Или все же найдется возможность сохранить уникальную подводную лодку?

О судьбе отечественной гидронавтики мы ведем разговор с гидронавтом первого класса, капитаном подводных аппаратов, председателем городского морского клуба гидронавтов «Бентос» Евгением ВИНОГРАДОВЫМ. — Я знаю, что ваша жизнь связана с подводными исследованиями. Как все начиналось?

— Да, гидронавтика — это профессия, которую выбрало мое сердце. В шестидесятые годы ХХ века Советский Союз дал человечеству прорывы в космическое пространство. Однако успешное освоение космоса по политическим мотивам затмил гидрокосмос. Здесь достижения СССР и гонка технологий были не меньше, чем в открытом космосе. Не случайно в Севастополе в 1976 г. было создано экспериментальное конструкторское бюро по подводным исследованиям. В составе СЭКТБ находились 14 обитаемых подводных аппаратов, суда-носители, база техобслуживания. Было подготовлено около 300 гидронавтов. Я около десяти лет проработал на подводной лаборатории «Бентос-300-1» и восемь лет — на малых подводных аппаратах «Риф», «ТИНРО-2», «Морж». Можно сказать, что мы проползли по дну почти всего Черного моря, работали на Дальнем Востоке, в Атлантике, в Средиземном и Каспийском морях. По прошествии лет я осознаю, что эти годы были лучшими в моей жизни. К сожалению, эта профессия в нашей стране сегодня не востребована. База «Гидронавт» прекратила свое существование, а остатки подводной техники переданы в военную структуру, в Государственный океанариум. Утрачивается уникальный опыт людей, которые работали на подводных аппаратах. Наши специалисты вынуждены заниматься другими видами деятельности, чтобы выжить. Мне тоже пришлось менять профессию, но где бы я ни работал, память о прожитых лучших годах не отпускает. Да и обидно, что гидронавтика в Украине не имеет развития.

— Мне тоже посчастливилось опускаться на дно Черного моря на подводной лодке «Бентос». И сейчас я не могу спокойно видеть ее затопленный остов в районе Инкермана.

— Трудно осмыслить и понять, как это могло произойти. Разграбленная и брошенная на произвол судьбы ПЛБ «Бентос-300» затонула в 2000 году. В результате несанкционированного и бесконтрольного демонтажа оборудования и донно-забортной арматуры произошло заполнение прочного корпуса водой и лаборатория затонула на глубине 5 — 10 метров, находясь на склоне с креном около 45 градусов. В затонувшем состоянии лодка представляла опасность для судоходства и загрязнения акватории.

— И два года ее никто не поднимал?

— Наверное, просто не хотели. Она никому не была нужна. А ведь «Бентос» — гордость нашей науки и техники, один из первых аппаратов первого поколения, в котором была осуществлена попытка объединения подводной лодки, подводного дома, малого подводного аппарата и классической научно-исследовательской лаборатории. На борту лодки был барокомплекс, и это давало возможность выхода водолаза для сбора проб. «Бентос-300» был построен на Ленинградском адмиралтейском объединении в 1976 году. Свое первое (несамостоятельное) путешествие он совершил в доке по рекам и каналам через всю страну — от Балтики до Черного моря. А здесь первоначально он базировался в Балаклаве. Впереди была интересная жизнь длиной в полтора десятилетия. За эти годы лодка совершила более 100 выходов в море, 337 погружений и пробыла под водой 5360 часов.

— Школу «Бентоса» прошли многие известные гидронавты.

— Перечислить всех невозможно, однако я назову некоторых уникальных специалистов: Леонид Скрипкин, Валентин Дерябин, Александр Королев, Александр Грязнов, Николай Цебрик, Геннадий Бельников, Иван Рудой, Виктор Захаров, Александр Семенов, Дмитрий Семенов…

— Вероятно, «Бентос» стоило сохранить хотя бы в качестве уникального экспоната?

— Конечно! Но, видно, мысли бывших ее хозяев были далеки от этого. Но коль ее бросили, гидронавты решили побороться за судьбу лодки. Я предложил организовать общественную организацию «Морской клуб «Бентос» в честь подводной лаборатории, что мы и сделали. Первой же целью и приоритетной задачей клуба стала идея сохранения лаборатории как удивительного объекта общественного обозрения. Наше предложение поддержала администрация Балаклавы. Был заключен договор о сотрудничестве в этой области и о размещении подлодки после соответствующего ремонта в Балаклаве. Во всех структурах городской администрации клуб нашел поддержку. Мы сохранили техническую документацию, которую нам передало бывшее руководство базы «Гидронавт». Ялтинские кинематографисты предложили разработать кинозал виртуальных погружений во втором отсеке на нижней палубе. Пошли и другие предложения. Но нашей идее не было дано свободы действий. Как показали дальнейшие события, над ПЛБ «Бентос-300» все время висит дамоклов меч.

