SPARKS — это по-нашему!

Любители музыки, наверное, еще помнят англо-американскую группу «новой волны» Sparks. Наделали в свое время шороху братья Мэлы. Однако речь не о них. Речь о «Спарксе» севастопольском — небольшом, но, безусловно, талантливом и заводном танцевальном коллективе, с творчеством которого можно познакомиться в «Черной жемчужине». Мы встретились с художественным руководителем «Искорок» (именно так переводится с английского «sparks») Еленой КРАСНОВОЙ — единственным, пожалуй, человеком, в чьей трудовой книжке имеется запись «хореограф ЗАО».

— Елена Николаевна, начнем с традиционного вопроса об истории создания «Спаркса».

— Вы, наверное, удивитесь, но «Спаркс» родился по инициативе директора ЗАО «Гостиница «Севастополь» Светланы Ивановны Щербаковой. Она думала, как привлечь посетителей в «Жемчужину», и пришла к выводу, что обычная дискотека для заведения такого уровня не подходит. Тем более что дискотек, то есть, как принято сегодня их называть, ночных клубов, в городе достаточно. Нужно было создать что-то свое, отличное от других. Выгодно отличное. Этим Нечто и стал наш коллектив. Было это в 2001 году. Кто-то называет его танцевальным коллективом, кто-то данс-группой. Я предпочитаю другое определение «Спаркса» — шоу.

— Но ведь шоу предполагает нечто большее, чем только танцевальные номера.

— Конечно, вот мы и стремимся к тому, чтобы сделать настоящую шоу-программу. Все потому, что я «больна» шоу, варьете, мюзик-холлом. Когда-то в Севастополе было замечательное варьете, чьей родной площадкой была гостиница «Крым». Я очень хотела там работать, даже прошла конкурсный отбор, была принята, и тут варьете закрыли. Любовь к шоу осталась навсегда. Позже я делала программы для севастопольского «Мюзик-холла», который тогда располагался в кинотеатре «Украина», для шоу группы «Кураж».

Что же касается непосредственно «Спаркса», то мы в своих программах пытаемся сочетать хореографию, акробатику, юмор, то есть максимально приблизиться к варьете. Понятно, что нам никогда не стать «Мулен Ружем», но уж очень хочется делать нечто необычное.

— «Спаркс» — это профессиональный коллектив?

— В смысле выступают ли у нас профессиональные танцоры? Если с этой точки зрения, то полупрофессиональный. В составе «Спаркса» семь человек: два юноши и пять девушек. Что касается ребят, то они профессионалы, они и до прихода к нам зарабатывали деньги с помощью ног. А вот девушки… Они просто любят делать шоу. В свободное от «Спаркса» время они студентки. Одна — будущий юрист, другая — биофизик, третья — экономист, четвертая — студентка эстрадно-циркового училища. Кстати, две из наших девушек — мастера спорта по акробатике. Не думаю, что все они будут всю жизнь работать в шоу-бизнесе, но пока их тянет на сцену, где они зарабатывают деньги.

Если же подходить к вопросу о профессионализме коллектива с другой точки зрения — репетиции, выступления, то отвечу положительно. Да, мы — профессионалы. У нас три выступления в неделю и три дня репетиционного процесса плюс репетиция перед программой). Так что и девочки, и мальчики вкалывают как настоящие профессионалы. Посмотрите на нашу главную степистку, как лихо она отбивает чечетку, вы в жизни не догадаетесь, что это будущий биофизик, а подумаете, что она профессиональная танцовщица.

— Коллективу уже не один год, а о нем практически никто не знает.

— Это не совсем так. Мы осознанно шли на то, чтобы не давать рекламу ни в прессу, ни на радио, ни на телевидение. Поначалу просто боялись, что вдруг что-то у нас не получится, а на город уже «прославимся», раструбив о себе. А потом, когда народ стал узнавать о нас, необходимость в рекламе отпала. Несмотря на то, что мы «невыездной» коллектив, о нас знают даже за рубежом.

