Севастопольский след «белого папуаса»

Севастопольский след "белого папуаса"

…Часто приходится слышать: «Он еще не нашел себя». Однако обрести себя
невозможно — себя можно только создать. Именно это имел в виду
Николай Николаевич Миклухо-Маклай, излюбленный афоризм которого
собственной «выпечки» звучал так: «Кто хорошо знает, что он должен
свершить, тот приручает судьбу».
У Н.Н. Миклухо-Маклая это кредо неизменно выливалось в конкретику
дел, истинную цену которых человечеству еще предстоит назначить. Ибо
одна треть всего, что этот гениальный сподвижник оставил нам в качестве
научного и гуманитарного наследия, все еще таится в десятках архивов
многих стран мира пока что невостребованным образом. А ведь это
целые страницы до конца так и не прочитанной книги из истории жизни
аборигенов Юго-Восточной Азии, Африки, Австралии и Полинезии.ГЕННЫЙ КОКТЕЙЛЬ «ГРАЖДАНИНА МИРА»

…170 лет назад в селе Рождественском под Новгородом в семье инженера-путейца, первого начальника Московского вокзала, родился мальчик, которого в честь святого Николая нарекли этим родовым семейным именем. Впрочем, впоследствии ему было суждено чаще жить под другими именами. Две трети своей вообще-то короткой кочевой жизни этот человек добровольно находился на чужбине среди представителей непредсказуемо опасных экзотических рас, которые в общении по-своему называли его, исходя из особенностей языческих верований и самобытных правил…

Об этом «странном русском» написано к настоящему времени очень много статей, монографий и мемориальных воспоминаний. И неизменным рефреном в них звучит одно слово — «отважный», потому как Миклухо-Маклай неизменно выбирал самые нехоженые, полные опасностей пути, не моргая, бесстрашно «смотрел в двойной зрачок глаза» свирепых морских бурь и песчаных самумов…

Чьи же гены унаследовал этот «гражданин мира»? Именно такое почетное звание в год 150-летия со дня рождения единогласно ему было присвоено на Генеральной конференции ЮНЕСКО с утверждением в честь его дня рождения (17 июля) Всемирного дня этнографии.

Данные о происхождении нашего именитого ученого до сих пор чреваты противоречиями. Впервые на восточнославянском «подиуме» имя самого дальнего предка Миклухо-Маклая возникло, по одной из версий, в середине XVII века. Шотландский барон Михаэль Мак-Лей, наемник поляков, будучи контуженным, был пленен реестровым казаком Кальницкого полка войска Богдана Хмельницкого Грицьком Макухой в 1646 году в битве при Желтых Водах.

Высокорослый и рыжеволосый, гордый представитель страны гольфа и волынки, будучи казацким невольником, полонил сердце красавицы Ганны, сестры Грицько, и они поженились. Их сын, обрусевший прадед знаменитого путешественника, Степан Макуха по прозвищу Махлай в звании хорунжего с факелом в руке в ходе штурма первым ворвался на гребень зубчатого парапета навесной бойницы турецкой крепости Очаков. За этот подвиг лично Екатерина II вручила ему дворянскую грамоту, после чего Махлай сменил неблагозвучную фамилию Макуха на Миклухо…

Это одна линия его генеалогического многоствольного древа. Другая ведет к польско-тевтонским корням его матушки, Екатерины.

…Говоря о Николае Миклухо-Маклае как о классическом российском ученом, следует незамедлительно исключить из воображения облик некоего седовласого кабинетного «червя», проводившего целые годы творческой жизни в уютном особняке с теплым клозетом и наследственной аллергией от сенсорного «совокупления» с книжными сеноедами — обитателями тысяч и тысяч пыльных страниц сотен толстенных фолиантов.

Как мы уже говорили, это был особый человек — поисковик и странник с вечной цыганщиной в крови. Прожив всего 42 года, к скоротечному финалу своей жизни он получил впечатлений и уникальных знаний первопроходца и первооткрывателя с запасом на целых пять человеческих жизней. И всепогодно его вел по многотрудной стезе неутомимых путешественников один замечательный девиз: «Будь первым в нужном месте!»

