Когда тишина — враг

У Алеши Логвинова страшный диагноз: двусторонняя сенсоневральная глухота. Но у мальчика еще есть шанс услышать мир во всем разнообразии звуков.

Алеша пока не знает, что он — Алеша. Голос мамы, звук собственных шагов, тихая колыбельная песня на ночь — сегодня для него это тоже из области недоступного. Зато мальчик, которому едва три года от роду, уже с недетским вниманием умеет смотреть взрослым в лицо и по мимике, по жестам чувствовать, что ему следует делать. Пока мы с его мамой в кабинете редакции ведем непростой разговор, ребенок с интересом исследует незнакомое место. Наконец его внимание надолго приковывает черный кнопочный телефон. Подражая старшим, мальчик деловито прижимает телефонную трубку к уху…

— Первое время мы не подозревали, что сын теряет слух. Будучи младенцем, он, как нам с мужем казалось, реагировал на звуки, поворачивал головку на шум, искал того, кто разговаривает с ним, глазами, — рассказывает Ксения Логвинова (девичья фамилия Аликова). Но когда мы начали оформлять Алешу в детский сад, на медико-педагогической комиссии выявились печальные обстоятельства.

Ксения не знает имени того специалиста-сурдолога, который, внимательно наблюдая за поведением ребенка, сказал вдруг: "Ваш ребенок не слышит". Очевидно, это был очень опытный человек, так как именно он обратил внимание на то, чего не замечали или даже отрицали участковые врачи-педиатры. Реакция мамы была болезненной — этого просто не может быть! Но последовавшие консультации и проверки надежды на ошибку не оставили.

Сейчас, разбираясь в возможных причинах недуга, Ксения признает, что повод для тревоги был. Но ведь так естественно до самой последней минуты не верить, что беда таки постучала!

— После окончания медицинского училища имени Ж. Дерюгиной я пошла работать на станцию скорой помощи, — рассказывает молодая женщина. — У меня была беременность 12 недель, когда пришлось ехать на вызов к больному ребенку. У девочки была сыпь и высокая температура. Мы ее, конечно же, доставили в больницу. Оказалось, у пациентки краснуха, а это, пожалуй, одно из наиболее коварных и опасных для беременных женщин заболеваний. Через неделю эти же симптомы проявились и у меня: сыпь, температура плюс интоксикация.

Выздоровев, Ксения начала проходить обследование у врачей-гинекологов. Перед ней встал нелегкий вопрос: прерывать беременность или нет? Но срок уже был довольно большой, да и ребенок в семье был желанным. Защищая его, Ксения согласилась на более тщательное обследование и легла в больницу в Симферополе.

Изучив ситуацию насколько это возможно, врачи сказали, что плод развивается нормально. Но, правда, предупредили, что развитие органов слуха или зрения невозможно предугадать, говорит молодая мама. Она поступила так, как, наверное, сделали бы 98 процентов нормальных женщин, мечтающих о ребенке. И первые годы жизни сына так обнадеживали!

Специалисты Киевского научно-исследовательского института отоларингологии им. О.С. Коломейченко в сентябре этого года установили, что 50 процентов слуха у Алеши сохранено.

Следуя их рекомендациям, Логвиновы приобрели для ребенка слуховой аппарат стоимостью 3000 гривен. И, как ни странно, мальчишка отнесся к этому неожиданному приобретению благосклонно: не капризничал, не срывал, а напротив, просыпаясь утром, сразу показывал пальчиком на аппарат и себе на ушко. Начались специальные обучающие занятия. Жизнь, казалось, вот-вот войдет в налаженную колею. Но снова прозвучали тревожные предупреждения специалистов: на занятиях мальчик отказывается работать. Причина, скорее всего, одна — он снова не слышит.

— И мы опять поехали в Киев, — вспоминает Ксения. До последнего момента надеялись, что просто сломался слуховой аппарат. Но все оказалось намного хуже. У Алеши за столь короткое время по каким-то причинам развился отит, и речь уже шла о срочной операции. Вернувшись в Севастополь, мы за три дня собрали необходимые анализы и вернулись в столицу.

Алеша Логвинов перенес тяжелую операцию: и курс противоневритной терапии. Мальчику ставили по две капельницы в день, ему ничего не оставалось делать, как ждать и терпеть. Однако предпринятые меры не стали спасительными. И спустя еще некоторое время все поняли, что Алеша практически не слышит. Разве что правое ушко ребенка едва улавливало очень громкие и резкие звуки.

— Теперь у нас есть только один шанс сделать сына слышащим человеком, — говорит Ксения. — Требуется кохлеарная имплантация, иначе говоря, искусственное ухо. В институте отоларингологии нам выдали соответствующее заключение и поставили на очередь. Согласно ей, наш номер 505-й. Учитывая, что в год проводится не более 20 подобных хирургических вмешательств, осуществить операцию мы сможем не ранее чем… через десять, а то и более лет. В настоящий момент очередь подошла только для 167-го.

Причина столь длительного по времени процесса, как нетрудно догадаться, в отсутствии должного государственного финансирования. Ведь если сама операция проводится бесплатно, то имплантант (страна-производитель — Австрия), вживляемый непосредственно в кость больного, стоит огромных денег. Согласно справкам, выданным на руки родителям Алеши, стоимость искусственного уха 218 тысяч гривен. На государственной основе это уникальное изобретение покупается лишь по мере поступления бюджетных средств.

— Если надеяться на государственную помощь и ждать своей очереди, то это значит фактически расписаться в собственном бессилии. Ведь сами врачи говорят, что оптимальный эффект искусственного уха может быть достигнут, если оно подсажено ребенку до четырех, в крайнем случае, до шести лет. В таком случае Алеша смог бы посещать обычную школу! — с горечью подводит итог Ксения. — А за десять лет ожидания речевой аппарат моего ребенка полностью атрофируется, он останется немым. Практика показывает: чем раньше сделана операция, тем быстрее идет адаптация после нее, тем больше шансов жить обычной, нормальной жизнью.

Сегодня в силу своего возраста Алеша еще не осознает, в какую ситуацию он попал. И это позволяет ему быть в какой-то степени счастливым. Он с удовольствием посещает детский сад, играет с детьми. Его друзья, опять же в силу возраста, еще не задают дурацких вопросов. Но однажды (увы, так устроена жизнь) чей-то ребенок покажет в его сторону пальцем и спросит: "Почему этот мальчик все время мычит, а не говорит, как другие дети?" Да и сам Алеша в один совсем не прекрасный миг осознает свою вынужденную изоляцию, и это станет большим испытанием для маленького и такого беззащитного сердца.

Но у него ведь есть еще шанс!

Оксана НЕПОМНЯЩИХ.

________________

Севастопольцы, читатели нашей газеты не раз выручали попавших в беду людей. Возможно, кто-то захочет помочь и Алеше. Для этого на имя его матери открыт счет:

Севастопольский филиал АКБ "Укрсоцбанк",

N 29249947270006, МФО 324195, код 09324193,

карточный счет N 26252947003445,

на имя Логвиновой Ксении Александровны.

Контактный телефон 55-85-82.

Другие статьи этого номера