Актеры

Впервые в театральной истории Севастополя ставится пьеса Леси Украинки. Драматический театр им.Б.Лавренёва не исчерпал запас сюрпризов в юбилейном сезоне. После празднования 70-летия коллектив готовится устроить не менее яркое закрытие сезона, впервые приглашая севастопольских зрителей на премьеру всемирно известной драмы Леси Украинки «Каменный властелин». Впрочем, лавренёвцы во главе с режиссёром-постановщиком Еленой БОГАТЫРЁВОЙ по-своему определили жанр спектакля — «Другая история о Дон-Жуане». — Удивительно, почему никто не рассматривает постановку, допустим, Шиллера как политический «реверанс» в сторону Германии? — пожимает плечами главный режиссер театра заслуженный деятель искусств Украины Юрий Николаевич Гранатов, отвечая на наш вопрос о том, не случайно ли в репертуаре российского театра появилась украинская классика. — Мы, как и всякий театр, к счастью, далеки от политики, и в том, что мы обратились к произведению Леси Украинки, нет ничего, кроме искреннего и давнего желания воплотить на сцене этот замечательный, уникальный материал, причем впервые в Севастополе. Быть первыми очень ответственно. Несколько сезонов мы «подбирались» к этому материалу, и так случилось, что именно в наш юбилейный год, объявленный в России Годом Украины(!), все сошлось. Мы нашли интересного киевского режиссера-новатора Елену Богатыреву и художника с очень своеобразной и глубоко символичной манерой Георгия Широкова. Весной во время постановки гоголевской «Женитьбы» состоялось наше знакомство с замечательным театральным хореографом из Астаны Олегом Кушнериком — теперь он занимается пластическим решением «Каменного властелина». И, наконец, нас очень поддержал (и морально, и материально) наш учредитель — Черноморский флот.

Украинская писательница, поэтесса, драматург, выдающийся критик Лариса Петровна Косач-Квитко взяла себе псевдоним Леся Украинка в 13 лет, впервые опубликовав стихотворения «Конвалия» и «Сафо». С детства вынужденная бороться со страшным недугом — туберкулезом, Леся не ходила в школу и нигде не училась. Но при этом к 17 годам она знала 12 иностранных языков и имела уникальное энциклопедическое образование. Ей принадлежит авторство учебников по украинской и мировой истории, языковедению, философии и литературе. Почти год Леся Украинка ухаживала за смертельно больным возлюбленным С.Мержинским, после чего ее собственная болезнь стала необратимой. 1 августа 1913 года в возрасте 42 лет Леся Украинка умерла. За год до смерти она написала драматическую поэму «Каменный властелин», которая принесла ей всемирную известность. Произведение было создано в поразительно короткий срок — чуть более месяца. По признанию Леси Украинки, она работала над ним «дни и ночи… с горячкой в крови». До последнего дня своей жизни Леся возвращалась к пьесе, жалея, что «драма уже неподвластна» ей и изменить ее невозможно. Впервые пьеса была поставлена в 1914 г. в Киевском театре М.Садовского и имела грандиозный успех.

Сентябрьский номер супер-престижного журнала «ELLE» украсят эскизы костюмов Богатыревой-художницы, за плечами которой — сотрудничество с ведущими режиссерами Украины и зарубежья, многочисленные премии международных фестивалей, постановки на сценах национальных театров Киева и Минска. Как режиссер впервые заявила о себе постановкой скандально известной «Маркизы де Сад» по Ю.Мисиме «из желания хоть раз увидеть адекватное воплощение своих идей, своей истории» на сцене».

— Мне рассказывали, что в Киеве представителям театра флота сразу указали на вас именно как на идеального постановщика Леси Украинки.

— Весной я как раз работала над постановкой по пьесе Леси Украинки «Кассандра». Но Леся Украинка для меня всегда была и остается воплощением украинского духа, уникальной способности мистического погружения в глубины человеческого сознания. Как мне кажется, интравертность, мистика — это то, что в полной мере присуще именно украинскому сознанию. И в драматургии Леси Украинки эти свойства нашли свое самое яркое, самое адекватное выражение.

— У драматургии Леси Украинки довольно сложная судьба. При том, что ее часто ставили и продолжают ставить, настоящих удач мало. Высказывалось мнение о «несценичности» драматических произведений Украинки, а кто-то из критиков выразился в том смысле, что «Лесе Украинке, в отличие от Чехова, не повезло — она не нашла свой МХАТ».

— Этого МХАТа у Украинки быть просто не могло! Она на порядок опережала свое время, и ее драматургия — это театр будущего. Ведь для того, чтобы просто читать драмы Леси Украинки, нужно обладать незаурядной эрудицией, огромным ассоциативным потенциалом, необходимо «трудить» и ум, и сердце. То, что сейчас идет своеобразная «новая волна» интереса к драматургии Л.Украинки, на самом деле очень символично. Парадоксально, но при внешнем падении каких бы то ни было культурных уровней наметилось стремление к разговорам о Вечном, о том, что близко и понятно человеку не как социальному субъекту, а как объекту совершенно индивидуального, уникального психоэмоционального строя, который любит, желает, чувствует Нечто, чему не находит объяснения. Театр Леси Украинки — это театр откровения, потрясения, катарсиса, если угодно.

