Аура ночной фиалки

Рубрику ведет Леонид СОМОВ.Давно это было, в начале 60-х годов, в Севастополе. Старожилы хорошо помнят располагавшийся на нынешней пл. Лазарева обувной магазин, который в народе нарекли «Абрамовским». Как-то я пошел туда к открытию, мой хороший знакомый, водитель директора, по секрету сообщил, что, мол, завтра — большой «выброс» чешской мужской обуви.

Ну я не один был такой сведущий. К открытию магазина нас было — таких умных! — около десяти человек. И вдруг я обратил внимание на высокого мужчину в явно заячьем треухе. Ба! Да ведь это — Митяй, главный комик нашего курса на истфилфаке в Уральском госуниверситете. Я специально зашел чуть сбоку, вгляделся — нет, я не ошибся, это был он.

Конечно, обнялись, вразнобой, как водится в таких случаях, обменялись «встречными» репликами. Спустя час решил обмыть и обновки, и появление моего приятеля в Севастополе (он недавно женился и приехал сюда к своей подруге).

Уже к концу нашего междусобойчика вспомнили легендарную 45-ю группу, некоторые хохмовые случаи. Я, к слову, и говорю Митьке:

— А помнишь нашу чокнутую, ясновидящую Галку Курамшину? Кажется, только мне она ничего не напророчила, я никогда в эту ерунду не верил.

— А зря, — убрав с лица улыбку, сказал Дима.

И он мне поведал прямо-таки фантастическую историю. Как-то Галя пришла к ним в общагу в гости, а конкретнее, по делу: взять у Димы на ночь черновик записанных им лекций по истории уральского казачества (ей надо было срочно сдать зачет).

Посидели, спели дружно несколько песен Окуджавы и Визбора, и разговор как-то спонтанно перекинулся на предсказания. А поводом для этого послужила визборовская песенная строчка: «Нас ожидает с тобой марево дальних дорог…»

Митя (он это даже изобразил в лицах. — Авт.) хлопнул ладонью по спинке гитары и, озорно подмигнув всем жильцам комнаты N 30, сказал:

— А что, Галчонок, тебе слабо мне предсказать, что меня ожидает в будущем?

Тут надо прерваться и пояснить читателю, что Галя Курамшина слыла у нас великой провидицей. По малым меркам — умела четко заранее объявить, кого из студентов вызовет на семинаре к кафедре тот или иной преподаватель. Или предупреждала подругу: «Не иди на танцы к юристам. Будет неприятность».

И точно. Кавалер ее подруги явился на танцульки пьяным, ему набили физиономию, а заодно и оскорбили его девушку (мол, и ты, дорогая, катись «отсюдова»).

Но выдавались у Гали и серьезные предсказания. Примеры приводить не буду, но после двух-трех предостережений, которые сбылись, ее у нас на курсе сильно зауважали.

…Так вот, пристал наш Митяй на том вечере к Галочке: погадай да погадай. Она взяла его левую руку, буквально секунд сорок ее разглядывала, а потом выдала загадочную фразу, закрыв ладонью глаза:

— Знаешь что, дружок, кое-что скоро, буквально через полгода, у тебя снова начнется, но три синих оленя положат этому конец. Но ты найдешь то, что предназначено, в ауре цветка ночной фиалки.

Все попытки тут же расшифровать эти вообще-то алогичные фразы ни к чему не привели.

— Живи, наблюдай, делай выводы, — сказала тогда Галина Курамшина.

Но вот во что всё это вылилось. Митя давно встречался с девушкой, считалось на курсе, что они — будущая молодая студенческая семья. Но так получилось, что совершенно случайно Дмитрий застал свою якобы суженую в объятиях студента с химфака. И на нем был надет свитер с изображением на груди трех синих оленей.

Разразился скандал. Дима перестал встречаться с Аленой, замкнулся в себе. А я через год перевелся в другой город, и вот только сейчас мне стали известны подробности дальнейшей судьбы Мити. Он уехал по распределению на Алтай, и там лет пять пребывал в гражданском браке с одной женщиной, с которой познакомился в поезде. Но их связь была непрочной, не легла ему на сердце эта его подруга. Однажды он с ней повздорил и решил скоротать вечер в баре, который назывался «Ночная фиалка». Там-то он и познакомился со своей будущей (уже навсегда) половинкой…

Когда я встретился с его женой — Викой — у него дома, на ул. Паршина, я по достоинству оценил выбор своего студенческого друга. Вика была и красива, и умна, что вообще-то не типичное явление, хотя мою точку зрения кое-кто и справедливо оспорит, соглашаюсь…

Так что ночная фиалка, как и предсказывала Галя, оказалась тем самым местом, где Митя обрел свое главное счастье в жизни.

А что Галя? О ней многие годы ничего не было слышно. И лишь в 2010 году, встретив Митю в поликлинике, я узнал, что она ушла в 1999 году в монастырь. Уж поистине эта женщина была не от мира сего.

Л. КОРЮШКИН, пенсионер.

Другие статьи этого номера