Как создать специальные образовательные условия для детей с ограниченными возможностями здоровья?

Как создать специальные образовательные условия для детей с ограниченными возможностями здоровья?

Сегодняшние реалии

Иногда как в родительской среде, так и в профессиональном школьном кругу можно услышать сетование на отстающих детей: «Просидел за партой год и ничему не научился». Но если за год ребенок не научился отвечать с места возле парты, не научился поднимать руку, выходить к доске и писать, открывать учебник по просьбе, быть может, учитель не подходил к его парте, а игнорировал; не спрашивал, какой сегодня день недели; не просил отвечать с места; не учил поднимать руку к ответу; не называл по имени, а только по фамилии, и наоборот? Представьте, что весь класс ушел на урок физкультуры, а один ребенок не пошел—про него попросту забыли. Или вот история: весь класс год ходил в столовую на обед, а ребенок с инвалидностью ее не посещал, так как родитель должен был написать заявление на эту форму обслуживания, но не написал, а школа не подсказала. Кто в данном случае виноват, а кто прав? Нет ни тех, ни других, а ребенок оставался без комфортных условий в школе и недополучал качественные услуги.
А теперь представьте, что в приведенных выше примерах речь идет о вашем обычном ребенке, которого вы отдали в 1-й класс общеобразовательной школы в надежде, что он тамстанет обучаться в коллективе и самостоятельно взаимодействовать с учителем и учениками в классе. У него появятся новые учебные навыки, интересы и новые друзья. И очевидным станет тот факт, что это какой-то абсурд по отношению к обычному ребенку.
Но для детей с нарушениями развития (детей-инвалидов, детей с ограниченными возможностями здоровья (ОВЗ), детей с поведенческими, ментальными нарушениями и др.), увы, это обычная история. Как приблизить наше общество к таким детям, создать комфортные условия пребывания в общеобразовательной среде настолько, насколько это возможно силами школы, учителей, родителей и волонтеров-общественников?

Немного об истории специальной педагогики

Первое упоминание об аномальных людях относится к 996 году, когда князь киевский Владимир Святославович в утвержденном им уставе о православной церкви обязал церкви «заботиться об убогих, нищих, юродивых». И можно смело заверить, что эти слова из нашего речевого обихода уже переходят в категорию архаизмов. Но история интересные факты хранит и рассказывает нам о том, что на уровне государственной власти следующим этапом внимания к этой категории людей стало закрепление права глухонемых при наследовании имущества (1649 г.).
Следующий этап в России можно выделить как организационно-попечительский, где государевым указом были созданы губернские госпитали для незаконнорожденных детей, специальные сиротские дома при монастырях. Во всех вновь организованных учреждениях находили поддержку инвалиды: глухонемые, калеки, убогие. А для умственно отсталых лиц была введена обязательная процедура предварительного освидетельствования с указанием признаков ненормальности. Для ужесточения данной процедуры Петр I ввел запрет «дуракам жениться и наследовать имущество».
Планомерное обучение и принципы воспитания аномальных детей и подростков впервые были провозглашены на Первом Всероссийском съезде по борьбе с детской дефективностью и беспризорностью в 1920 году. А оформление специального образования в систему завершилось к началу 30-х годов XX столетия. Помимо обычных школ были созданы школы-интернаты, причем некоторые из них—с профессионально-техническим уклоном, учреждались детские дома для аномальных детей и подростков, оставшихся без попечения родителей. В это время формируется задача специальной школы—подготовка выпускников к самостоятельной жизни и труду.
Основы современного специального образования и становление отечественной специальной педагогики во всех ее отраслях связано с научной деятельностью Л.С. Выготского. Его выдающиеся теоретические положения включают в себя понятие структуры дефекта (основной дефект и сопутствующие нарушения); дефект и возможность его компенсации и др. В педагогическом подходе идет правильная организация дефектологической помощи через нарушение. Но в социальном подходе формируется перенос заболевания на ребенка с указанием его дефекта и ненормальности. Это, в свою очередь, приводит к стигматизации и унижению человеческого достоинства. Например, можно услышать такую фразу: «…да что с него взять, он же дауненок». Если так говорят родители—допускается уменьшительно-ласкательное выражение в адрес своего ребенка. Но такое высказываение из уст специалиста считается недопустимым.
В послевоенный период шло развитие и становление медицинских наук—физиологии, генетики, отоларингологии, психиатрии, офтальмологии и др. Тогда же в рамках отдельных направлений начинает разрабатываться дифференциальная диагностика. В частности, тщательное изучение умственно отсталых детей и подростков позволяет выделить и отграничить от этой группы детей с нарушениями речи и задержкой психического развития. И это, в свою очередь, приводит к пониманию важности ранней помощи таким детям. На основе этого в 70-е годы прошлого столетия начинают открываться специализированные детские сады с привлечением специалистов: дефектолога и логопеда.
В этот же период сформировалась образовательная система, которая настаивала на отдельной форме обучения ребенка с конкретным заболеванием.