— Честно говоря, потрясение я испытал уже при чтении «Каменного властелина». Действительно, ТАКОЙ истории о Дон-Жуане мир до Леси Украинки не знал. Донна Анна, Командор, Дон-Жуан не укладываются в веками закрепленные за ними «трафареты». Хотя в сознании у каждого из нас прочно живет ассоциация «Дон-Жуан — Любовь». Спектакль будет о любви?

— Конечно, и о любви. Но не о любви-страсти, с которой действительно привыкли ассоциировать образ Великого Любовника, а о жертвенной любви, которая делает человека образом и подобием Божиим.

— Сама Леся Украинка объясняла замысел своей пьесы так: «каменное», материальное убивает человеческое в человеке.

— Для меня «Каменный властелин» — это пьеса о выборе, который обязан и волен сделать каждый живущий на земле: жить ли под маской или найти мужество остаться верным самому себе, приобрести ли личину или сохранить лицо. Главный парадокс для артиста, осваивающего существование в «пространстве» Леси Украинки, — отказ от маски, а ведь маска, тип зачастую и составляют смысл театрального действа.

— Соответственно и «пространство» Леси Украинки должно решаться какими-то особенными художественными способами?

— Я думаю, что в нашем спектакле зрители встретятся с несколько новой концепцией пространственного решения. Удивительно, но почему-то считается, что сценография — это обязательно де-ко-ра-ци-я, то есть конструкция, возведенная на сцене, или какая-то механическая, псевдоинтеллектуальная игрушка, какие-то «выкрутасы», на самом деле никому ничего не говорящие. Для меня главный элемент сценографии — это костюм, который так же динамичен, как окружающий нас мир. Ни одна декорация не сможет его равноценно заменить. Пространство, по большому счету, всегда словно делает одолжение человеку, что оно его принимает. С костюмом по-другому: человек оказывает костюму «услугу», надевая его. И в «Каменном властелине» именно костюм будет порождать вокруг себя простор, который постоянно захватывает и втягивает всех и все вокруг.

Любовный «прямоугольник» «Каменного властелина» составили хорошо известные и любимые в Севастополе артисты. После часового пластического тренинга, во время которого драматические артисты больше напоминают сборную по художественной и спортивной гимнастике, мы поговорили с главными действующими лицами.

Заслуженная артистка России, лауреат Государственной премии АРК Оксана Осипова — донна Анна:

— Не так часто случается, что образ, над которым ты работаешь, захватывает тебя целиком и полностью. Сейчас я буквально живу донной Анной. Самое трудное в ней — соединить безмерно прекрасный, наделенный огромной притягательной силой образ со страшным разрушительным эгоизмом, питающим эту совершенную оболочку. Тем, кто хотя бы раз погрузился в роскошную мелодику стиля поэтессы, кто прочел хотя бы несколько строк ее драмы, станет ясно, насколько это уникальный, невероятно красивый и богатейший материал.

Диана Кугаевская — Долорес:

— Я счастлива от встречи с интересным режиссером и изумительным драматическим материалом. В кульминационной сцене спектакля моя героиня действительно должна остаться совершенно обнаженной и, скажу честно, для меня это серьезное моральное и профессиональное испытание. Но с каждой репетицией я все больше убеждаюсь, что в момент своей невероятной исповеди, когда моя Долорес «распинает кровоточащую душу» у ног любимого, она действительно — и в буквальном, и в переносном смысле — ничем не прикрывается: ни кодексами «чести», ни жалкими одеждами. Это великий момент обнажения человеческой Души. Я постараюсь, чтобы и зрители увидели и поняли Долорес именно так.

Юрий Пимкин — Командор дон Гонзаго де Мендоза:

— Когда я впервые прочитал «Каменного властелина» Леси Украинки, то был поражен удивительно современным и совершенно непривычным изложением знакомой истории о Дон-Жуане. Так действительно никто и никогда не интерпретировал знаменитую легенду. Командор стал для меня открытием. У Леси Украинки дон Гонзаго — живой человек, и именно это самое ценное для меня. А кто же «каменный властелин»? Это вы увидите на премьере.

Александр Кудринский — Дон-Жуан:

— Я, как многие, оказался в плену красивой хрестоматийной легенды о Дон-Жуане — романтическом, пылком, свободолюбивом, рыцарственно прекрасном искусителе женщин. Дон-Жуан у Леси Украинки и в нашем спектакле далек от «романтической сказки». «Каменный властелин» — это классная суперсовременная драматургия, как мне кажется, и самое главное для нас сейчас — сохранить «живой нерв» пьесы, ее мистический смысл и найти очень тонкий, адекватно-понятно-интересно-неизбитый, так скажем, сценический язык, чтобы донести это до нашего зрителя.

Но все это вы сможете увидеть на премьере спектакля.

На снимках: режиссер-постановщик Елена Богатырева; донна Анна — Оксана Осипова, Дон-Жуан — Александр Кудринский.

Другие статьи этого номера