Музейный реставратор — почти реаниматор. Ведь главная цель — продление жизни

В Художественном музее им.Крошицкого открылась выставка «Спасенная красота, реставрация и исследования». Пропуском на нее служили не блеск и великолепие, а порывы, порезы, утраты и загрязнения…Чего только стоит работа реставратора Татьяны Владимировны Рыжовой над картиной неизвестного художника XIX века «Святой Иосиф с младенцем Христом на руках»! Собственно, самой картины, как таковой, уже не существовало. Вместо нее остались 54 маленьких и больших разрозненных фрагмента, отсутствовали многочисленные детали картины, холст утратил эластичность и был покрыт плесенью. История этого шедевра одновременно показательна и уникальна. В годы войны ее, как и другие экспонаты музея, рискуя жизнью, спасал М.П.Крошицкий. «Святой Иосиф с младенцем Христом на руках» пережил бомбежки, эвакуацию, но не смог противостоять мракобесию и варварству. В 50-е годы одним росчерком чиновничьего пера картина была списана, как не представляющая ценности и не соответствующая духу советского времени. Фамилия человека, дерзнувшего разорвать произведение искусства на 54 куска, неизвестна, да и вряд ли она стоит упоминания. Но имя реставратора заслуживает самого глубокого уважения и почтительного внимания.

Татьяна Владимировна Рыжова приехала в Севастополь более четверти века назад. Она окончила Симферопольскую художественную школу с отличием, после чего официально была приглашена на дожность реставратора в Художественный музей. Но ее практика не ограничилась границами нашего города. В свое время Рыжовой повезло стажироваться в знаменитых музеях Киева и Москвы. Умение реанимировать утраченную красоту пришло не сразу. Год за годом Татьяна Владимировна оттачивала свое мастерство. В настоящий момент в нашем городе ей нет равных.

Это только кажется на первый взгляд, что дело реставратора вовремя «подмазать» или подштриховать. У каждой картины своя степень «тяжести», и было время, когда Татьяна Владимировна к какому-то очень древнему произведению просто боялась прикоснуться, руководствуясь главным принципом в работе: «Не навреди». Не случайно на протяжении всех лет работы Рыжова ведет специальную картотеку. В ней подробно фиксируется каждое событие в «жизни» картины, ее состояние. Где-то необходимо принимать срочные меры, а что-то еще может вполне подождать. Несколько лет назад чуть ли не произошла непоправимая трагедия. В музыкальной школе, занимающей верхние этажи музея, прорвало трубу, вода проникла в хранилища, где находились бесценные картины знаменитых художников XVI-XVII веков. Только благодаря скорой и профессиональной помощи реставратора музея творения не погибли.

Реставрация — это наука. Здесь необходимы знания химии и физики, специфики технологии живописи во времени. Если художник у нас ассоциируется с кистью и холстом, то реставратор — с белым халатом и микроскопом. У художника главное — вдохновение, полет, у реставратора — терпение и самообладание. Миллиметр за миллиметром приходится иной раз вести чье-либо творение из забытья обратно, к жизни, где свет, признание, заслуженное поклонение. И в конечном счете все снова будут восхищаться, повторять имя бессмертного художника, упуская из виду, что это «бессмертие» — дело чьих-то конкретных рук. Но, видимо, еще тем отличается реставратор от художника, что он не охотится за публичным признанием. Он — верный раб искусства, не более. Но в этом звании особый почет.

У Татьяны Владимировны и отношение к своей работе особое. И хотя в ней много рутинного, механического, канцелярского, это совсем не главное для нее. О творческой натуре Т.В.Рыжовой говорит тот факт, что никогда она не останавливалась на достигнутом. Сегодня о ней можно рассказывать не только как о реставраторе, но и как об исследователе, сумевшем сделать благодаря любознательности и профессионализму настоящие открытия. Не каждый реставратор за свою творческую судьбу может похвастаться тем, что сумел открыть истинную фамилию художника, спрятанную под слоем красок и веков. Так произошло с картиной итальянского художника Джованни Мариа Моранди «Христос и самаритянка», написанной в конце XVII века. А реабилитация имени художника Эдуарда Штейнберга — это всецело личная заслуга Татьяны Владимировны. Благодаря ей работы севастопольского художника, талантливого ученика В.А.Серова и К.А.Коровина, жившего в начале прошлого столетия, получили признание и стали знамениты. Татьяна Владимировна не только отреставрировала всю коллекцию (десятилетия до этого работы хранились у родственников художника на чердаке), но и при помощи длительной переписки с самыми разными людьми были идентифицированы портреты. В настоящий момент уже выпущена брошюра, рассказывающая о жизни и творчестве Эдуарда Штейнберга, картины которого имеют не только художественную, но и историческую ценность.

— Вы не жалеете о том, что не рискнули добиваться известности как художник, а выбрали «закулисную» профессию реставратора? — спросила я у Татьяны Владимировны.

— Думаю, что надо уметь дать себе правильную оценку, — отвечала она. — Я оказалась здесь более полезной.

Здесь? Мы беседовали в реставрационной мастерской музея, что больше напоминало подвальное помещение со специфическим запахом, который забивал даже запахи растворителей. Тесная комната, в которой единственное окно выходит на… тротуар. Да и то лишь наполовину. Двадцать пять лет в этом слабо освещенном, плохо проветриваемом помещении ради искусства, ради красоты…

На открывшейся выставке вы сможете увидеть избранные работы, всего 28 произведений. В их числе: «Парусные лодки» Антони ван Кросса (XVII век, Голландия), «Натюрморт» Яна Фернандеса (XVII век, Голландия), работы неизвестных польских художников конца XVIII века и многие, многие другие. Их писали великие мастера, ими любовалась царственная знать, их можем увидеть мы благодаря заботе редкой, удивительной женщины. Спешите видеть!

На снимке:  заведующая реставрационной мастерской Севастопольского Художественного музея им.М.П.Крошицкого Т.В. Рыжова.

Другие статьи этого номера