Пожарные легендарного Севастополя в годы Великой Отечественной

Чтобы глубже понять смысл и значение Великой Победы, вернемся к роковому 1941 году. Еще гитлеровские полчища не перешли советскую границу, а Севастополь уже бомбили фашистские стервятники.Те героические годы вписаны в историю золотыми буквами. Тысячи имен людей, проявивших чудеса мужества и отваги, геройски погибших при защите и освобождении города, сегодня навеки врезаны в мемориальные плиты памятников и братских могил. Среди них золотом горят и фамилии тех, кто пал смертью храбрых, отстаивая свой родной Севастополь, его жителей, здания, заводы и фабрики, его исторические и культурные ценности от пожаров. И не случайно на Мемориале защитников города-героя 1941-1942 гг. в списках участников обороны записана и пожарная охрана Севастополя.

Пожелтевшие листы архивных документов, скупые слова газетной хроники, короткие, как автоматные очереди, сводки Совинформбюро, воспоминания очевидцев возвращают нас к огненным годам Великой Отечественной…

Пожарные не знали другой тактики, кроме наступления, и если приходилось обороняться, то не от пожаров, а от превосходящих сил противника, но уже не с пожарным рукавом и стволом, а с трехлинейкой в руках.

…Город разбудил тревожный гудок Морского завода. Севастополь погрузился во тьму, настороженно встречая опасность в освещенном прожекторами зенитчиков небе. Враг прилетел с моря. Первые бомбы упали в район ул. Подгорной, разрушив несколько домов и школу N 4. Первая кровь… первые слезы, первые военные пожары, и сразу на помощь прибыла пожарная команда N 1. Пожар был потушен, оказана необходимая помощь… Это было первое огненное испытание начала Великой Отечественной войны.

Вспоминает участник обороны Севастополя, бывший начальник пожарной команды «Севморзавода» Г.И. Петров: «В конце октября 1941 года в результате вражеских действий крупный пожар возник на Морском заводе, на эскадренном миноносце «Совершенный» и подводной лодке «Щука». К месту пожара прибыли пожарные машины с личным составом и стали производить работу по ликвидации этих пожаров. Мы знали, что огонь может добраться до боеприпасов. Немецкие самолеты продолжали летать над горевшими судами, сыпать бомбы и обстреливать из минометов место пожара. Мы знали: если огонь доберется до боеприпасов, то не только уничтожит военные суда, но разворотит весь док и ближайшие портовые сооружения.

Начальник караула Александр Гулак и раньше проявлял решительность и находчивость в таких ситуациях. Вот и теперь, зная цену каждой секунды, он крикнул: «За мной, ребята!» и бросился в отсек подводной лодки, увлекая за собой товарищей. Пламя к тому времени уже распространилось в машинное отделение. Из-под палубы вырвался огромный столб пламени. Александра сбило с ног взрывной волной, обожгло, однако он не ушел с огненного поля боя. Еще до наступления темноты огромный факел, освещавший все вокруг, был ликвидирован. За героизм и мужество, проявленные при тушении этого пожара, А.Гулак был награжден орденом Красной Звезды.

В книге воспоминаний «Корабли возвращаются в строй» бывший директор «Севморзавода» Михаил Николаевич Сургачев писал: «Был неожиданный свирепый налет, может быть, один из самых тяжелых… В ряде мест возникли крупные пожары… Тяжело ранило А.Гулака».

…Декабрь 1941 года. У Графской пристани в центре города ошвартовался транспорт с бое-припасами и продовольствием. На причал пристани упал вражеский крупнокалиберный снаряд. Вспыхнуло пламя. Огонь распространился на транспорт. По проспекту Нахимова уже мчались пожарные машины. Люди по цепочке передавали ящики с драгоценным грузом на кусочке пристани в безопасное место. Рвутся один за другим фугасные и зажигательные бомбы. Пламя все возрастающего пожара осветило весь центр города. Одна группа пожарных спасает от огня транспорт, который в любую минуту может взлететь на воздух, другая, стоя по грудь в ледяной воде, передает на берег боеприпасы и продовольствие. Первыми вошли в воду бойцы Стойченко, Гусаков, Хоменко, Деревянников. Пламя обожгло Гусакову руки. Он шел по каменистому дну, пересиливая боль, неся ящик с гранатами, пока не донес до берега.

