Мадам

Совсем недавно в репертуаре театра им. Луначарского появился спектакль «Мадам» — мелодрама по произведениям Нины Берберовой. Что касается Берберовой, то имя этой до недавнего времени малоизвестной писательницы русского зарубежья все чаще появляется на театральных афишах и в кино (не так давно вышел фильм Клода Миллера «Аккомпаниаторша»). Интерес к ней не случаен. Русская эмиграция первой волны — интеллигенция, потерявшая горячо любимую родину, мужчины и женщины, потерпевшие духовный крах, — отчаянный всплеск русской культуры, но, увы, на чужбине.А в России старательно культивировались другие герои и героини — работники и работницы, культурные запросы которых не слишком велики. Вековая русская духовная традиция, и главная ее носительница русская женщина — жена и мать, — была практически утрачена. Сегодня мы пожинаем плоды этой потери: целлулоидные красавицы, выставляющие свои тела напоказ, женщины-«кошечки», похотливо улыбающиеся с экранов, — вот героини сегодняшнего дня. «Великая блудница», — говорили в Риме периода упадка. Призрак блудницы все отчетливее проявляется в нашей культуре.

Может быть, поэтому мы снова и снова обращаемся к серебряному веку, возвращаясь на сто лет назад, в поисках утраченного сокровища высокой женственности. Лида — героиня «Мадам» — еще молодая русская женщина, с душой-птицей, которая не может жить в клетке, даже в той, что построена собственными руками. Ее замужество — скорее вынужденное, неосознанное стремление жить «как положено». За внешним благополучием скрывается отчаяние одинокого существа. Актриса Юлия Нестранская, которая играет Лидию, обладает изящной, почти балетной пластикой. Ее мягкость и какая-то беззащитность контрастируют с мужским жестким, взрослым миром. С первых сцен становится очевидной противоестественность ее пребывания здесь. Она — из утерянного рая, где звучат стихи Марины Цветаевой и дети играют в четыре руки на дедушкином раритетном рояле. Из утерянной России, где близкие люди берут друг друга за руки и смотрят в глаза, и Лидина мама (нар. арт. Украины и Татарстана Людмила Кара-Гяур), и долгожданный Гри (засл. арт. АРК Сергей Санаев)…

Поскольку режиссер Татьяна Магар (она же является автором пьесы) определила жанр спектакля как мелодраму, здесь присутствует любовный треугольник, и даже, как сказал в одном из интервью Анатолий Бобер, который, кстати, тоже занят в спектакле, «любовный четырехугольник».

Кроме основной интриги, связанной с Лидой, есть еще одна интересная и законченная любовная история русской танцовщицы Кисы (появлением этого персонажа в спектакле, очевидно, мы обязаны дягилевским «Русским сезонам» в Париже). Кису играет молодая, но уже известная по ролям Аделы («Дом Бернарды Альбы») и Изабеллы («Приглашение в замок») Мария Брусницына, несомненно, одаренная актриса, а ее жениха — актер Александр Порываев (Кристиан — «Империя Луны и Солнца»).

«Очень русские» персонажи — соседки мадам, не только пристально наблюдающие за жизнью главной героини, но и дающие свои оценки происходящему (актрисы: Татьяна Дикова, Галина Тигонен, Ольга Лукашевич, засл. арт. АРК Татьяна Бурнакина, Людмила Заплатникова и Светлана Глинка). Они и «социальная среда», и блестящее украшение спектакля. Эти дамы, словно букет цветов, вырванных из родной почвы, но все еще ярких и полных жизни. В связи с ними нельзя не упомянуть художника по костюмам — Татьяну Карасеву. Сценический костюм — результат сложной работы — проникновения в образ, дающий актеру дополнительное выразительное средство. Костюм питает образ, дает представление о культурных, социальных, бытовых, духовных и умственных особенностях персонажа. Кроме того, он должен учитывать место и время действия, но вместе с тем не выглядеть слишком буднично, он несет символическую нагрузку и работает в ансамбле с костюмами других персонажей.

Театр — искусство древнее, мы находимся на вершине горы, вид с которой ошеломителен. Язык сценических символов, жестов, световых партитур — целая наука, доступная искушенному зрителю, то есть тем, кто склонен разгадывать замыслы творения, кто не боится заглянуть себе в душу и вместе с героями пьесы страдать и любить, чтобы вновь пережить несравненное ощущение театрального катарсиса.

Сценический мир «Мадам» (сценография Ивана Магара, художник-постановщик засл. деятель искусств Украины Галина Бубнова) создан из горизонта — задника, изображающего зимнее небо и падающую Эйфелеву башню, фрагмента железной дороги и квартиры-ателье, где живут и трудятся герои пьесы. Здесь волшебный серый цвет вдруг становится серебряным, зима сменяется весной, а тусклая и мучительная жизнь Лидии… Но, впрочем, дорогой читатель, вы сами можете все это увидеть, если придете на спектакль театра имени Луначарского «Мадам».

Другие статьи этого номера