Современные реалии образования для детей
с инвалидностью

Кроме того, с 1995 года при общеобразовательных школах создаются классы коррекционно-развивающего обучения (КРО). Они организуются для оказания помощи детям, имеющим различные затруднения в обучении. Оно проводится по традиционной программе массовой школы. Особенностью классов КРО является небольшая наполняемость—они рассчитаны на 10-12 человек, а в процессе обучения школьникам оказывается специализированная помощь логопеда и психолога. Эти классы и сейчас работают в некоторых образовательных учреждениях нашего города.
Если посмотреть на проблему шире, то в Симферополе и некоторых городах Крыма уже существует замечательная, отлаженная система, которая работает по другой форме: это инклюзивная форма обучения, когда ребенка с особенностями не исключают из общеобразовательного пространства, а внутри общеобразовательного учреждения создают специальные образовательные условия. Инклюзия—это когда разные специалисты сообща обеспечивают поддержку семьи в процессе обучения и социализации особого ребенка.
На сегодняшний день в Крымском регионе по созданной инклюзивной системе обучается более 800 детей с различными нозологиями. И очень приятно, когда сейчас, в век технических возможностей, можно зайти на сайт ИРЦ Симферополя (http://krcppms.ru) и прочесть обращение специалистов к родителям: «Обратите внимание! Родители имеют право (ст. 44 ФЗ № 273 «Об образовании») выбирать: формы получения образования (очная, заочная, очно-заочная, экстернат, семейное); формы обучения (в школе, на дому, инклюзивное, индивидуальное, дистанционное); образовательную организацию (школу, гимназию, лицей и др.); язык, языки образования; факультативные и элективные учебные предметы, курсы, дисциплины (модули) (из перечня, предлагаемого школой) с учетом мнения ребенка, а также при необходимости—с учетом рекомендаций психолого-медико-педагогической комиссии».
Вот эта практика равных возможностей для всех. На таких специалистов можно держать равнение, с ними можно обсуждать инклюзию, спорить о ней, консультироваться. Что, собственно, и делают родители нашего города и Крыма: приезжают лично с ребенком на консультацию в ИРЦ Симферополя, где их принимают и подсказывают, как выбрать лучший образовательный путь.
Кстати, в нашем городе не один год ведется разговор о создании подобного инклюзивного центра, но пока он не создан. Родительской общественностью в Севастополе регулярно поднимается вопрос качества образования для детей с особенностями развития. И на сегодняшний день однозначно можно сказать, что процесс пусть со скрипом, но идет, медленно и хаотично. Общеобразовательная система перегружена обычными детьми, а до детей с особенностями ей почти нет дела. Пока единичные истории включения детей с такими нозологиями, как ДЦП, синдром Дауна или аутизм,—ещё не системная работа. Но это перспектива, которую стоит выстроить сообща с родительской общественностью, педагогами общеобразовательных учреждений и специалистами. И здесь хотелось бы привести в пример опыт города Пскова по работе с детьми с тяжелыми множественными нарушениями (ТМНР).

«Крыло надежды»