…Шотландская, русская, немецкая, польская кровь Миклухо-Маклая явила миру такой конгломерат отважного темперамента, патриотизма, воли к жизни и неуемной тяги к постижению тайн мироздания, какой может явиться нам, русским людям, как предсказывал некогда тезка героя этого рассказа, Николай Гоголь, разве что лет через двести…

И, к слову, о Гоголе. Не лишне будет упомянуть о таком, весьма любопытном факте. Родной дядя Николая Миклухо-Маклая, Григорий Ильич, был весьма дружен с Николаем Васильевичем Гоголем. Именно он и поведал в свое время автору «Ревизора» некую экзотическую семейную легенду о том, как предок Миклухо-Маклая, молодой казак Назар Макуха, без памяти влюбился в прекрасную панёнку в ходе осады польской крепости на Львовщине. И за это «левое движение» сердца поплатился жизнью. Так родился сюжет знаменитой повести «Тарас Бульба»…

Вот и выходит, что на генном уровне Николаю Николаевичу самим Провидением было уготовано свойство вставать как бы жирным восклицательным знаком посередине спокойного течения жизни в болоте царской России, нарушенного разве что эпохальным императорским вердиктом об отмене крепостного права…

ЕГО УНИВЕРСИТЕТЫ

Глянем же на самое начало пути этого ученого к овладению той суммой знаний, которые в конце концов привели его на олимп научной мировой славы. Учась во второй Петербургской гимназии, Николай Миклухо-Маклай, кажется, вовсе не являл собой пример человека, способного достичь чего-то путного в жизни. В одном только 1860/1861 учебном году он умудрился «закосить» 414 уроков. Во время общественных волнений, связанных с реформой крепостного права, он и его брат Сергей были схвачены полицией и даже провели двое суток в Петропавловской крепости…

Спустя пару лет второгодник Николай Миклуха подал заявление о выходе из гимназии. А как же насчет честолюбивых мечтаний о высшем образовании? Ведь годы уходят… Впрочем, знаменитый сказочник Г.-Х. Андерсен поступил в первый класс… аж в 17 лет. И ничего, вошел в историю как величайший детский писатель…

…Куда только потом не звала Николая Миклухо мятежная труба тяги к приключениям и неведомым ойкуменам открывающейся жизни! Вначале он подумывает об Академии художеств. Потом подает прошение о зачислении его в качестве вольнослушателя на физмат Петербургского университета. Через год, в феврале 1863 года, он усердно постигает уже курс физиологии…

Но этому человеку просто не прописано было на роду «отведать» хотя бы год спокойной жизни. Его исключают из университета, причем с «волчьим билетом», за участие в студенческой сходке, за критику существующих в альма-матер порядков…

Домашний учитель Н. Миклухо, В. Миклашевский, советует подопечному попытать счастья в зарубежных храмах науки. Так на его пути замаячил Гейдельбергский университет, где он эклектично прослушал лекции по математике, политической экономии, новейшей истории, государству и праву, геологии, химии и физике. И все это было лишь некоей ступенькой к главному призванию его жизни — глубокому проникновению в постулаты этнографии и антропологии.

Однако неутомимый энциклопедист Николай Миклухо неустанно продолжает «зондировать» целый пласт самых различных наук в Лейпцигском, а затем в Йенском университете, пока окончательно не избирает своим главным наставником профессора Э. Геккеля, который специализировался на общей морфологии организмов. И в марте 1866 года Н. Миклухо отправляется с ним в качестве ассистента в свою первую в жизни экспедицию на Канарские острова.

…Так начался многолетний «марафон», он же — научный подвиг, Миклухо фон Маклая, как он ничтоже сумняшеся представлялся тогда в меру своего весьма гипертрофично проклюнувшегося честолюбия. Таким уж он был (в будущем знаменитый «белый папуас» Николай Николаевич Миклухо-Маклай) — человеком амбициозным, не без заморочек…

БЕРЕГ МАКЛАЯ

Общеизвестен и достаточно хорошо, глубоко прописан многолетний (в три этапа) Новогвинейский, папуасский, период творческой биографии Николая Миклухо. Он жадно впитывал в себя малейшие нюансы всего неведомого, чаще еще невостребованного, бесстрашно бредя в арабском бурнусе по африканским пустыням и общаясь с каннибалами Океании, неустанно ведя свои знаменитые дневники, которые, увы, были изданы лишь посмертно.

