21 декабря 1941 года защитникам Севастополя было не до конца света

21 декабря 1941 года защитникам Севастополя было не до конца света

В тот воскресный 53-й день второй героической обороны Севастополя и четвертый день второго штурма, т. е. 21. 12. 1941 года, как свидетельствуют захваченные документы и показания пленных, вражеским войскам была поставлена боевая задача — любой ценой взять Севастополь. У немцев отобрали даже шинели, оставив в одних мундирах, и сняли со всех видов довольствия, обещая всё вернуть в захваченном Севастополе.Описание событий и боевых эпизодов того дня займёт много времени, в то же время стандартно-обобщающее «Отстояли в тот день Севастополь благодаря стойкости и героизму защитников» (одной фразой, без конкретики) звучит по отношению к участникам обороны бездушно и даже оскорбительно. Поэтому упомяну лишь некоторые, но конкретные факты боевой сводки того дня.

21 декабря достиг кульминации подвиг сражавшихся за Бельбекской долиной спешенных конников, которых в оперативных документах всё ещё называли 40-й кавалерийской дивизией, пишет в воспоминаниях в то время начальник штаба Приморской армии и очевидец тех событий дважды Герой Советского Союза Маршал Советского Союза Н.И. Крылов.

Конники стояли насмерть. Каждое их подразделение, условно именовавшееся полком, за этот день вновь отбило несколько атак немецких танков и пехоты. «Держимся и будем держаться», — передал около 16 часов командир 149-го кавполка. Это было его последнее донесение: через несколько минут подполковник Л.Г. Калужский пал смертью героя, руководя отражением новой танковой атаки.

Когда танки прорвались к КП, командир кавалерийской дивизии полковник Ф.Ф. Кудюров, заменив погибшего наводчика, сам встал к противотанковой пушке. Погиб при прямом попадании вражеского снаряда в орудие.

Храбрые конники дорого отдавали свою жизнь. По самым скромным и, вероятно, неполным подсчётам, как утверждает Н.И. Крылов, они уничтожили в декабрьских боях до полутора тысяч гитлеровцев, надолго задержав на своём участке продвижение врага.

Во вторую героическую оборону в составе Приморской армии четыре кавалерийские дивизии — 2-я, 40-я, 42-я и 48-я — стояли насмерть и в полном составе погибли, сражаясь за Севастополь. Но, говоря флотским языком, сегодня «не скажет ни камень, ни крест, где легли конники во славу города-героя Севастополя».

В районе четвёртого сектора 778-й (командир майор И.Ф. Волков) и 782-й (командир майор И.А. Белкин) стрелковые полки 388-й дивизии с утра вели упорные бои за высоту 192,0… Четыре раза в течение дня высота переходила из рук в руки. Обе стороны понесли большие потери. В наших полках они составили до 40% личного состава (более 3 тысяч человек).

В направлении д. Аранчи (Суворово) 8-я бригада морской пехоты и 90-й стрелковый полк 95-й дивизии отразили три атаки врага при поддержке одиннадцати танков. И всё же к исходу дня противник овладел д. Аранчи. Командир 8-й бригады полковник В.Л. Вильшанский бросил в бой свой последний резерв — сводную роту боевого обеспечения, которую возглавил начальник оперативного отдела майор В.И. Носков. Противник был выбит из д. Аранчи.

К этому моменту 8-я бригада морской пехоты за 4 дня отражения второго наступления гитлеровцев на Севастополь потеряла 1700 человек. А на 1.01.1942 г. в её составе из 4 тысяч человек, плюс несколько рот пополнения, в строю осталось 135 морских пехотинцев. В дальнейшем под её боевым номером сражался уже другой состав 8-й бригады морских пехотинцев под командованием полковника П.Ф. Горпищенко.

Первому составу 8-й бр. м. п. преподавателями и студентами Приборостроительного института (СевНТУ) в 1977 году на высоте Азис-Оба, где находился КП 8-й бригады первого состава, но, к сожалению, вдали от людских глаз, был воздвигнут достойный памятник. Его венчали и достойные посвятительные слова: «Воинам 8-й бригады морской пехоты ЧФ 1941-1942 гг. Здесь они стояли насмерть и этим обрели бессмертие». Но в начале так называемой независимости, точнее самоедства и вседозволенности, разграбленный памятник превратился в некий символ нашего беспамятства, в облике которого он пребывает и по сегодняшний день.

В этот же день группа вражеских автоматчиков численностью более батальона вклинилась на стыке 3-го морского и 54-го стрелкового полков и закрепилась на высотах в районе Братского кладбища участников первой обороны. И хотя фронт удалось сомкнуть, окопавшаяся на высотах в нашем тылу вражеская группировка (откуда Севастополь — как на ладони) готова была активно способствовать прорыву на Северную сторону всей 24-й немецкой дивизии.

Для ликвидации в тылу смертельно опасного врага «позарез требовался резервный батальон — 500-600 смелых бойцов с грамотным и решительным командиром». Перебрав по памяти возможные кандидатуры, штаб Приморской армии остановил свой выбор на многократно проверенном в боевой обстановке ещё при обороне Одессы майоре-пограничнике К.С. Шейкине.

В данной ситуации о привлечении для ликвидации авангарда 24-й немецкой армии в нашем тылу боевого подразделения с линии фронта не могло быть и речи. Поэтому батальон моряков был собран из разных подразделений и поделён на три роты. И хотя моряки знакомятся быстро, но никто из них до этого не воевал на суше, что больше всего удручало многоопытного командира. Ведь бой предстояло вести с опытным противником, да ещё в горно-лесистой местности, где много значат навыки и умение воина действовать как в составе подразделения, так и самостоятельно.

Бой был тяжёлым, противник имел на вооружении миномёты, к тому же его активно поддерживала корректируемая по радиосвязи артиллерия. Рота, которую вёл начштаба батальона старший лейтенант Алексеев, артиллерист с береговой батареи, полегла почти полностью, погиб и Алексеев. Да и батальон в целом понёс большие потери. Не раз сам майор Шейкин возглавлял атаки, ложился к пулемёту, особо отличились, лично уничтожив десятки гитлеровцев, главный старшина Б.К. Мельник, краснофлотец И.И. Лукинов, командир батальона 54-го стрелкового полка капитан Гальченко и краснофлотец этого батальона Б.Ю. Ковалёв и др.

Как заявил комендант сектора генерал Т.К. Коломиец, результаты боевой операции батальона превзошли все его ожидания. Ударный отряд гитлеровцев, прокладывающий путь своей дивизии, был разгромлен. Там, где прошёл наш сборный батальон, остались несколько сот убитых солдат и офицеров, всё их оружие. Войдя в азарт, моряки вырвались даже за линию фронта, существующую до начала штурма, побывали в немецких окопах.

Героический бой батальона, не успевшего получить даже боевого номера, вошел пусть короткой, но яркой страницей в летопись Севастопольской обороны. Остатки его личного состава на следующий день распределили по боевым частям.

Подобные эпизоды даже одного дня 250-дневной героической обороны разве опишешь…

Оплакивать героически павших защитников лишь в один день, 21 декабря 1941 года, слёз не хватит, Чёрное море выйдет из берегов, хотя для них лично этот день стал реальным концом света. Но насколько те великие духом отличаются от нынешних, прячущихся в норах от конца света пигмеев духа…

Да и мы хороши, не можем защитить Севастополь от нынешних захватчиков.

Фото автора.

Другие статьи этого номера