Звезды смотрят вниз

Звезды смотрят вниз

«Астероиды, в отличие от комет, астрономы своими именами не называют. Это признак дурного тона», — говорит крымский ученый Геннадий Борисов, в течение трех месяцев обнаруживший три(!) небесных тела.»Факты» уже сообщали, что научный сотрудник Государственного астрономического института имени Штернберга Геннадий Борисов открыл новую комету (впервые за годы независимости Украины), получившую имя ученого. А в ночь с 12 на 13 октября т.г. он обнаружил ранее неизвестный астероид, который был занесен в перечень потенциально опасных. «Просчитали вероятность, что астероид, получивший рабочее название 2013 TV135, может столкнуться с Землей либо 26 августа 2032 года, либо в августе 2047-го. Однако не надо бить тревогу раньше времени. Шансы столкновения — примерно один к 63 тысячам», — успокоил тогда открыватель. Тем не менее вскоре в СМИ появилась информация о том, что вероятность столкновения 400-метрового астероида с Землей в 2032 году вновь увеличилась: по итогам наблюдений НАСА за две недели она составила один шанс из 9,09 тысячи.

Но и на этом новости от крымского исследователя не исчерпались: на днях стало известно, что Геннадий Борисов открыл еще одну комету.

«КАЖДЫЕ ЧЕТЫРЕ ГОДА АСТЕРОИД БУДЕТ ПРИБЛИЖАТЬСЯ К ОРБИТЕ ЗЕМЛИ»

— Многие ваши коллеги-астрономы за всю свою профессиональную карьеру не открыли ни одного небесного тела, а вы за три месяца обнаружили сразу три. Это везение, закономерность или случайность? — интересуюсь у Геннадия Борисова, с которым мы беседуем в Крымской астрофизической лаборатории в поселке Научном.

— Дело в том, что астрономы-профессионалы в основном занимаются исследованием известных объектов, а не ведут поиск новых, и крупные телескопы не рассчитаны на такие открытия. Неизвестные небесные тела я обнаружил, создав телескоп небольшого диаметра. Это сложная оптическая схема, которая практически не имеет аналогов в мире. Телескоп обладает широким полем зрения, высокой светосилой. Я могу просматривать огромные участки на небе, несмотря на небольшой диаметр прибора.

— Так, может, уже не нужны громадные телескопы, как, например, вот этот, рядом с которым мы сейчас находимся?

— Нет, телескопы выполняют разные задачи и нельзя сравнивать, какой лучше. Это как у фотографа: есть широкоугольный объектив, которым он снимет вид здания или интерьер, и есть телеобъектив, чтобы запечатлеть удаленный объект, птичку или животное. Так и мы одними телескопами ищем новые объекты, исследуем их структуру, а другими детально изучаем уже известные объекты и получаем, конечно, более важную информацию, чем с небольшого телескопа.

— Когда первый раз увидели «свои» кометы и астероид, какие ощущения испытывали?

— Это не секундный момент. Наблюдения несколько часов обрабатываются. Потом проверяешь, есть ли объект в международной базе данных. А если убедился, что летит действительно новая комета, уточняешь, не дефект ли это изображения. Затем стараешься быстро отправить результаты наблюдений в Центр малых планет и ждешь ответа. Вот тогда, конечно, появляется мандраж. Волнуешься, что еще кто-то параллельно мог обнаружить комету, тогда приоритет будет утрачен.

В Центре малых планет орбита моего астероида уже просчитана. Период его обращения — чуть меньше четырех лет, и каждые четыре года он будет приближаться к орбите Земли. Сейчас ведутся дополнительные наблюдения за ним, чтобы уточнить, насколько объект опасен.

«ЛЮДЕЙ, ОТКРЫВШИХ КОМЕТЫ, МЕНЬШЕ СОТНИ ЗА ВСЮ ИСТОРИЮ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА»

— Зарубежные коллеги отреагировали на ваши открытия?

— Меня поздравили несколько известных астрономов, которые в свое время открывали кометы: Терри Лавджой из Австралии, Михаил Егер из Австрии. Коллеги из Москвы звонили.

— Кометы названы вашей фамилией по чьей инициативе?

— Таково международное правило. Кометы получают имя своего открывателя, независимо от его мнения и желания. А вот с астероидами иначе. Как правило, своими именами не называют астероиды, это считается признаком дурного тона. Нельзя давать таким телам имена военных или политических деятелей.

— Интересно, многим ли посчастливилось открыть небесный объект?

— Людей, открывших кометы, меньше сотни за всю историю человечества. Среди них — австралиец Уильям Брэдфилд, обнаруживший около двух десятков комет. На счету Роберта Макнота из Австралии — более 30 «новеньких» комет, все они получили его имя. А вообще открыть комету — большая удача. И сколько она будет летать, столько и будет носить имя своего открывателя.

— За каким небесным объектом вы больше всего любите наблюдать?

— Конечно, за кометами. Они все время меняются. Сегодня у нее такой «хвост», завтра — другой, меняется и цвет кометы. Это очень красивые объекты. В 1996 году ярчайшая комета Хякутакэ через все небо проходила. Ее можно было наблюдать без помощи телескопа. Невооруженным глазом смотришь — она над Симферополем начинается, а там (показывает) заканчивается.

— Наверное, вы с детства хотели стать астрономом?

— Да. Занимался любительским телескопостроением еще в школе, с седьмого-восьмого класса. А потом поступил на астрономическое отделение физфака МГУ имени Ломоносова.

— Близкие уже смирились с тем, что вы по ночам не спите, а наблюдаете за небом?

— Они тоже не спят (улыбается).

— Многие считают, что астрономы — особые люди, и «земные» проблемы их не очень-то интересуют. И все же о чем вы мечтаете?

— Обнаружить побольше новых небесных объектов, особенно комет. Когда меня спрашивают: «А зачем тебе это? Ты ведь уже открыл две кометы!» — я отвечаю: «Бразильцы уже пять раз становились чемпионами мира по футболу, так что, их команду теперь нужно распустить и больше не тренировать? Нет, они тренируются и дальше. И готовятся к новому чемпионату мира». Так что надо продолжать наблюдать за небом, открывать новые объекты. Это же так интересно!

Газета «Факты» за 20.11.13 г.

P. S.:  На днях ученые снова снизили вероятность столкновения 400-метрового астероида 2013 TV135, открытого Геннадием Борисовым, с Землей в 2032 году до одного шанса из 345 тысяч. Однако как поведет себя небесное тело — пока неизвестно.

Другие статьи этого номера