«А иначе я жить не могу…»

«А иначе я жить не могу...»

Адмирал

Впервые встретиться с Сергеем Рыбаком мне довелось в 1990 году. Мы были избраны в состав нового городского совета. Рыбак возглавил комиссию по экологии, а меня пригласил в эту комиссию в качестве секретаря. Сергей Сергеевич не был похож на скучающего военного пенсионера. Первое же заседание нашей комиссии оказалось напряженным и определило фронт работы на весь срок депутатской деятельности. Шли годы. Адмирал постоянно был в гуще социальной и политической жизни Севастополя…
В январе 2018 года мне вновь удалось встретиться со своим прежним коллегой по Севастопольскому городскому совету Сергеем Рыбаком. Сергей Сергеевич не очень многословен, но на вопрос о раннем детстве улыбнулся и сказал: «Я себя помню с эпизода, когда при колхозе был детский сад. Это было в тридцать третьем году. Мне шёл четвертый год, и когда меня отвели в детский сад, я решил, что мне там не нравится. Кстати, тогда в садик детей приводили со своими подушкой и одеялом. Вот все легли спать, а я завязал подушку в одеяло, в таком виде с трудом поволок их по дороге и… вернулся домой».
Школьные годы Сергей Сергеевич помнит чуть ли не по дням: «Двоюродный брат моего отца, дядька Яков, обучал меня разным приемам самозащиты. И уже в тринадцать лет я взрослым мужикам показывал разные приемы, кидал их через бедро на землю. В школе со мной даже старшеклассники не хотели связываться.
Когда я учился во втором классе, учительница Поля Марковна посадила со мной за парту своего племянника Борю Юкельсона. Сделала она это с расчетом! Боря приходил в школу с перекусом. У него были бутерброд и яблочко. И приносил он перекус в двойном размере, для себя и для меня тоже. А когда случалось, что мальчишки выясняли отношения друг с другом, то Борю, моего соседа по парте, никто, естественно, не трогал».

 

Как началась война

До войны Сергей окончил пять классов. В деревне не было ни радио, ни света. О начале Великой Отечественной сельчане узнали часов в десять утра. Колонна военных передвигалась по деревне, они остановились попить воды и сообщили о войне. Отец начал готовиться к мобилизации, раздавал указания по хозяйству. Но вместо отправки на фронт ему приказали готовить МТС к эвакуации. Комбайны, тракторы и другая сельскохозяйственная техника шли медленно, и они тогда попали в окружение. Но с войны отец вернулся только в феврале 1946 года с двумя медалями «За отвагу» и орденом Красной Звезды.
Сергей Сергеевич и этот период жизни запомнил навсегда: «Мы переехали Днепр. Дальше у нас эвакуация не получилась. Нашли у добрых людей тачку и с малым братом пешком за месяц от деревни к деревне добрались до родного Первомайска… И только в августе 1942 года вернулись в родное село, в свой дом.
Жизнь в деревне была тяжелой. Немцы оставили колхозы, контролировали деятельность хозяйства. Только председателей поставили своих. Всех гоняли на полевые работы».

 

Освобождение

В начале марта 1944 года пришли советские войска. С апреля 1944-го Сергей уже был в спецбатальоне: «Наш взвод был при НКВД. Не стоит рассказывать, чем приходилось заниматься. До 1946 года взвод не особо разбирался с «гостями»: попался с оружием, без документов—прямо на месте и решали все проблемы».
Победу встречали в 1945 году без радио, телефона. И по сей день перед глазами Рыбака стоит митинг в деревне: «Сколотили помост. На трибуне стоят секретарь обкома партии, председатель исполкома, председатель колхоза и секретарь парторганизации. Один с черной повязкой, закрывающей пустую глазницу. У второго—правая рука на перевязи. Третий—без левой руки. Четвертый стоит на протезе правой ноги».

 

Послевоенная учеба

Сергей Рыбак экстерном сдал экзамены за 6-й класс и в 1946 году пошел в 7-й. Все годы он учился только на отлично. Затем поступил в педучилище, где в ноябре его избрали секретарем комсомольской организации. В 18 лет Рыбак уже получил партийный билет! И до ухода в армию на срочную службу Сергей был и.о. секретаря горкома комсомола.
После призыва в армию юноша прошел курс молодого бойца. А тут объявили набор в Киевское военно-морское политическое училище. Рыбак вызвался: «Со мной побеседовали. Так я попал в училище, которое окончил с золотой медалью, а затем получил распределение на Черноморский флот».

