ДОБРОЕ ИМЯ — ЗАЛОГ УСПЕХА

Думается, однако, что в предстоящих усилиях хорошо бы не упустить несколько моментов.Когда в поиске разрешения собственных проблем мы устремляемся мыслями в зарубежные наработки — идей, технологий, капитала, то, к сожалению, выбираем не самый короткий и не всегда предсказуемый по последствиям путь. Мы обращаемся к ним потому, что, по большому счету, это достижения нынешних рыночных отношений при прочих равных условиях, и мы видим себя в будущем в аналогичной ситуации. Так что мотивы в этой части убедительны.

Но поиск возможен и в другом направлении — в собственной истории. В ней в полной мере присутствуют все этапы развития рыночных отношений, включая и самый продвинутый — во всем разнообразии взаимосвязей, рыночных инструментов, организационно-правовых форм, властного стимулирования экономики. Севастополь не является исключением, более того, его опыт по экстремальности возрождения без всякого преувеличения может рассматриваться как полнее учитывающий отечественные особенности, преимущества географического положения, особое место в истории — и не только отечественной и славянской.

Бывало так, что за одно десятилетие город прибавлял в населении вдвое и более, причем без учета военных, доля которых увеличивалась лишь на треть; рождаемость удваивалась, а естественный прирост населения перекрывал смертность в полтора раза с лишком. Количество заводов и фабрик почти утраивалось, рабочих становилось больше впятеро, в ногу с этим шел выпуск продукции. Порт перерабатывал в год по заграничному судоходству от 550 до 760, по каботажному — от 870 до 1800 судов. В корне улучшался сбор обязательных платежей, почти на нет сходила недоимка по поземельному налогу, доходы города превышали расходы почти на семьдесят процентов. Все это — в конце ХIХ века.

Известно, что о таких темпах можно по-деловому рассуждать при учете двух составляющих — капитала и инициативы, зависящих друг от друга и подпитывающих друг друга. Их изучение — предмет научно-исследовательской работы (НИР), без осуществления которой вынашивание стратегии видится проблематичным.

Представляется, что в ходе такой НИР нужно изучить характер денежно-кредитных отношений (ДКО) в условиях рынка, в частности — нормативы учреждения соответствующих структур, их депозитно-кредитные услуги, обороты капитала, дивиденды, практику различных субъектов ДКО, их организационно-правовые формы в городе и губернии (они теснейшим образом переплетались), взаимодействие кредитных учреждений и власти, в том числе органов местного самоуправления. И уже на основе анализа опыта тех времен, с учетом нынешних особенностей, силами творчески мыслящих финансистов подготовить рекомендации управленческого характера.

Конечно, заимствование извне в нынешних условиях порой необходимо — собственное население, располагая немалыми накоплениями, не очень хорошо представляет, как можно их приращивать при минимизации риска. Но именно эти деньги нужно попытаться вовлечь в оборот.

В конце ХIХ — начале ХХ вв. в городе проживало во много раз меньше населения, чем нынче. Тем не менее уже при сорока тысячах жителей сформировалась система кредитования, по своим особенностям сориентированная на определенные материальные возможности и цели участников. Она состояла из отделения государственного банка, двух городских — Балаклавского и Севастопольского — общественных банков (ГОБ), Общества взаимного кредита (ОВК) и Ссудо-сберегательного товарищества (ССТ). Несколько признаков были общими: доступность кредитных ставок — втрое-вчетверо ниже нынешних; многосторонняя защищенность интересов вкладчиков и других кредиторов — их средства рассматривались приоритетными по сравнению с государственными; всемерное стимулирование развития и поддержания производства; разнообразие в обеспечении возвратности кредита, включавшее различные формы ипотеки. Но каждое из кредитных учреждений выполняло определенные, общественно значимые функции, которые в совокупности обеспечивали жизненную устойчивость системы кредита.

Применительно к теме заслуживает внимания прежде всего опыт работы общественных банков. Они учреждались по-разному: в одних случаях основной (уставный) капитал полностью формировался состоятельным предпринимателем, в другом — и им, и городской думой, в третьем — только думой за счет свободных средств. Вне зависимости от этого обязательства такого банка всегда гарантировались городской громадой — его недвижимостью и денежными средствами. И в этом был смысл: на размещенные в нем городские средства начислялся больший, чем в Госбанке, процент (сегодня, между прочим, такие средства государство использует вообще безвозмездно); естественно, кредит для города в ГОБе был дешевле, чем в случае заимствования в ином учреждении, а порой он предоставлялся бесплатно. Наконец, вся чистая прибыль направлялась на городские цели: помощь малоимущим, пострадавшим от стихии, пожаров, падежа скота, для закупки хлеба в помощь нуждающимся, в здравоохранение, образование, богоугодные заведения — все это вне зависимости от того, кто являлся учредителем, потому что тот заведомо отказывался от дивидендов в пользу города.