Благодаря поддержке фонда «Абсолют-Помощь» севастопольской организацией родителей детей-инвалидов «Особые дети» реализовывается проект «Программа «Крыло надежды», направленный на повышение компетенций специалистов и родителей детей с особыми потребностями. Так, в Севастополе 23-25 сентября прошли курсы повышения квалификации для специалистов общеобразовательных организаций «Организация образования обучающихся с выраженным нарушением интеллекта, с тяжелыми множественными нарушениями развития». Два дня курсы проходили на базе технопарка «Кванториум».
Для проведения курсов были приглашены лекторы из Федерального ресурсного центра по развитию системы комплексного сопровождения детей с интеллектуальными нарушениями, с тяжелыми множественными нарушениями развития (ТМНР): директор Андрей Михайлович Царев, замдиректора Оксана Юрьевна Сухарева, методист Елена Анатольевна Рудакова (г. Псков). Участие в курсах приняло около 100 специалистов школ, дошкольных учреждений, специализированных школ-интернатов как Севастополя, так и Крыма.
На курсах речь шла о той категории детей, которые раньше считались необучаемыми и помещались в специализированные дома-интернаты стационарного, закрытого типа. Вход и выход таким детям был ограничен, и доживали они, как правило, свой очень короткий век в лучшем случае под присмотром санитарки или медсестры.
Считалось, что некоторым детям со сложностями развития повезло: родители стояли на страже своего ребенка и не отдавали в дом-интернат, а сами занимались заботой, уходом и обучением. Ситуация стала понемногу меняться с приходом перемен в социальной сфере, с пониманием важности инклюзивной среды. К такой категории детей стали присматриваться внимательнее и обучение ребенка строить с учетом его индивидуальных особенностей. А специальная педагогика шагнула за пределы школ-интернатов в обычные сады и школы.
На сегодняшний день в нашем городе мы имеем внушительный пробел в обучении детей с особенностями развития, особенно тяжелобольных со множественными нарушениями. Как говорится, реалии оставляют желать лучшего.
Но ситуация меняется благодаря принятию федеральных образовательных стандартов, где для детей с ТМНР определен четвертый уровень по ФГОС. На сегодняшний день лица, которые вообще не прошли обучение ни в одном из образовательных учреждений, подросли, и это люди, которым за 18+. Образовательные стандарты изменены, а это значит, что с детьми со множественными нарушениями будут работать специалисты согласно СИПР (специальная индивидуальная программа развития). Теперь это касается каждого ребенка с ТМНР, и основной упор будет сделан на жизненные компетенции, это жизненные навыки, которые пригодятся ребенку в дальнейшей жизни. Образовательная составляющая с академическими часами возможна, но, как правило, будет небольшой. Главным будет упор на самостоятельность ребенка, обслуживание себя в быту, в жизни.
В основе курсов был представлен опыт Центра лечебной педагогики и дифференцированного обучения в Псковской области, который продвинулся в этом направлении дальше всех. На курсах была представлена отработанная форма обучения с созданием классов-комплектов с малым количеством учеников, которые могут обучаться по одной программе, но быть разного возраста. В этом классе могут обучаться дети, которые пошли в 1-й класс, но одному ребенку исполнилось 8 лет, а другому 9. Например, в этом классе также могут обучаться дети второго и третьего года обучения. Следующий класс подразумевает обучение детей, которые отделены от предыдущего трехгодичным интервалом. Это такая ступенчатая система, которая вбирает в себя детей с похожими нозологиями, с похожими образовательными программами. И в таком классе должны работать несколько специалистов, которые выполняют роль и тьютора, и сопровождающего, и педагога.
Важным моментом стало то, что на курсах повышения квалификации специалисты научились разрабатывать СОРП (структура и особенности разработки программы) с помощью использования информационных технологий, а именно: непосредственно была представлена вся нужная документация, которая хранится на сайте, и каждый может воспользоваться и попробовать себя в качестве специалиста по разработке программы. Для тех специалистов, кто не смог посетить семинар, представляем сайт по методической разработке программы: http://умксипр.рф
А теперь—отзывы участников курса.
«Да, в нашей школе есть такие дети. Один ребенок сидит в классе, но не учится почти ничему. Учитель говорит, что чаще сидит под партой, чем за ней, и она не знает, что делать с таким ребенком. Надеемся, что нам подскажут схему работы с ним»,—пишет психолог.
«В нашей школе есть такие дети. Некоторые со справками, а некоторые родители явно скрывают диагноз ребенка, и нам приходится также не обращать на них внимания. Мы мало занимаемся детьми с ограниченными возможностями здоровья, у меня, как специалиста, большая загруженность. Я скорее просто знаю о них, но специальные условия наша школа создать не может. В городе есть примеры других школ, которые занимаются такими детьми; пусть идут и обучаются там. А семинар—да, действительно полезен, но не думаю, что для нашей школы»—таково мнение социального педагога.
А вот что рассказывает педагог начальных классов: «Есть такие дети в классе. Сейчас стоит вопрос о переводе одного ребенка на индивидуальную форму обучения. Потому как по общей программе он не продвигается совсем. А в классе просто сидеть—не выход. Послушала курсы и понимаю, что им лучше создать обычные специализированные классы-комплекты, о которых говорят специалисты на курсах. И это будет выходом для всех».
«Я услышала, что лекторами в представленном варианте идет доплата учителям за таких детей. У нас в школе есть такие дети, и у меня в классе—тоже. Конечно, никакой доплаты мне не положено, со слов руководства школы. Надеюсь, со временем отношение к нам, учителям, работающим непосредственно с такими детьми, поменяется, в том числе будем получать как методическую помощь, так и материальное поощрение. А сами курсы считаю очень полезными. Особенно сайт с методической документацией. Спасибо организаторам и лекторам!»—пишет учитель.
—Поскольку СИПР сама по себе подразумевает выделение финансирования, то родительская общественность может контролировать этот момент, потому что для каждого такого ребенка набор необходимых услуг индивидуален, и это важно знать и учитывать,—говорит председатель СРОО «Особые дети» Аида Менанова.—Обучая специалистов, мы даем шанс тяжелым детям не «вылетать» из школ на домашнее обучение, а позволить максимально развивать жизненные компетенции с привлечением родителей, специалистов. Очень надеемся, что курс для специалистов был важным, они почерпнули новые знания. Осталось только защитить свои сертификаты—написать СИПР.
По этим отзывам можно судить о том, насколько специалисты беспокоятся о детях, о создании для всех образовательных условий в школах. Шишек за это время набили много, ведь система продолжает сталкивать лбами родителей и учителя, ребенка с особенностями развития с обычными детьми. Но нам кажется, что пришло время строить отношения по другому сценарию, и для этого стоит задуматься о том, какие реалии и перспективы ждут наших и ваших детей в образовательном будущем. Кому из детей создавать образовательные условия, а кому—нет? Ответ однозначен: мир один для всех!

А. ШАХОВА.

Другие статьи этого номера