С глаз долой?

С глаз долой?

Рубрику ведет Леонид Сомов.

 

В прошлом году умерла моя старинная подруга Светлана Петровна. Два дня покойницу, как и положено, подержали в городской квартире дочери, где она последнее время жила, а на третий похоронили на загородном кладбище.
Когда вернулись с кладбища, дочь почившей стала спрашивать у родственников, что делать с ее постелью и вещами. Одна старая женщина посоветовала выкинуть все на помойку. Дочь не знала, что православные обычно раздают вещи людям в память о покойном или относят в церковь, и послушалась совета старухи.
Возмездие пришло в ту же ночь. Уставшая от хлопот, связанных с погребением, дочь усопшей легла спать рано. Внезапно она проснулась, услышав посторонний звук. В коридоре явственно слышались старческие шаркающие шаги; скрипнула дверь туалета, щелкнул выключатель, зажурчала вода. От накатившего страха женщина вцепилась в руку спящего мужа. «Ты слышишь, слышишь?»—бормотала она, стуча зубами, но супруг, принявший на поминках изрядную дозу спиртного, лишь похрапывал. Часов до трех ночи в коридоре, на кухне и в комнате, где последнее время жила покойная, раздавались шаги, всхлипы, шорохи.
Кое-как дождавшись утра, перепуганная женщина начала рассказывать мужу и детям о пережитом ночью. Муж, как выяснилось, ничего не слышал, а дочь с сыном, оказывается, думали, что это ходит их мать, и не испугались.
На следующую ночь после двенадцати часов вся семья услышала шорохи, шаги, стоны, скрип дверей, доносящиеся из коридора и комнаты бабушки. Леденящий ужас охватил всех. Наутро все вместе отправились в церковь, благо был выходной. Поставили свечку, заказали заупокойную службу.
Вернувшись домой, женщина рассказала обо всем соседке, и та посоветовала на ночь плотно закрыть все двери и окна, чтобы дух не мог попасть в квартиру. Глупая дочь умершей послушалась. Стояло лето. Жара, не спадавшая даже ночью, превратила закупоренную квартиру в душегубку. Духота и взвинченные нервы не позволяли семье заснуть. А после двенадцати вся история повторилась: в комнате умершей раздался стук, затем всхлипывания, перешедшие в надрывный плач. Все это продолжалось до трех часов ночи.
Утром дети сказали, что больше ночевать дома не будут, и ушли к другой бабушке, а муж с вечера стал выпивать для храбрости полбутылки водки и лишь после этого ложился спать. Услышав ночью шаги и стоны, отхлебывал из бутылки, приговаривая: «Теща, оставь нас в покое, мы тебя хорошо похоронили».
Но полтергейст не унимался. И что только бедная женщина не делала: приводила священника—не помогло; просила знахарку—та посыпала углы квартиры маком, что-то шептала—не помогло!
От нервного перенапряжения молодая женщина попала в больницу, а муж чуть не стал алкоголиком!
Через сорок дней со дня смерти матери и бабушки в квартире все успокоилось, как будто ничего и не было. Дочь, выйдя из больницы, часто ездила на могилу к матери, плакала и просила прощения за то, что обидела ее, когда так по-глупому обошлась с ее вещами.

 

Н.Е.

Другие статьи этого номера