— Неужели последний «Бентос» может уйти в небытие?

— Печальное известие о том, что ПЛБ «Бентос-300» собираются порезать на металлолом, настигло меня, когда я находился в Шотландии. Это было равноценно внезапному шквалу с океана. Стало известно, что разделка уже включена в план компании, которая в настоящее время занимается разделкой крейсера «Адмирал Головко». Кстати, реакция на это сообщение директора шотландского центра «Stenmar Group» была однозначна: «Это — акт вандализма». Там, в Шотландии, просто не понимают, почему у кого-то поднимается рука резать уникальные конструкции, которые могли бы стать объектами привлечения туристов в город. Подобные действия не увеличивают с их стороны доверия к Украине, где происходит такое.

— И что же собирается предпринять морской клуб «Бентос»?

— Всеми силами спасать уникальную лодку! Привлечь общественность, севастопольцев, всех, кому дороги традиции нашего города. Для начала необходимо проверить законность действий, ведь объект бесхозным пролежал на дне более двух лет. Если наши усилия не достигнут результатов, то проиграем мы все вместе перед надвигающимся вандализмом. Это деградация людей.

— Евгений, вы упомянули, что были несколько месяцев в Шотландии. В связи с чем?

— Я счастлив, что имел возможность познакомиться с функционированием Международного подводного центра компании «Стенмар Гроуп» в Шотландии. В Шотландию я поехал представить наш регион, интересы морского клуба «Бентос» и для технической поддержки восстановления ПА «Морж» после продолжительной стоянки (длительностью шесть лет). С задачей успешно справились. Этот центр является лидером по подготовке профессиональных водолазов, специалистов по эксплуатации необитаемой подводной техники для пополнения отряда, обслуживающего северные морские нефтяные месторождения. Филиалы компании изготавливают навигационную и роботоподводную технику нового поколения. В глазах наших соотечественников шотландская компания зарекомендовала себя качественной подготовкой водолазов-глубоководников, участвовавших в подводных операциях ПЛ «Курск» и работавших с норвежским оборудованием.

— Вы извлекли для себя какие-то полезные уроки?

— С большой радостью! В настоящее время в подводном центре Форта Вильям развивается туристическое направление. Аквариумный аттракцион взаимодействия посетителей, робототехники, необитаемых аппаратов, манипуляторов в сочетании с живой природой подводного мира грандиозен по своим размерам и интересен по насыщению. Здесь на глазах у посетителей могут проводиться погружения желающих в современном снаряжении. Кроме всего, проводится демонстрация новых подводных технологий в рекламных целях. Я видел все это и думал, что нашу подводную лабораторию «Бентос-300» можно рассмотреть как вариант такого же аттракциона, но изнутри, с наблюдением через иллюминаторы. Неоспоримо, что это потребует меньших вложений.

— Как много полезного можно было бы привнести в Севастополь! Мы много говорим о развитии туризма, в частности в той же Балаклаве, но не двигаемся ни на шаг вперед.

— Форт Вильям — приморский городок, и его проблемы и пути развития действительно параллельны с Балаклавой. Я думаю, это все интересно для ее туристического развития. В частности, в настоящее время решается судьба штолен подземного завода в Балаклаве. Аквариумный аттракцион, о котором я упоминал, может с успехом быть использован в освоении штольни с большой эффектной силой, дополненный музеем ЭПРОНа и гидронавтики. Здесь же можно разработать подводные туристические маршруты, предусмотреть участок для создания искусственных рифов и одновременно являющийся туристическим подводным маршрутом с элементами бутафорных объектов. Можно по аналогу организовать подводные маршруты к специально затопленным судам. Работающий под водой водолаз, оказывается, тоже может стать частью экспозиций. И опять-таки стоит использовать ПЛБ «Бентос-300» в качестве объекта общественного обозрения, на борту которого может расположиться киноат-тракцион виртуальных погружений. Иллюминаторы позволят созерцать забортную подводную жизнь, сидя в кают-компании, с ночной подводной подсветкой. К тому же не исключается возможность использования «Бентоса» как учебно-тренировочного комплекса с возможностью иметь на его борту дежурную барокамеру.

— Вот так даже в экскурсионно-туристических мечтах мы вновь вернулись к «Бентосу». Трудно представить, что его судьба может закончиться, причем закончиться столь печально.

На снимках: Е.Виноградов; затопленный «Бентос».

Другие статьи этого номера