В характере Николая Николаевича было много противоречий, что порой и удивляет, и восторгает. К примеру, уже на закате жизни он в два подхода предлагает императору Александру III «взять под свою руку» в качестве колониальных владений все земли папуасской Новой Гвинеи. Более того, он выдвигает идею создать Папуасский союз, а в качестве верховного вождя ему виделся… он, любимый, с двумя тысячами переселенцев из родовой Житомирщины, коих Миклухо-Маклай умудрился уговорить дать согласие на миграцию за океан…

Государь всея Руси решительно отмел эту новацию. Уже был проблемой опыт далекой Аляски, в которую, как в бездонную бочку, уплывали сотни тысяч рублей. На прошении Миклухо-Маклая царь нанес лаконичную резолюцию: «Считать дело конченым». Не пройдет и года, как у хижины «наивного пилигрима» Миклухо-Маклая близ деревни Гумбу на мысе Карагаси (т.н. берег Маклая) в Новой Гвинее на высоком шесте будет поднят германский флаг со всеми вытекающими «амбициями».

А что восторгает? Опять же безграничное мужество ученого-путешественника, впервые открывшего европейцам целый неисследованный пласт самобытных архаичных культур из мира неолита. В ходе исследований ему приходилось десятки раз рисковать, преодолевая «завалы» и ловушки различных стихий, дикий нрав аборигенов.

Поистине: хочешь насладиться видом радуги — смело «ныряй» под дождь. Однажды туземец Саул в присутствии соплеменников вдруг задал белому человеку коварный вопрос: «А скажи, Маклай, ты сможешь так же, как и мы, с радостной улыбкой встретить смерть?» Его собеседнику хватило десяти секунд, чтобы выхватить копье у рядом стоящего папуаса и вложить его в руки Саула со словами «Смело бей сюда!» И указал на сердце.

Туземцы были поражены отвагой «человека с Луны» и воспрепятствовали Саулу исполнить, собственно говоря, приказание самого Николая Миклухо-Маклая.

В скобках заметим: он значительно влиял на папуасов, имел туземных слуг и менял «временных жен». Самой младшей из них была микронезийская девочка одиннадцати лет отроду. Вообще-то вроде в первую очередь отмечается, что наш знаменитый ученый был страстным борцом за права угнетенных народов, провозглашая равенство белой и черной рас. Однако не все порой ладно складывается в жизни, иногда крохотная потеря лаковой пленки сводит на нет стоимость древнего полотна… Хотя… Бытует и такое мнение: какое имеет значение тот факт, что человек гуляет по Парижу в старых кедах. Ведь этот город стоит мессы…

ГРЕЗЫ ПАССАЖИРА ПАРОХОДА «ПУШКИН»

…Весной 1875 года Н.Н. Миклухо-Маклай из Сиама отправляет письмо своему коллеге Дорну. В нем, в частности, он пишет: «Я вполне разделяю ваши взгляды о значении зоологических станций. Я не знаю, устроилась ли станция на Черном море, учреждение которой я предложил Московскому обществу натуралистов…»

Да-да, речь идет именно о нашей Севастопольской биологической станции, которая с легкой руки Миклухо-Маклая и благодаря усилиям двух великих русских ученых, И.М. Сеченова и И.И. Мечникова, была-таки создана и начала работать осенью 1871 года. В нынешнем году ей стукнет 145 лет. Выходит, даже через 4 года после съезда естествоиспытателей в Москве Н.Н. Миклухо-Маклай ничего не знал о судьбе своего детища.

А ведь дискутировался вариант устройства биостанции и на набережной Сочи. И ютилась она у нас поначалу в двух жалких комнатенках, существуя на деньги спонсоров. И лишь уже после смерти Н. Миклухо-Маклая в 1892 году она оказалась под опекой Императорской академии наук в здании, спроектированном в стиле классического ренессанса севастопольским архитектором А.М. Вайзеном. Кстати, это была первая такая станция в России, третья — в мире. Сегодня, уже в российском ареале, она именуется Севастопольским институтом морских биологических исследований им. А.О. Ковалевского РАН.

…Именно о ней, мечтая, наконец, увидеть, как говорится, находящееся в расцвете сил свое творение, грезил на борту парохода «Пушкин» шедший на нем в Ялту из Одессы 17 апреля 1886 года Николай Николаевич Миклухо-Маклай. Он сидел в кресле-качалке на палубе парохода, укрытый пледом и заботливо опекаемый его спутником — румынским генералом, бывшим военным министром этой страны Георгу Ангелеску.

Им обоим из Ялты, из царской ливадийской резиденции, пришло в Одессу приглашение от заведующего императорским имением полковника Плеца с высочайшим разрешением на аудиенцию у там отдыхавшего Александра III.

