Место последнего боя?

Место последнего боя?

В минувшую пятницу почти к концу рабочего дня на территории коммунального учреждения «Детский санаторно-оздоровительный центр «Ласпи» при демонтаже старого, одного из первых стационарных корпусов детского лагеря, строители обнаружили место массового захоронения бойцов Красной Армии, погибших здесь в годы Великой Отечественной войны…Уже утром в субботу начальник КУ «ДСОЦ «Ласпи» Андрей Мирошниченко в эксклюзивном интервью для «Славы Севастополя» рассказал:

— Этот, четвертый, летний корпус построен почти полвека назад и давно был первоочередным в планах реконструкции нашего центра. Работы по его демонтажу велись под руководством моего заместителя по административно-хозяйственной части Николая Буртового. Строители с помощью бульдозера полностью очистили площадку от древних стен, фундамента и уже при разравнивании земли наткнулись на останки красноармейцев. Мы вызвали правоохранителей и представителей УМЧС, с которыми уже ночью с пятницы на субботу и проводились первичные раскопки.

Пока обнаружено восемь погибших солдат. По предварительным данным, после осмотра останков и места захоронения можно предположить, что воинов врасплох захватили в плен, а затем расстреляли. О первом можно судить по сохранившимся остаткам обмундирования убитых — шинелям, гимнастеркам, сапогам и ботинкам, истлевшим поясам, на которых были пристегнуты две проржавевшие противопехотные гранаты, а в подсумках — неизрасходованный запас не менее источенных временем патронов к винтовке Мосина и кавалерийскому карабину. О зверской же расправе можно предположить по пулевым отверстиям в голове всех убитых. Причем лежали они внавалку, друг на друге, словно их бросали в яму.

Было раскопано всего два-три квадратных метра в углу площадки, но уже можно представить, что эти страшные находки могут быть не единственными. Захоронение может уходить и за пределы стройплощадки — в глубокий яр. Думается, все поисковые работы еще впереди: и на месте только что обнаруженного очередного захоронения павших воинов, и по установлению истинной картины их последних мгновений, и по выяснению их личностей.

Но уже сейчас ясно, что в нашем «Ласпи» обнаружено место возможного последнего боя бойцов Великой Отечественной. И оно будет священно, а имена, если их установят, могут появиться еще на одном памятнике на территории детского центра. Как есть уже памятник-корабль на берегу в честь погибших моряков. А в героической летописи Севастополя может открыться еще одна страница, по которой ласпинские учителя будут вести уроки памяти.

Отметим, что страшная находка не изменила привычный распорядок дня ласпинцев: смена идет, как и положено, дети занимаются, оздоравливаются, а во вторник разъедутся по домам. Следующие полторы сотни севастопольских мальчишек и девчонок должны приехать по плану 4 декабря на очередную, 21-дневную смену. Уверен: если в лагере будут работать и поисковики, общение детей и воспитателей с ними будет только благотворным. Ведь это и есть наиболее живая форма настоящего патриотического воспитания нового поколения — на месте отгремевшего боя…

Бронетехника противника прошла по грунтовке от Кучук-Мускомья (Резервное), дошла до лесничества (курсанты в своих воспоминаниях говорят о танках), а затем свернула вправо, по грунтовке, к Ялтинскому шоссе…

14.11.41 г. ситуация оставалась без перемен. Лишь во 2-й половине дня батальон МПО НКВД вместе со 154-м кавполком (командир полковник Макаренко) из состава бывшей 42-й кавдивизии попытался контратаковать противника, засевшего в горах. Тот факт, что атака велась на горные укрепленные позиции, в конном строю, упорно отрицается нашими командирами, но подтверждается воспоминаниями бойцов и … документами.

В документах по потерям 154-го кавполка 13-14 ноября 1941 г. большие потери именно среди коноводов, ветврачей и фельдшеров. Есть воспоминания ветерана 42-й КД Стрепкова, в которых описывается подвиг этих людей, которые пытались спасти раненых и лошадей. Подтверждают этот факт и воспоминания Колбасина.

