«Золотое» десятилетие Бориса Нелепо

"Золотое" десятилетие Бориса Нелепо

Если бы сегодня доктор физико-математических наук, профессор, академик Академии наук Украинской ССР, лауреат Государственной премии СССР и Государственной премии Украинской ССР в области науки и техники Борис Нелепо был среди нас, то ему исполнилось бы 80 лет. Но Борис Алексеевич не забыт. В городе широко отмечается юбилей выдающегося ученого-океанолога и организатора науки. Памятной дате посвящен снятый на Севастопольской студии телевидения фильм. В музее Морского гидрофизического института Национальной академии наук (НАН) Украины — исследовательского учреждения, которое Борис Нелепо возглавлял с 1974-го по 1985 год, оформлен стенд с фотографиями и другими материалами о юбиляре. На здании института открыта памятная мемориальная доска с его портретом работы балаклавского скульптора В.Е. Суханова. Сегодня в Морском гидрофизическом институте НАН Украины состоится заседание ученого совета, где прозвучат доклады и сообщения о жизни и научной деятельности Бориса Алексеевича. Наконец, издательством НПЦ «Экоси-Гидрофизика» выпущена книга воспоминаний группы соратников Бориса Нелепо по науке и совместной работе (Г.В. Смирнов, В.И. Драновский, В.В. Пустовойтенко, В.В. Акулов, Л.Н. Радайкина…). Ее открывает «Слово о Б.А. Нелепо». Так озаглавил предисловие к книге нынешний директор Морского гидрофизического института НАН Украины, академик НАН Украины В.А. Иванов. Каким же был Борис Нелепо — ученый, гражданин, человек?Конец 50-х — начало 60-х годов прошлого столетия… Нынче живущим людям старшего поколения эти годы запомнились разнообразием событий. Тогда, например, великие мировые державы интенсивно проводили испытания ядерных вооружений во всех сферах, в том числе и в океанских глубинах. На глазах росло количество атомных подводных лодок. Нависла реальная угроза загрязнения водных просторов Земли искусственными радиоактивными изотопами. Вынашивались планы захоронения ядерных отходов в тайниках Нептуна, в том числе и в Черном море.

Генеральный директор Океанологического центра НАН Украины, академик НАН Украины В.Н. Еремеев в своих воспоминаниях пишет, что его поражала фантастическая научная интуиция, которой обладал Борис Алексеевич. Научная интуиция, замечает Валерий Николаевич — «дар довольно редкий». Не он ли в 1950 году побудил 18-летнего выпускника средней школы Бориса Нелепо поступить на физический факультет Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова? В его стенах он слушал лекции Л.А. Арцимовича, Д.И. Блохинцева, Н.Н. Боголюбова, Л.Д. Ландау, И.М. Франка, В.В. Шулейкина и других выдающихся ученых, чьи имена золотыми буквами вписаны в историю науки.

Физика как важная область человеческих знаний имеет много направлений. Дело своей жизни Борис Нелепо избрал в духе времени — ядерную физику. Хотя его занимали и другие интересы. То, что после завершения курса обучения выпускник был оставлен в университете, — свидетельство признания его незаурядных способностей к исследовательской работе.

25-летний старший лаборант Борис Нелепо подтвердил это, написав в соавторстве с другими учеными статью о некоторых свойствах космических лучей. Труд был опубликован в ведущем научном издании — «Журнале экспериментальной и теоретической физики». Успех! Но только два года спустя Борис Нелепо решился поступить в аспирантуру к профессору А.Г. Колесникову. В МГУ он заведовал кафедрой физики моря и вод суши, а также в Морском гидрофизическом институте Академии наук СССР возглавлял лабораторию термики моря. Этому исследовательскому центру еще предстоял в 1962 году переезд из Москвы непосредственно к водной стихии, в Севастополь.

На 1957 год пришлось начало работ по изучению радиоактивности океанов и морей, по поводу чего вышло специальное постановление президиума Академии наук СССР. По этой теме научные сотрудники команды профессора А.Г. Колесникова на борту научно-исследовательского судна «Михаил Ломоносов» совершили первые дальние экспедиции.