Было еще очень важное преимущество у такого банка: эмитированные (выпущенные) им ценные бумаги, как обеспеченные городским обществом, принимались наравне с гарантированными государством. Они воспринимались кредитными учреждениями как более ликвидные, чем недвижимость, поэтому кредит под них был дешевле. Понятно, что приобретать их было выгодно и ремесленникам, и купцам, и населению в целом.

Что же касается контроля, то гордума систематически проводила ревизии ГОБа, ежегодно рассматривала его баланс. Без такого рассмотрения отчет банка не мог быть принят госбанком и не подлежал публикации в соответствующих официальных изданиях Минфина, что было смерти подобно. Иными словами, горбанк был надежным финансовым рычагом местного самоуправления.

Другим видом оказания помощи мелким предпринимателям стали ссудо-сберегательные и кредитные товарищества (ССТ), ссудо-сберегательные кассы с многообразными зонами обслуживания населения. Принципиальное их отличие от различных банков в том, что они не ставили целью получение прибыли, поэтому заимствование в них в форме ссуды было для членов такого объединения более выгодным. Капитал здесь формировался, во-первых, за счет централизованного, предусмотренного законом беспроцентного кредита, и, во-вторых, паевых взносов. Член товарищества получал дивиденды пропорционально своему паю, процент от оборота и — если он к тому же являлся вкладчиком — проценты на вклад. Главное же заключалось в том, что взаимное кредитование поддерживалось самоконтролем внутри ССТ за целевым использованием кредита.

Общепринятым инструментом кредитования являлся вексель. Исполненный на гербовой бумаге по строго установленной форме, он принимался в качестве платежа, ускорял оборот товаров и услуг, связывал денежную массу, улучшал поступление обязательных платежей, в первую очередь — в городской бюджет.

Думается, что подобные сугубо региональные пути обеспечения малого предпринимательства оборотными средствами, вложениями в основные фонды могут помочь мобилизовать серьезные ресурсы для развития туризма, качественного обслуживания отдыхающих, подвижек в мелкооптовой и розничной торговле, сфере услуг.

Для того, чтобы инициатива проявлялась в устойчивом порядке, приносила ощутимый результат как для ее носителей, так и для города, необходимы не только доступные кредиты, но и организационные усилия местных властей.

В этом смысле хорошо бы исследователям обратиться к опыту 1950 — 1970 гг. Это был самый яркий и результативный период созидательной инициативы широчайших слоев населения, конечно, в иных условиях экономических, политических, нравственных, но оттого не менее достойный и поучительный. Движение за город высокопроизводительного труда, образцового общественного порядка и высокой культуры получило первый импульс и все нараставшую поддержку, наконец, играл свою роль и личный пример руководителей того времени: А.Коровченко, В.Пашкова, П.Стенкового, И.Кириленко, молодежных вожаков: А.Макухина, А.Рощупкина, В.Косорукова, Л.Гончарова, И.Ступицкого — всех и не перечесть, но без этих фамилий не обойтись, ни без единой…

Нынешним руководителям приходится труднее, потому что нет многих из прежних рычагов, прежде всего идеологических, столь привычных для нескольких поколений. Но только при их общественностью признаваемом лидерстве возможны те горизонты демилитаризованного Севастополя, которые дадут городу «второе дыхание» на путях созидания, самоуважения и упорядоченности.

Для того, чтобы открылись означенные выше кредитные возможности в максимальной степени, нужно объединение тех, кто расположен к предпринимательству, имеет помимо определенных ресурсов и еще нечто немаловажное — доброе имя. Ведь не секрет, что кредиты возможны и «на веру».

Соединив намерения и возможности таких нынешних Максимовых, предусмотрев налоговые льготы местного уровня, обеспечив правовую защиту предпринимательской структуры, можно при минимальном риске для местного бюджета и муниципальной собственности сертифицировать те площади, которые пристойно будут сдавать людям для отдыха. Естественно, параллельно следует разработать нормативы для проживания приезжих, организовать своего рода профориентацию арендодателей — правовую, психологическую, санитарную, краеведческую наконец, и вот тогда так называемый частный сектор станет первым проводником Программы развития туризма.

Множество ведомственных баз отдыха, частных комплексов, автокемпингов уже пытаются выжить на энтузиазме учредителей и служащих, безмерной непритязательности гостей. Помочь бы им делом! Все это вместе взятое дешевле и надежнее, чем сулит любое зарубежье.

Другие статьи этого номера