Из воспоминаний И.К. Калюжного (сводный полк НКВД): «Пошли по целине и вышли на дорогу Севастополь — Балаклава. Страшное зрелище, ужасное зрелище увидели мы: по обе стороны дороги лежали разбитые и обгоревшие машины, убитые и уже замерзшие лошади, вывернутые с корнем тополя и множество трупов. (Не знаю, кому могла прийти в голову мысль послать кавалерийский полк для защиты Балаклавы, где рыбацкий поселок был зажат горами, напичканными немцами. Стоит ли говорить, что кони стали крупными мишенями для фашистских снайперов…»

Эти воспоминания относятся к ночи с 14 на 15 ноября 1941 г. Это было первое подразделение сводного полка НКВД, которое появилось в районе Балаклавы. Если уж говорить совсем точно, то подразделение, в составе которого служил И.К. Калюжный, на тот момент сводным полком НКВД еще не являлось. Первый батальон этого полка под командованием капитана Кекало еще только формировался в казармах рядом с древним Херсонесом. Формировался батальон в основном из тех бойцов 184-й стрелковой дивизии НКВД, кто смог выйти к Севастополю. Дивизия оказалась в сложном положении. Из воспоминаний К.М. Хомутецкого: «После того, как противник занял перевалы и вышел к Южному берегу Крыма, дивизия оказалась в окружении. Командир дивизии полковник Абрамов в этой ситуации проявил малодушие и струсил. Он приказал: «Срывайте петлицы и спасайтесь, кто как может!»

В основном к Севастополю вышли бойцы двух подразделений дивизии. Из Алушты в Севастополь прорвался, почти в полном составе, батальон связи дивизии под командованием И.И. Боброва. Из Куйбышевского района в Севастополь смогли выйти и бойцы 262-го стрелкового полка дивизии, которым командовал Г.А. Рубцов, бывший старший инспектор строевой подготовки пограничного округа.

Из этих частей и было начато формирование полка под командованием капитана К.С. Шейкина. Г.А. Рубцов появился в Севастополе только 19 ноября 1941 г. Группу, в которой находился командир полка, противник прижал к берегу в районе бухты Ласпи. Было принято решение уходить на старых рыбачьих лодках рыбколхоза «Ласпи». Его вместе с 20 бойцами полка подобрал «морской охотник» на траверзе мыса Айя»…

ИЗ ИСТОРИИ:

Лишь «копнув» в Интернете по поводу боев в Ласпи, на сайте www.litsovet.ru мы наткнулись на интересные данные. Вот что написано в главе 8 «Загадок севастопольской обороны» Александра Неменко — «Тайны Балаклавских фортов (часть 2)»:

«Из журнала боевых действий 2-й дивизии за 13.11.41 г.: «В 13 часов командиру батальона НКВД было приказано восстановить положение и занять высоты 508.1, 482.2, 471.7. Для выполнения поставленной задачи батальону была дана помощь — один взвод комендантский и 20 человек из автобатальона 2КД. Атаку возглавили комендант 1-го сектора полковник Новиков (приказ о присвоении ему генерал-майора еще не был получен, примечание мое, А.Н.), командир 383-го СП подполковник Ерофеев, начальник разведотдела к-н Малигон. Батальон ВНОС на выс. 440.8 вел бой с противником. В результате боя батальон находился на южн. скатах высот 440.8, 482.2, 471.7. К исходу дня батальон ВНОС оставил выс. 482.2, 471.7 и влился б-н НКВД».

Атака 13.11.41 г. была неудачной. Причин было две: первая, и самая главная. Атака велась недостаточными силами. Вторая причина заключалась в том, что в то время, когда П.Г. Новиков руководил контратакой батальонов ВНОС и НКВД, противник атаковал по Ялтинскому шоссе. Из журнала боевых действий 2-й кавдивизии: «В 13.00 до 20 танков по Ялтинскому шоссе вышли к выс. 253.7 Отдельные автоматчики пр-ка заняли выс. 440.8».

На сей раз участие бронетехники подтверждается и воспоминаниями. Двадцати танков, конечно, не было. Но были Stug III трех батарей 190-го дивизиона. Об этом свидетельствуют немецкие документы. По воспоминаниям, был еще один «средний танк»… Он упоминается в журнале боевых действий 2-й кавдивизии…

Фото автора.

Другие статьи этого номера