В активную работу по исследованию радиоактивности океана был вовлечен и аспирант Борис Нелепо. Дело новое, а методы и средства, имевшиеся в распоряжении ученых, — устаревающие. Молодого исследователя, например, смутила громоздкая схема измерения гамма-излучения морской воды. Для этого требовалось ее пробы, в объеме 200 литров каждая, доставлять на сушу в лаборатории.

Борис Алексеевич взялся за создание комплекса аппаратуры, пригодной для прямого вдали от берега измерения концентрации радиоактивных изотопов в морской воде. Новые приборы показали свою высокую эффективность в ходе рейсов на научно-исследовательских суднах «Михаил Ломоносов» и «Обь» в различных частях Атлантического, Индийского и Тихого океанов. Результаты проведенных там исследований легли в основу подготовленной Борисом Нелепо кандидатской диссертации. Молодой ученый успешно ее защитил.

В 1962 году в обосновавшемся на новом месте, в Севастополе, Морском гидрофизическом институте 30-летний кандидат физико-математических наук Борис Нелепо возглавил лабораторию радиоактивности океанов и морей. Очень скоро лабораторию преобразовали в отдел ядерной гидрофизики. Полсотни его сотрудников составили шесть групп — радиометрическую, ядерной электроники, радиохимическую…

Неугомонный Борис Алексеевич сам возглавляет или выступает инициатором многомесячных экспедиций на научно-исследовательских судах в самые дальние уголки Мирового океана. В ходе одной такой экспедиции корабль с 23 научными сотрудниками на борту во главе с Борисом Нелепо преодолел более 36 тысяч морских миль.

Полученная бесценная научная информация пролила свет на тревожные масштабы радиоактивного загрязнения приводной атмосферы, морской воды, зоопланктона, фитопланктона, рыб, водорослей… Еще раз заметим: на огромных территориях водной поверхности Земли. Были установлены места, где угрожающе наследили ядерщики Франции, Англии, Китая…

Дома сел за теоретические разработки, чтобы выяснить природу вертикального обмена вод и переноса в их глубинные слои радиоизотопов в Атлантике и в Черном море. Вместе с Борисом Нелепо над этой проблемой работали ученые В.И. Беляев и А.Г. Колесников. Их доказательства были настолько точны и убедительны, что на высоком международном уровне человечество отказалось от катастрофической идеи захоронения ядерных отходов на дне Мирового океана.

Борис Нелепо возглавлял Морской гидрофизический институт чуть более десяти лет. Это десятилетие многие мемуаристы называют «золотым». Как же иначе, если на этот период пришлись, как пишет в упомянутой книге академик В.Н. Еремеев, «этапы самых высоких темпов развития мощного научно-технического комплекса МГИ, включавшего в то время собственно институт, специализированные отделения в Кацивели (Крым) и Одессе, Специальное конструкторско-технологическое бюро с опытным производством (г. Севастополь), Гвинейский научно-исследовательский центр «Рогбане» в г. Конакри, научно-исследовательский флот в составе 7 единиц…»

Около десятка научно-исследовательских судов под рукой, длительные сверхдальние экспедиции в безбрежный Мировой океан. Но этого для Бориса Алексеевича и его сподвижников было уже недостаточно. Вызрела необходимость наблюдения за состоянием Мирового океана на более-менее постоянной основе. А этого можно было достичь, наладив прочное сотрудничество с конструкторами космических кораблей, космонавтами. Так родилось новое направление науки — космическая океанология, или спутниковая гидрофизика.

Одного из своих соратников, Юрия Терехина (впоследствии — кандидат технических наук, лауреат Государственной премии СССР), директор назначил ответственным исполнителем спутниковой программы «Океан». В рамках этой программы Юрию Владимировичу были предоставлены самые широкие полномочия, в том числе и право подписи финансовых документов. Иногда недели, месяцы Юрий Терехин проводил в конструкторском бюро «Южное» (Днепропетровск), выезжал на полигон, расположенный в далеком Плесецке. Один за другим в космос уходили: «Космос-1076», «Космос-1151», космические аппараты иных типов. Для их оснащения требовалось принципиально новое оборудование, в том числе трассерного типа. Три из шести аппаратов данного типа были изготовлены в Морском гидрофизическом институте Академии наук УССР: спектрометр «Цвет», блок управления комплексом научной аппаратуры, бортовой блок управления и обработки радиолокационных сигналов прибора «Сигма-А».

