Николая Соболева, спасшего массандровскую винотеку, и других героев—всех тех, кто приближал Победу.
В моей семье хранятся рукописи—воспоминания дедушки, командира торпедного катера капитана 1 ранга О.М. Чепика, в которых он пишет: «Однажды после войны я гостил у друга. Один из собеседников, подросток, спросил, не я ли стрелял торпедами? Получив утвердительный ответ, он не стал расспрашивать, как это было, не стал восторгаться героизмом моряков, а рассказал, как они воспряли духом: «Наши живы! Наши—близко и бьют фашистов!» Значит, не зря мы рисковали жизнью».

Журавли над Севастополем…Многие не вернулись с войны. Однажды мне довелось держать в руках обгоревшие первомайские открытки, не дошедшие до адресатов. А ещё поздравительный бланк с надписью: «Героическому тылу—первомайский привет с фронта!», на обороте которого… текст похоронки: «Уважаемая Вера Васильевна! Сообщаю Вам, что Ваш муж героически погиб 6 мая 1944 года в боях с немецкими оккупантами за честь, свободу и независимость нашей Родины. Вечная слава ему. Смерть немецким оккупантам». Видела ещё пожелтевший треугольник—письмо с фронта, на котором неразборчивым мужским почерком написано: «…пишу под дождём… ты моя любимая… целую… скучаю…», на другой стороне—аккуратным женским: «Последнее письмо, 29.04.44».
Севастополь помнит своих защитников. Севастополь—город-герой! Но вы обращали внимание на то, что севастопольцы не ходят с надписью: «Я—патриот», потому что… разве нужно об этом говорить? Патриотизм—не слово, а то, что живёт в душе и сердце. Однажды наш юный читатель на вопрос: «За что ты любишь Севастополь?»—ответил: «Ни за что. Я люблю его так, как люблю папу и маму». Вот такие же ребята в дни Великой Отечественной войны защищали Родину. Многие из них не вернулись с полей сражений, «превратились в белых журавлей».
Стояли мы, смахнув слезу со щёк.
Их длинный строй так долго не кончался,
Как будто бы большой бессмертный полк,
Покинув землю, в небеса умчался.
(Николай Ильченко).
Летят в наш город-герой Севастополь журавли (в стихах и прозе, рисунках и поделках) со всех уголков нашей великой страны от поэтов, музыкантов и детей, понимающих, что тот журавль, которого они сделали с родителями,—не просто поделка, а символ, парящий над нами, память о наших родных-победителях. Мирного неба всем! Помним… Чтим… Гордимся!

Т. Пчелина, заведующая библиотекой-филиалом № 30 ГБУК Севастополя «РИБС».

На снимках: к нашей акции «Журавли над Севастополем» присоединились сотрудники Государственного бюджетного учреждения Ямало-Ненецкого автономного округа «Центр обслуживания населения «Забота» в муниципальном образовании Тазовский район»; стела «1941-1945. Вечная слава героям, павшим в боях с немецко-фашистскими захватчиками», на которой навечно вписаны в историю имена односельчан, работников совхоза им. Софьи Перовской, погибших на фронтах Великой Отечественной войны, в партизанских отрядах и на оборонных работах Севастополя.

 

Другие статьи этого номера