— Это каким же образом?

— Севастополь — очень открытый город. Многие зарубежные гости видели наши программы. Некоторые из них бывали в нашем городе не единожды, но каждый раз, приезжая в Севастополь, они заходят в «Жемчужину», чтобы посмотреть наши выступления.

— Но разве может творческий коллектив нигде «не светиться»? В каких-нибудь конкурсах участвовали?

— Нет. Я повторяю, у нас коллектив «невыездной». Для чего нам эти конкурсы? Мы ведь не за призы работаем, потому и «не светимся».

— Ну а в концертах каких-нибудь общегородских участвуете?

— Нет, нет и еще раз нет. Мы не коллектив для большой сцены и не стремимся им быть. Именно по этой причине мы не участвуем ни в каких сборных «солянках», не ездим выступать по другим клубам. Мы — шоу-ансамбль «Спаркс» из «Черной жемчужины». Мы сами зарабатываем себе имя.

— Кто занимается постановкой ваших программ?

— Я и занимаюсь. Я в одном лице и художественный руководитель, и хореограф, и администратор, и художник по костюмам.

— Неужели участники коллектива не помогают?

— А кто это сказал? Напротив, у нас подготовка программы — процесс демократический. Я вижу, каким должен быть номер, какими должны быть костюмы, но в ходе работы каждый участник «Спаркса» вносит свои предложения, стараясь как можно больше разнообразить программу. В целом программа у нас меняется один раз в год. К значимым, любимым народом праздникам готовим специальные номера. Стараемся сделать так, чтобы наши выступления запоминались, но не приедались. В программе «Спаркса» сегодня свыше двух десятков номеров, в то время как в одно выступление включают номеров 8-10. То есть можно три дня подряд показывать абсолютно разные шоу. Еще раз повторюсь, мы — не «Мулен Руж», где один канкан «катают» уже полтора века.

— Не секрет, что в номерах «Спаркса» есть доля здорового эротизма…

— Только доля. Изначально, когда наш коллектив только создавался, было выдвинуто условие — никакого стриптиза и топлесса. Кто хочет смотреть стриптиз, пусть идет в те ночные клубы, где его показывают, где девицы на пилонах крутятся. У нас же показывают шоу. И я стараюсь все сделать для того, чтобы оградить моих девочек от всевозможных разговоров и слухов. Для этого мы приглашаем на наши выступления родителей участниц, чтобы они могли посмотреть и убедиться, что их дочери занимаются нормальным делом. Чтобы им было не стыдно сказать, где они работают.

Более того, оберегаю их, как могу. Например, запрещаю брать чаевые, чтобы не было соблазна легких денег.

— Какое будущее у «Спаркса»?

— Сложно сказать. Моя мечта — сделать настоящее варьете, эстрадный театр. Но для этого необходимо очень многое, в первую очередь средства. Знаете, сколько уходит на костюмы? В среднем на одного человека, на один номер — 250 гривен. Взять, к примеру, наш фирменный «Выход в перьях», так у каждой девочки на голове перьев на 150 гривен. Они ж сами в целях экономии собственноручно костюмы расшивают мишурой и стразами.

Что еще нужно для создания варьете? Конечно, помещение со станком, с зеркалом, чтобы можно было нормально репетировать. И третье — разнообразить программу и увеличить число артистов. Что такое варьете: это не только танцоры, но и акробатические номера, артисты оригинального жанра, цыгане. Цыгане у нас были, сейчас, к сожалению, уехали. Хотели пригласить в программу фокусника, так он за один номер попросил столько, сколько весь коллектив за вечер не зарабатывает, пришлось отказаться. Так что «Спарксу» пока остается надеяться только на собственные силы и возможности. Пока, так как мы верим, что из наших «искр» возгорится «пламя» настоящего шоу.

Другие статьи этого номера