 

На военной службе

Молодого лейтенанта направили в Очаков, в дивизион торпедных катеров, для укрепления комсомольской организации. На новом месте службы Сергея Рыбака на общем собрании единогласно избрали секретарем. А так как Сергей Сергеевич Рыбак в училище получил еще специальность штурмана, то вскоре он сдал экзамен на самостоятельное управление торпедным катером. А церемонию вступления в должность командира катера организовали на высшем уровне! Прибыл легендарный командир 12-го отряда торпедных катеров, Герой Советского Союза капитан 3 ранга Иван Петрович Шенгур. В газетах были фотографии с подписью «Герой войны передает торпедный катер молодому лейтенанту».

 

«А иначе я жить не могу...»

 

А катер Шенгура в Очакове и сейчас стоит на пьедестале как памятник. История с установкой торпедного катера «Г-5» на постамент заслуживает особого внимания. Автокрана не было. Но поблизости связисты разложили столбы для организации телефонной связи с Очаковом. Вот эти-то столбы моряки использовали как балки для талей. Связали их особым образом, блоки подвесили. Рыбак сам сел за руль грузовика. С 12 часов ночи до трех утра не только собрали свой «подъемный кран», но и катер Шенгура установили на постамент.
Дальше служба привела Рыбака на должность помощника по комсомолу командира Одесской базы. Стал Сергей Рыбак членом ЦК комсомола Украины, членом бюро обкома комсомола. И тут пришел приказ о ликвидации Одесской базы. Рыбак получает назначение в дивизион тральщиков. Дивизион оказался «сборной солянкой» из 86 вымпелов. На должности заместителя командира дивизиона Сергей Сергеевич освоил тральщики, сдал экзамен на самостоятельное управление кораблем, выходил в море на траление. 62 мины вытралил за четыре года службы в дивизионе!
Затем Сергей Рыбак получает назначение в 27-ю бригаду подводных лодок в Балаклаву на должность секретаря партийной комиссии. Тут же ему было присвоено и звание капитана 3 ранга. А в подводники Рыбака посвящал командир лодки капитан 3 ранга Алексей Иванович Лушников.
Почетный председатель Севастопольского совета ветеранов-подводников капитан 1 ранга в отставке Алексей Лушников вспоминал в феврале 2018 года: «Отличительной особенностью службы на подводных лодках-«малютках» проекта «А-615» в далеком 1964 году было отсутствие в штатном расписании должности замполита. Его обязанности выполнял сам командир лодки или комсомольские и партийные активисты. Политотдел соединения часто посылал на подводные лодки, выходящие в море для отработки курсовых задач и торпедных стрельб, своих политработников. На лодке «М-260» дважды в море выходил и капитан 3 ранга Сергей Рыбак. У военморов уже был устоявшийся ритуал посвящения в подводники новичков. На траверзе мыса Айя лодка погружалась на глубину 50 метров. Командир лодки по громкой связи вызывал виновника торжества в центральный пост. В плафон от светильника набирали граммов 100-150 забортной морской воды. Громкая связь продолжала работать. Командир зачитывал приказ: «Дорогой товарищ! Отныне ты принадлежишь к семье стойких, отважных, находчивых. Гордись этим!» Новичку предлагали выпить морскую воду. После этого ему вручалось удостоверение о посвящении в подводники».

 

В морях твои дороги

Вызывают в штаб флота: «Заболел замполит крейсера «Михаил Кутузов»!» Это было 29 июня 1964 года. В тот же день Рыбак прибыл на корабль. А через день ушел в море на боевую службу.
Служба в 21-й бригаде противолодочных кораблей складывалась успешно. Прошло совсем немного времени, и капитана 2 ранга Рыбака вызвали в штаб флота к командующему. А в кабинете командующего сидит главком: «Мы тут посоветовались… Окончил ты политическое училище с отличием, а на «гражданке» в училище музыку и песни изучал, секретарем горкома был. Короче, возглавишь Дом офицеров флота».
И работа закипела. Через год театр при Доме офицеров стал народным, ансамбль «Волна» загремел на всю страну. ДОФ среди учреждений культуры занял второе место в Вооруженных Силах СССР и первое—на флоте.
Затем приказом главкома Рыбак был переведен в 150-ю бригаду ракетных кораблей. Через год Сергей Сергеевич стал заместителем командира дивизии, получил звание капитана 1 ранга. Через два года его отправили в Средиземное море начальником политотдела.
Побывал Сергей Рыбак в разных переделках. Так, под Александрией у маяка стояли два наших эсминца. Давали целеуказания для ракетных установок. Тут поступает сигнал, что в воздухе 36 израильских самолетов держат курс на Александрию. Что делать? Старший на борту—Рыбак. Он принимает решение имитировать учебные артиллерийские стрельбы. Доложили командующему. По всем каналам связи оповестили о проведении учений и о закрытии квадрата для пролета самолетов. Подняли в воздух зонды, по бортам на обоих кораблях в ход пустили по четыре зенитных спаренных автомата. Небо от разрывов снарядов «расцвело». Израильские самолеты развернулись и ушли. Советские моряки отстрелялись, доложили в Москву. Сидит Рыбак и думает: «То ли в тюрьму посадят, то ли медаль дадут». Командование признало решение правильным и наградило Сергея Сергеевича орденом Красной Звезды.