Разные цели были у двух путешествующих морем визитеров. Миклухо-Маклай все еще надеялся получить монаршье соизволение на колонизацию Новой Гвинеи. А Георгу Ангелеску было поручено провести дипломатическую разведку: «Нет ли для Румынии «угрозы из-за Прута?» Если царь выскажется в положительном ключе, тогда румынские власти готовы были бы ускорить у себя принятие «Закона о нежелательных иностранцах». В то время разве что воробьи на берегах Дуная не чирикали о русских революционерах, спокойно, без опаски, свивших гнездо в Бухаресте…

Вопрос вообще-то «с бородой». Кому не знакома вечно зудящая политическая «заноза», дистанционно возникающая вне времени и пространства в соседних с Россией «дружественных» государствах? Известны и пресловутые адепты «священной резни». Видимо, в черную годину страна породила высокородного предателя Курбского, кровавого боевика Савинкова, вороватого «мученика» Ходорковского и жаждущего превратить Крым в пылающий остров экстремиста Джемилёва… И кто же на новенького?

…Николай Николаевич между тем чувствовал себя неважно — простудился в Одессе, когда в пакгаузе на ветру лично заколачивал два десятка ящиков с научными экспонатами. И когда утром 18 апреля пароход ошвартовался у Графской пристани в Севастополе, он с тоской глядел на город и не сошел на берег. А так хотелось…

В МРАМОРЕ И БРОНЗЕ…

…Однако благодарный Севастополь вовсе не забыл человека, которому мы обязаны и появлением такого уникального научного учреждения, как биологическая станция, и наличием одного из лучших в мире Аквариумов, посещение которого неизменно значится как лакомая фишка во всех туристических «меню» гостей города…

Пройдет сто лет после начала функционирования биостанции в Севастополе, и в 1971 году перед зданием тогдашнего Института биологии южных морей установят памятник Миклухо-Маклаю. Мраморный белоснежный бюст работы заслуженного скульптора Крыма Ольги Миньковой водружен на высоком гранитном постаменте. Это был самый первый в мире памятник великому этнографу, «гражданину мира» Николаю Николаевичу Миклухо-Маклаю.

А 17 июля 2013 г. в поселке Кача начинает работу историко-культурный центр «Берег Маклая», созданный однофамильцем ученого — Александром Миклухо-Маклаем. Здесь экспонируются копии дневников знаменитого натуралиста, его рисунков, даются открытые уроки…

Примечательно, что вообще-то попытка воздать должное непревзойденному по особому научному подвигу ученому-натуралисту была сделана нашими соотечественниками еще в далекие годы позднего нэпа. На родине матери ученого-гуманиста в райцентре Малин (Житомирщина) санкт-петербургский скульптор П. Степанков изготовил было модель памятника Миклухо-Маклаю. Мы видим высокого человека в ветровке, с доверительно открытыми небу чакрами ладоней, человека, устремленного только вперед, к новым открытиям.

Однако в ходе, так сказать, предварительной презентации тогдашние партийные бонзы вдруг усмотрели в будущей скульптуре две «нецелесообразности». Во-первых, этот памятник явно превосходил по высоте известные в области монументы вождей революции, и его срочно «укоротили» перед отливкой. А, во-вторых, секретаря райкома партии несколько смутил тот факт, что Миклухо-Маклай вообще-то… родом из дворян…

Скульптуру упрятали в заброшенный сарай местного коммунхоза, надели на голову ни в чем не повинной мировой знаменитости, друга папуасов, ржавое ведро и… забыли на десятки лет. Утечет много воды в местной речке Ирше, прежде чем к 140-летию со дня рождения знаменитого ученого-путешественника в г. Малине памятник в его честь изымут из небытия и установят в центре главной улицы — Грушевского…

…После скоротечного ухода из жизни Н.Н. Миклухо-Маклая осталось 100 неизданных им сообщений, статей, рефератов и монографий. Некоторые из них впоследствии явились колыбелью совершенно новых молодых наук. Этот человек при жизни сделал 48 завещаний, однако в предсмертный час ничего не успел заповедовать благодарному человечеству. А на гербе его рода изображена гордая птица — белый лебедь. И начертан девиз: «Чист, будто лебедь…»

Добавить нечего. Вся жизнь Миклухо-Маклая — это безоглядный, стремительный взлет на крыльях чистой, дерзновенной мечты и достижение упоения в точке апогея этого неповторимого полета…

На снимках:  Н.Н. Миклухо-Маклай; памятники великому ученому-путешественнику — в Севастополе (создатель скульптурного портрета Ольга Минькова в процессе работы, август 1970 года) и в г. Малине (Житомирщина).

Другие статьи этого номера