«Вы — убийцы! Теперь вам в этом городе не жить», —

кричали врачам кардиологического отделения 1-й горбольницы близкие умершего 80-летнего пациента. В результате разборок на больничные койки угодили два медработника.

РЕАНИМАЦИОННЫЙ ДЕБОШ

"Председателю Севастопольского городского совета Саратову Валерию Владимировичу от сотрудников кардиологического отделения 1-й горбольницы г. Севастополя

Заявление.

Уважаемый Валерий Владимирович!

18 июля 2007 года в 18 час. 55 мин. в кардиологическом отделении 1-й горбольницы скончался больной Локтионов Евгений Егорович, 1927 г.р. В момент оказания помощи больному Локтионову Е.Е. в отделении присутствовала его дочь в сопровождении мужчины, представившегося депутатом городского совета Киселевым. После сообщения о смерти больного Локтионова Е.Е. мужчина, представившийся депутатом Киселевым, повел себя неадекватно: ворвался в комнату дежурных врачей, нецензурно выражался, угрожал физической расправой врачам кардиологического отделения, применил физическое насилие к врачу Сигарову В.В. — схватил за грудки, за шею. После этого в нарушение существующих норм силой ворвался в блок реанимации и интенсивной терапии кардиологического отделения (выбил дверь), при этом нанеся тяжкие телесные повреждения сотруднице БРИТ младшей медицинской сестре Собченко Л.И., похитил историю болезни умершего, после чего скрылся.

Все действия гражданина Киселева сопровождались громкой нецензурной бранью, обвинением медперсонала отделения в умышленном убийстве больного Локтионова Е.Е.

Вследствие действий гр. Киселева работа персонала была парализована в течение 1,5 часа. У врача Лаврова В.А. после этих событий был зафиксирован гипертонический криз, у младшей медсестры Собченко Л.И. после удара дверью в область поясницы зафиксирован ушиб почки. В результате врач Лавров В.А. и младшая медсестра Собченко Л.И. в дальнейшем не смогли исполнять свои служебные обязанности. Данные факты зафиксированы вызванными сотрудниками милиции.

Коллектив отделения считает, что данное поведение не соответствует морально-этическим нормам, предъявляемым к депутатам городского совета. Как избиратели, мы считаем, что депутат является защитником интересов граждан и не должен создавать угрозу общественной безопасности, препятствовать выполнению гражданами своего профессионального долга.

Мы считаем, что своими действиями в отношении нас депутат Киселев показал свое отношение ко всем медицинским работникам г. Севастополя. Просим данный поступок депутата Киселева разобрать на комиссии городского совета по депутатской этике и принять соответствующие меры, о которых сообщить нам в установленном порядке. Просим также сообщить, членом какой политической партии является гр. Киселев, чтобы в дальнейшем мы, как избиратели, отказались от поддержки этой партии.

С уважением сотрудники кардиологического отделения 1-й горбольницы г. Севастополя В. Сигаров, Г. Репина, С. Дрозд, В. Лавров, Родюкова".

Описанная в заявлении нестандартная ситуация сегодня активно обсуждается не только медперсоналом, но и ставшими невольными свидетелями безобразной сцены пациентами кардиологического отделения и их родными. В помещении, где лежат больные, которым нельзя волноваться, шум был такой, что потревожил покой пациентов, лежащих этажом выше.

— Больной Локтионов поступил к нам вечером 16 июля по "скорой помощи" с диагнозом "ишемическая болезнь сердца, нестабильная стенокардия", — комментирует происшедшее заведующий кардиологическим отделением 1-й горбольницы Михаил Тарасенко. — Мужчине 80 лет, он перенес два инфаркта. Ему было назначено соответствующее лечение под наблюдением лучшего в городе кардиолога. 18 июля произошло ухудшение состояния, и его из палаты перевели в блок интенсивной терапии (реанимацию). К сожалению, у больного развился молниеносный отек легких, и спасти его не удалось. В это время в больнице находилась дочь больного в сопровождении мужчины, представившегося депутатом городского совета. Сначала они потребовали отчет о лечении, переписали фамилии всех дежуривших в тот день медработников, упрекали врачей в том, что дедушке не оказывается помощь. А когда больной умер, представившийся депутатом мужчина начал угрожать медперсоналу расправой. Хватал врачей за грудки, требовал историю болезни, выбивал двери, обещал, что никто в этом городе больше жить не будет. Медперсонал был вынужден вызвать милицию, все было зафиксировано.

