Судовой пёс Тузик

Судовой пёс Тузик

В 1969 году у нас на судне вспомогательного флота «МАБ-57150» жил пёс по
имени Тузик, обладающий невероятным для собак разумом. Частенько,
когда мы уходили в море, он оставался на берегу. А когда через несколько
суток возвращались из рейса, Тузик как будто знал точное время
возвращения, обязательно сидел на причале возле Севастопольского
железнодорожного вокзала и с радостью взбегал на судно, ласкаясь и
обнюхивая каждого члена экипажа. Однажды мы ушли в Одессу. Когда же
через 10 дней вернулись к родному причалу, то увидели истощенного
Тузика, который радостно лаял, увидев «своё» судно. Что интересно:
вахтенные с соседних кораблей сказали, что все 10 дней его не видели.В то прекрасное советское время у нас был отличный экипаж, и мы создали свой оркестр. На гитаре играл интереснейший человек, поэт, музыкант Борис Шлюков, у которого уже тогда было семь полностью заполненных трудовых книжек, а его стихи печатались в газете «Слава Севастополя». На ударных играл радист Александр Коптев, который впоследствии тонул на знаменитом транспорте «Иргиз» (на острове Мармара в Турции). Солистами были А. Шахвердиев, В. Богатырёв и Ю. Белинский.

Вечером на корме судна мы устраивали концерты, привлекая девушек с туристических поездов, стоящих на вокзале. Обычно Тузик становился в артистическую позу и мастерски подпевал нашим музыкантам.

Однажды мы встали на ремонт на слипе судоремонтного завода в Камышовой бухте. Иногда Тузик сам уезжал в центр Севастополя — по своим собачьим делам. В один из весенних дней я, стоя на троллейбусной остановке, увидел нашего Тузика, который сидел и внимательно смотрел на номера проходящих троллейбусов. И каково же было моё удивление, что только тогда, когда подошёл троллейбус номер 10, он вскочил в заднюю дверь и, забежав в салон, спрятался под сиденьем. Приехав в Камышовую бухту, Тузик, шмыгнув из салона, трусцой побежал на судно.

В дальнейшем на многих судах, на которых я ходил по морям и океанам нашей планеты, были различные собаки, медведи и кошки, которые отличались умом и сообразительностью. Что интересно: обычно собаки признают капитана судна как вожака стаи. Особенно мне запомнился черный пес Шарик, который был у нас на НИС «Гидронавт». В Индийском океане он сам прыгал за борт, плыл под водой, гоняясь за рыбками, а потом, как цирковая собака, забирался на высокий борт по крутому трапу.

Думаю, многие севастопольские моряки могут рассказать невероятные истории об интеллекте животных, которые были у них на судах. Например, на одном из наших кораблей жил умный медведь, который однажды сбежал и вышел на площадь Пушкина (Суворова), не на шутку испугав жителей Севастополя. Так что согласитесь, не всё так просто в мире животных.

А. ТАВРИЧЕСКИЙ, штурман.

Другие статьи этого номера