 

На 30-й эскадре

Сергей Рыбак вспоминает: «На эскадре мы участвовали во всех боевых действиях: и в Ливии, и в Египте, и в Анголе, и в Эфиопии, и в Демократической Республике Йемен. Из Йемена, когда там началась война, мы забирали наших инструкторов, советников. Опять пришлось дать команду «Огонь!», когда появились танки сепаратистов. Недалеко от берега стояли два БПК и плавбаза «Виктор Котельников», и мы шлюпками и баркасом забирали людей. На расстоянии полутора километра от берега появились танки и начали стрелять. И мы дали залп. Поднялись фонтаны песка. Танки сразу остановились и выкинули белый флаг! Мы забрали людей и ушли в море».
Довелось Рыбаку и в Анголе послужить: «Получил там три осколка в левую ногу, когда подорвали на мине наш ГАЗик. Хорошо, что позади был «альфовец», он успел ликвидировать засаду, иначе бы нас добили там. На тот момент боец группы «Альфа» был сержантом. Я представил его к ордену Красной Звезды. Намного позже, в девяносто седьмом году, заходит ко мне в кабинет подполковник и говорит: «Товарищ адмирал, здравия желаю! Подполковник Плотка, командир группы «Альфа» города Севастополя, прибыл в ваше распоряжение». Я на него смотрю и сразу не узнал, ведь пятнадцать лет прошло».

 

«А иначе я жить не могу...»

 

Из Кубы в Никарагуа Рыбак летал на спортивном самолете с Умберто Ортегой, генералом, министром обороны Никарагуа: «Там был наш противодесантный батальон. А на берегу стояли установки типа «Град», которые накрывали площадь в два километра!»
Пять лет Рыбак служил начальником политотдела 5-й Средиземноморской эскадры и в 1981 году стал заместителем начальника политического управления флота. На этой должности прослужил семь лет. За время службы Сергей Сергеевич 17 лет находился в море, награжден шестью орденами и 24 медалями. Ушел на пенсию в пятьдесят семь лет, хоть имел право служить до шестидесяти. Объясняет он это так: «Я не мог повлиять на события, которые стали происходить на флоте. Помыкался полтора года. А потом меня пригласил на работу президент промышленно-финансовой компании «Амидас» Каракасиди. Компания имела свои магазины, рестораны, телефонную сеть, даже телевидение и газету. 42% банка «Таврика» принадлежали компании».
Оставалось время и на увлечения. Ружье в своих руках Сергей Рыбак помнит с 11 лет. В 1948 году он получил первый разряд по боксу, второй разряд по баскетболу и третий—по плаванию. На закрытых соревнованиях по самбо выполнил норматив мастера спорта. Сейчас три-четыре раза в год Сергей Сергеевич ходит на охоту со своим коллективом на перепелку.

 

Тыл морского офицера

На втором курсе педагогического училища Сергей встретил свою половинку. И с той поры они всегда были вместе. Алла Иосифовна преподавала математику и рисование в 43-й школе Севастополя. Её отец и деды были художниками и архитекторами, передали ей все свои таланты. Алла прекрасно рисовала. Семейное гнездо, дом на берегу моря, она сама строила, по своим эскизам все в нем лепила…
Сын Сергея Сергеевича пошел по стопам отца, стал морским офицером, окончил академию. Дочь получила высшее образование по специальности «биология». Внуки твердо стоят на ногах, имеют прекрасное образование, ведут свои дела. Растут четыре правнука.
«Если бы довелось что-то изменить в прожитой жизни, то что бы вы изменили?» Вопрос сложный, многих ставит в тупик. Сергей Сергеевич на него ответил с ходу: «Я бы ничего не менял. Я вырос в такое время, когда морально мы были готовы к одному: «Надо!» И мы были готовы это делать. Если не я, то кто другой? Вся моя судьба—тому пример. Куда Родина приказывала, туда я и шел. И сейчас живу по тому же принципу. А иначе я жить не могу».
Сейчас Сергей Сергеевич весь свой опыт и силы отдает ветеранам. Возглавляет совет руководителей общественных организаций, мечтает организовать хороший Дом ветеранов, лечебно-оздоровительный центр. Трудится вместе с такими же неравнодушными людьми, как и он сам. Уверен, что и эта мечта сбудется…

 

В. ИЛЛАРИОНОВ.
На снимках: С. Рыбак; крейсер «Михаил Кутузов».

 

Другие статьи этого номера