На «Космосе-1500» (родоначальнике широко известной серии спутников «Океан-01») были задействованы радиолокатор бокового обзора и сканирующий радиометр. Стартовавший в конце сентября 1983 года космический аппарат сразу же преподнес сенсацию. Первоначально не научную, а сугубо практическую.

На севере, в проливе Лонга, из-за непрогнозируемой крупномасштабной подвижки многолетних приполярных льдов остановился караван из 22 судов. На них жителям Чукотки переправляли грузы на восемь миллиардов долларов. Помощь пришла с «Космоса-1500». На флагманское судно с борта спутника поступила фотография ледового поля. Сверяясь с ним, в условиях полной невидимости караван пробился через торосы на более-менее чистую воду. Для этого потребовалось взять курс не на юг, как планировали, а на север.

Коллектив Морского гидрофизического института во главе с Борисом Нелепо доказал, что если и есть провинция, то не в качестве географического понятия. «Золотое» десятилетие института, расположенного в Севастополе, — период его мирового лидерства в области морских исследований и океанического приборостроения. Свидетельством этого признания явилось участие наших ученых в международных программах по исследованию Мирового океана, в том числе и «ПОЛИМОДЕ», проведение в Ялте представительных научных конференций.

Скажем, состоявшийся там в 1982 году съезд советских океанологов собрал более тысячи участников. Проводившиеся по инициативе Морского гидрофизического института форумы почтили своим присутствием такие светила отечественной науки, как академики Р.З. Сагдеев, М.А. Лаврентьев, А.С. Монин, специалисты с мировым именем А. Робинсон, П. Стоун, Дж. Мак-Вильямс, Р. Салмон, Дж. Херринг, и другие. В рабочих командировках у нас побывали космонавты: Г.М. Гречко, В.В. Коваленок, А.А. Серебров, П.И. Климук, Б.В. Волынов. На научно-исследовательских судах института работали иностранные ученые.

— На Бермудах к вам на борт сядет американский специалист из Вудс-Холла, — предупредил как-то начальника экспедиции Борис Нелепо. — Особенно не изощряйтесь: нормальные рабочие условия — и все. Они нормальные ребята, экспедиционеры, как и вы все.

Те, кто работал рядом с Борисом Алексеевичем, свидетельствуют: он всегда был одет с иголочки, подтянут и предельно собран. Академик В.Н. Еремеев подчеркивает его сильную, «но в то же время романтическую натуру». Институтские порядки во время директорства Бориса Нелепо, пишет член-корреспондент НАН Украины Г.К. Коротаев, «основывались на сочетании демократии и авторитаризма… в кулуарах иногда называли Б.И. Нелепо «царем Борисом».

Он говорил, что для нормального развития и дальнейшей научной деятельности в институт необходимо приглашать по 50 отмеченных талантом выпускников ведущих вузов страны. Рядом с несомненными успехами Бориса Алексеевича в науке, считают многие, можно поставить едва ли не главное его достижение — созданный в течение «золотого» десятилетия тысячный коллектив единомышленников. Многие из его учеников и сейчас плодотворно трудятся на благо науки, страны.

Б.А. Нелепо возглавил Морской гидрофизический институт Академии наук Украинской ССР в возрасте 42 лет. Оставил его в расцвете лет, в 53 года, как рыцарь науки, глубоко интеллигентный человек. После этого он прожил еще 12 лет. Но севастопольский период жизни считал главным. Многие ученые убеждены, что их работа под началом Бориса Алексеевича была самой плодотворной. Счастливое совпадение!

На снимке:  Б.А. Нелепо.

Другие статьи этого номера