Эти глаза…

Эти глаза…

Рубрику ведет Леонид Сомов.

 

Произошло это 14 октября 2010 года на Покров Пресвятой Богородицы. В этот праздничный день я была в Покровском соборе, молилась об упокоении души своего сына, которого схоронила три недели назад, в сентябре. Вернувшись из церкви, я занялась домашними делами, а уже ближе к вечеру меня просто неудержимо потянуло на могилу к сыну, и я поехала на кладбище.
Еще приближаясь к погосту, я заметила, что в направлении от новых захоронений к старым промелькнула девушка в черном. «Слава Богу,—подумала я,—есть еще одна живая душа на кладбище, кроме меня». Но каково же было мое удивление, когда, подойдя к могиле сына, я увидела эту девушку рядом, но не у самой могилы, а чуть поодаль, у соседнего захоронения. Опершись на ограду, она стояла и пристально смотрела на меня. Я хотела поздороваться, но слов не было, а девушка, словно прочитав мои мысли, кивнула мне приветственно. Я кивнула в ответ.
Далее события развивались так. Поцеловав крест и мысленно поздоровавшись с сыном, я стала зажигать свечу, но ветер упорно не давал мне этого сделать, а незнакомка во все глаза следила за моими действиями. Надо отметить, что именно ее глаза меня просто поразили: девушка была обыкновенная, невысокая, худенькая, одета в черное, а вот глаза у нее были огромные, во все лицо, с каким-то преобладающим количеством белка в глазницах. Эти глаза словно притягивали к себе. Девушка смотрела на меня в упор, пауза затягивалась. Мне вдруг захотелось поделиться с ней своим горем, рассказать, что здесь похоронен мой сын Денис, умерший так рано, в возрасте Христа. Но только я подумала об этом, как тут же в моей голове словно прозвучало: «Говорить ничего не надо—она это знает!»
Ветер в очередной раз задул мою свечу, и мне опять захотелось заговорить с незнакомкой, посетовать на ветер, но я снова промолчала. Наконец мне удалось зажечь свечу, поставить ее в светильник и перекреститься. Вздохнув с облегчением, опять захотелось произнести: «Ну слава Богу, зажглась!» Но я снова ничего не промолвила. А девушка вдруг резко развернулась и, очень быстро лавируя между могилами, побежала в глубь кладбища, где вскоре скрылась в густых зарослях деревьев и кустарников. Наблюдая за ее быстрыми и ловкими движениями, при которых не шелохнулась и не хрустнула ни одна веточка, я опять захотела крикнуть ей вслед: «Девушка, вы куда? Там дальше сплошные заросли, вы там не пройдете!» Но почему-то я только приоткрыла рот, да так и застыла как вкопанная, глядя туда, куда убежала девушка.
Постояв так некоторое время в каком-то оцепенении, я наконец решилась (любопытство взяло верх!) и пошла к той оградке, у которой стояла девушка. Захоронение в ограде оказалось давнишним, но сама ограда была просторной, как бы с запасом.
Вернувшись домой, я не могла забыть девушку, вернее, в память врезались ее необычные глаза. Рассказала об этой встрече своей подруге Галине, а та напугала меня до смерти. «Это,—говорит,—была не реальная девушка, ты, похоже, встретила кого-то из иного мира!»
Почти две недели длился мой испуг, но потом, преодолев страх, я решилась снова пойти к сыну. Придя на место, я обнаружила свежую могилу в той ограде, где некогда стояла девушка. Подойдя к ней, обратила внимание на дату смерти: 17 октября 2010 г., то есть через 3 дня после той странной встречи.
Но самое загадочное ожидало меня, когда я глянула на портрет усопшего человека… это была та самая незнакомка с нездешними глазами, которая буквально гипнотизировала меня три дня назад…
Вот такая история приключилась со мной. Она заставила меня задуматься о многом.

 

Т. Панцирова, жительница ул. Дунайской.

Леонид Сомов

Заместитель редактора ежедневной информационно-политической газеты "Слава Севастополя"

Другие статьи этого номера