Вообще-то мы относимся с пониманием к тому, что когда люди теряют близких, они могут вести себя неадекватно: обвинять врачей в случившемся, оскорблять. Но чтобы выбивать в реанимации двери и похищать из больницы историю болезни — такого еще не было. Поведение этих людей было неуправляемым!

"БЫЛ ДОКТОРОМ — СТАЛ ПАЦИЕНТОМ" —

так шутят коллеги непосредственного участника описанных выше событий, когда приходят навестить дежурившего в тот вечер врача кардиолога-реаниматолога Владимира Лаврова. После пережитого потрясения Владимир Андреевич с гипертоническим кризом госпитализирован в палату по соседству с той, где лежал умерший пациент. Теперь ему самому предстоит долгое лечение. Когда мы пришли, врачу Лаврову как раз ставили капельницу.

— Я 33 года работаю кардиологом в реанимации, но с таким грубым отношением столкнулся впервые, — говорит Владимир Андреевич. — Я понимаю, что люди реагируют на смерть близких по-разному, и всегда стараюсь войти в их положение. Сам я не так давно потерял обоих родителей: папа с мамой болели и с промежутком в девять месяцев ушли из жизни.

18 июля я пришел на дежурство, в 16 часов принял смену по палате интенсивной терапии. А в 17 часов дежурная медсестра сказала, что лежащий под капельницей больной жалуется на боли в сердце. Я пришел, посмотрел, измерил давление, назначил внутривенный препарат, чтобы унять боль. Через 15 минут еще раз подошел, спросил, как у него дела. Он ответил, что небольшие боли еще есть. Давление у пациента было 130 на 80. Рядом сидела его родственница. Я сразу обратил внимание на ее нервозное состояние. Объяснил, что дедушка в нестабильном состоянии и после пережитых инфарктов в его возрасте можно ожидать всего. Сказал, что назначу более мощный препарат, который должен ему помочь…

К сожалению, чуда не произошло. У хронического больного развился молниеносный отек легких. Реанимационные мероприятия эффекта не дали. Дедушка скончался. Когда я вышел сообщить об этом дочери, она повела себя неадекватно: "Вы его убили и ответите за это! Немедленно предоставьте мне историю болезни и перечислите все процедуры, которые ему делались!" Понимая ее состояние, я старался говорить спокойно и пообещал заполнить историю болезни сразу же, как только осмотрю вновь поступивших пациентов. Женщина ушла, и тогда в дежурную комнату ворвался представившийся депутатом мужчина… Такого отборного мата в столь грубой форме я в жизни не слышал, хотя и в армии служил, и на рыболовецких судах плавал, так что с ненормативной лексикой знаком. Он буквально набросился на нас с кулаками, начал кричать, что мы "глубоко пожалеем, что вообще родились на свет", схватил за грудки моего коллегу, пообещал, что теперь мы не будем жить в этом городе и наши семьи не будут жить в этом городе, что он нас на куски порвет…

Я никогда в жизни не слышал подобных угроз. Он сказал, что я — убийца и разговор со мной будет коротким. Когда он ушел, мы с коллегой пошли в палату интенсивной терапии. Но как только зашли туда, страшной силы удар потряс дверь. Она распахнулась от удара ноги и ручкой ударила в спину нашу санитарку. Ее отбросило к столу. В помещение забежала дочка умершего и потребовала немедленно отдать ей историю болезни. В тот момент зазвонил телефон, и я на минуту отвлекся. Женщина схватила историю болезни и побежала по коридору. Следом за ней удалился сопровождавший ее мужчина. К тому времени мы уже начали звонить в милицию, так как дальше терпеть издевательства с выбиванием дверей уже было невозможно. Этот кошмар продолжался три с половиной часа, работа отделения фактически была парализована.