Да, трудно было пожарным города в те огненные годы, — вспоминает бывший командир взвода наблюдения МПВО И.С. Пацуев. — На Корабельной стороне в феврале 1942 года на район было сброшено большое количество зажигательных бомб. Все оставшееся население принимало активное участие вместе с пожарными в ликвидации пожаров. В живых от оставшегося пожарного подразделения остался только я один.

Пожарные города работали в неимоверно трудных условиях, теряя под разрывами вражеских бомб технику и своих товарищей.

Вот что вспоминает о том времени бывший водитель 1-й пожарной части В.Винниченко: «От непрерывного обстрела загорелось здание панорамы. Горело знаменитое живописное полотно великого баталиста Ф.Рубо. К панораме сбегались местное население и краснофлотцы. До прибытия пожарных подразделений тушением панорамы руководил бывший начальник пожарной команды Северной стороны В.Л. Резниченко. В результате большую часть полотна удалось спасти. 86 огромных кусков, которые удалось вырвать из огня, тут же на земле упаковали и отправили в эвакуацию на лидере эсминцев «Ташкент». Пожарный водитель И.Пахомов на полуторке сделал несколько ходок, доставляя части художественного полотна под шквальным огнем противника на эсминец.

Газета «Красный Крым» за 26 февраля 1942 года писала: «В часы бомбежек мы постоянно наблюдали героизм наших пожарных, которые бесстрашно выполняли свой долг. Мужество и находчивость проявили пожарные Мезергин, Дроздов, Осташенко, Гусаков, Ястребов, Винниченко, Назаренко и многие другие».

Газета «Тревога» за 23 февраля 1966 года тогда писала о последних днях пожарных того огненного времени: «…В один из самых последних дней обороны во дворе расположения пожарной команды N 1 в суровом молчании выстроились бойцы. Короткая речь политрука Мезергина закончилась словами:

— Нас ждет фронт. Добровольцы, шаг вперед!

И все как один шагнули навстречу комиссару.

30 июня 1942 года был получен приказ: оставить город и эвакуироваться со всей пожарной техникой в Казачью бухту для погрузки на транспорт. Но его не оказалось. Весь оставшийся личный состав пожарной охраны вместе с воинскими частями принял оборону и сражался до 3 июля 1942 года. Боеприпасы кончились. В живых осталась горстка храбрецов. До последнего патрона сражались начальник городской пожарной команды N 1 Вернигора, политрук Мезергин, начальник караула Иванников, инспектор Соколов и другие.

Василий Иосифович Бернадский, начальник Балаклавской пожарной команды, попав в плен, отказался служить немцам в качестве пожарного, за что был расстрелян.

В послевоенный период ветераны Севастопольской пожарной охраны и Великой Отечественной войны возвращались к бывшей мирной профессии. Среди них П.Пащенко, В.Резниченко, А.Гулак, И.Пацуев, Г.Петров, В.Тарасенко, Н.Мирошниченко, Н.Чекалкин, В.Журавель, А.Тищенко, Т.Терефель, Т.Назаренко, А.Бакар, А.Никопорец, И.Вакула.

Многие фронтовики тоже выбрали профессию пожарного, пополнив ряды севастопольских огнеборцев. Среди них Ф.Ерохин, М.Лебедев, П.Маринин, Н.Пипко, П.Усенко, Л.Костриков, Д.Трофимов, И.Нененко, Т.Саламов, И.Лосев, Е.Зайцев.

Прошли годы… Свято хранят севастопольцы память о тех, кто в сражениях с военными пожарами отдал свою жизнь, кто с оружием в руках до конца сражался с врагом.

Накануне 60-летия Победы в Великой Отечественной войне в фойе управления МЧС Украины в г.Севастополе была обновлена мемориальная доска, на которой отражены имена погибших в войну пожарных. Появилась и новая доска, посвященная работникам МПВО г.Севастополя, погибшим при исполнении служебного долга в Великой Отечественной войне.

Подвиг пожарных легендарного Севастополя — это путь сердца, в котором заключены гнев и боль, ненависть и гордость, страдания и радость Победы.

А благодарный белокаменный Севастополь — гордость и любовь наша — белоснежными каскадами домов спускается к морю. Неповторим его силуэт, как неповторимы его история, его памятники, бессмертные подвиги его героев.

Другие статьи этого номера