Я работаю в кардиологическом отделении со дня его основания. Конечно, всякое бывало, но такое — впервые. К сожалению, не всем пациентам удается помочь. И я всегда сочувствую их родственникам, понимаю, что убитый горем человек может вести себя неадекватно, но с таким откровенным хамством еще не сталкивался. Впервые в жизни угрожали не только мне, но и моей семье. В результате у меня поднялось давление, начала отниматься правая сторона тела. Теперь вынужден лечиться. Попала в хирургическое отделение и санитарка. Спрашивается: за что? Всю жизнь старался помочь людям. Но ведь мы, врачи, не боги. Неужели можно вот так безнаказанно творить что угодно? Я стараюсь не думать об этом, но после всего произошедшего действительно боюсь за свою семью, своих детей. От таких людей можно ожидать чего угодно.

…ЗА ЧТО?

На больничной койке находится также и все еще не оправившаяся от пережитого шока младшая медсестра Лидия Ивановна Собченко.

— Я зашла в реанимацию, чтобы узнать, нужна ли там моя помощь, — рассказывает женщина. — В этот момент меня и ударило распахнувшейся дверью так, что я отлетела в сторону. Еще подумала, что так можно и убить. В реанимацию забежала женщина, начала скандалить. А я пошла в другую палату мыть полы. Но через несколько минут мне стало плохо. Я начала задыхаться. Подошла к доктору, он выписал направление на анализы. Сразу же меня осмотрели врачи. Оказалось, что у меня ушиб почек и правого легкого. Сколько пробуду теперь в больнице, не знаю. И неизвестно еще, с какими последствиями этой травмы придется столкнуться в дальнейшем. Дышать мне по-прежнему тяжело — легкие есть легкие, их заменить нельзя. Кто мое лечение оплачивать будет? В отделении 11 лет работаю, и такого еще никогда не было. Бывало, люди нецензурно выражались, но чтобы двери вышибать, за грудки хватать… И главное, за что? Хорошо, что еще я под удар попала, а если бы помельче девочка на моем месте оказалась, то без переломов, наверное, не обошлось бы. Разве так можно?

Опасаются возможных последствий инцидента не только медработники. Соседи умершего по палате, ставшие невольными свидетелями разборки, сославшись на болезнь, говорить о происшедшем отказались. О том, что произошло накануне, нам рассказала Надежда Никитовна Негруца, ухаживающая за лежащим этажом выше тяжелобольным мужем:

— Мой муж перенес три инфаркта, он тяжело болен, поэтому я всегда нахожусь рядом с ним, практически не сплю, — говорит женщина. — В больнице мы находимся уже 15 суток, и медперсонал мне не в чем упрекнуть. Днем мужа наблюдает лечащий врач, а ночью — дежурный врач с нижнего этажа. В тот вечер я слышала крики, но подумала, что это хулиганы на улице развлекаются. А потом к нам на этаж поднялся дежурный врач Владимир Андреевич… На нем лица не было, но он все равно обошел тяжелобольных пациентов. Я еще спросила у медсестер: "Девочки, что это с ним?", на что они ответили, что в отделении этажом ниже кто-то умер. Лично у меня претензий к врачам нет. Они внимательные, делают все от них зависящее. Но сердце есть сердце, и я понимаю, что не всегда можно помочь хронически больным людям. А дежурный врач Владимир Андреевич — хороший человек, чуткий. Он не только медикаментами, но и словом лечит. Придет в палату, начнет говорить на отвлеченную тему, и тяжелый приступ проходит. У него времени на всех хватает, мы его за человечность уважаем. Дай Бог ему здоровья!

Елена ИВАНОВА.

P.S. Мы пытались связаться с депутатом городского совета А. Киселевым. Нам ответили, что Алексей Алексеевич занимается подготовкой к похоронам. По оставленному номеру в редакцию так никто и не позвонил.

Другие статьи этого номера