В поисках «пропавшего» архитектора

В поисках «пропавшего» архитектора

Биография лейтенанта Шмидта—яркая и неоднозначная. Хотя, возможно, многое из «подробностей» его жизни—обыкновенный вымысел. Его трижды изгоняли с Российского императорского флота. Он скандально женился и умел легко потратить немалые деньги. Уже в советское время ему приписывались всевозможные пороки. Тем не менее человеком он был, очевидно, смелым и талантливым, а в историю России вошел как герой революции: в 1905 году Петр Шмидт возглавил севастопольское восстание, захватив крейсер «Очаков». Его именем названы улицы, архитекторы создавали в его честь памятники. Естественно, памятник лейтенанту Шмидту есть и в Севастополе—на месте его захоронения, точнее, перезахоронения, на кладбище Коммунаров. Памятник был создан по проекту Владимира Ретлинга и торжественно открыт в 1932 году. Как выяснилось, судьба этого архитектора тоже складывалась неординарно, а поиск информации о нем получился в духе передачи «Жди меня».

 

Творческие амбиции

В 30-е годы прошлого века главным архитектором Севастополя был Михаил Врангель. Эту должность он получил еще в 1922 году. Шестнадцать лет проектирование и строительство в городе осуществлялись под его руководством. Тогда же, в тридцатые годы, техническим отделом Севастопольского филиала треста «Крымгоспроект» руководил Владимир Ретлинг. Судя по всему, среди архитекторов того времени царила творческая атмосфера и конкуренция. На право создания памятника легендарному лейтенанту и казненным матросам претендовали сразу несколько человек.
Приближалась торжественная дата—30-летие со дня восстания на крейсере «Очаков». О событиях того времени написано в книге Владимира Шавшина «Каменная летопись Севастополя»: «В.К. Ретлингу поручили выполнить проект памятника революционерам. Вскоре он его представил: вертикальная стела из мраморного известняка с надписью, вокруг—ограда из такого же материала с бронзовой декоративной решеткой. Эскиз одобрили, и он приступил к разработке чертежей. В газете «Маяк Коммуны» (сегодня «Слава Севастополя».—Авт.) прошла информация об этом. В это время из ленинградского Музея ВМФ пришло письмо, которое изменило ситуацию. В нем приводилось завещание Шмидта с подробностями».
Тогда же было решено объявить конкурс на разработку проекта памятника. Рассматривалось пять вариантов. Три эскиза на конкурс представил сам Михаил Врангель, а еще два—архитектор Гаммер и скульптор Жилинский. Ретлинг не стал участвовать в конкурсе, но работу над своим проектом продолжил. Комиссия выбрала проект Гаммера. Но Владимир Карлович, судя по всему, был человеком, не лишенным амбиций и везения. Когда Гаммер уехал в Симферополь, Ретлинг выдвинул свой проект вне конкурса. И, нужно сказать, он победил. Работа над памятником досталась именно ему и скульптору Лихошерстову. Памятник проектировали на общественных началах, а материалы для работы удалось взять безвозмездно у различных городских организаций. Средства на оплату труда гранитчиков и мраморщиков выплатили минимальные. В 1935 году памятник торжественно открыли. Присутствовали «очаковцы» и сестра лейтенанта Шмидта—Анна Избаш.
Владимир Карлович Ретлинг для Севастополя сделал немало: по его проекту построено здание ЭПРОНа в Балаклаве (до наших дней оно, к сожалению, не сохранилось); здание водолазного техникума (опять-таки в Балаклаве); надстройка и пристройка здания ИнБЮМа и несколько жилых домов, в том числе на улице Адмирала Макарова (дом № 2).

 

Дорога в трудармию

В 1938 году Михаил Врангель был арестован и отправлен в симферопольскую тюрьму, а 11 апреля 1940 года за участие в так называемой антисоветской организации его осудили на 8 лет исправительно-трудовых лагерей. Судьба его складывалась крайне непросто. А вот Владимир Карлович Ретлинг продолжал руководить «Севгоспроектом». Но во время войны в СССР власти организовали трудармию: подвергшиеся принудительному трудоустройству советские граждане были этническими немцами, финнами, румынами, венграми, итальянцами, эстонцами, латышами, литовцами. Советские этнические немцы во время Великой Отечественной войны считались особенно неблагонадежными. К этой категории и принадлежал Владимир Ретлинг. В 1941 году его направили в трудармию—исправительно-трудовой лагерь «Бакалстрой-Челябметаллургстрой».
На момент выхода статьи в «Славе Севастополя» об историческом доме № 2 на улице Адмирала Макарова судьба Ретлинга оставалась для нас неизвестной. Но вот странное совпадение: у Владимира Карловича обнаружился полный тезка, который погиб в 1944 году в сталинском Усольлаге. Смущал один нюанс—в двух источниках по-разному была написана фамилия «почти тезки»: в одном—Ретлинг, а в другом—Ритлинг. А позже, когда пришел ответ из архивов Севастопольского музея-заповедника и с помощью общественника Сергея Смирнова удалось установить переписку с сыном архитектора, выяснилось, что все-таки это был другой человек. И, увы, жизнь «тезки» сложилась трагически.

 

Баловень судьбы

К «нашему» Ретлингу судьба оказалась благосклонной. Возможно, в силу его способностей выходить даже из самых опасных ситуаций. Во время войны он даже работал по специальности—занимался проектированием Челябинского металлургического завода.
«Моя мама—врач. И во время войны мы эвакуировались на поезде из Севастополя в Кокчетавскую область Казахстана,—написал Эрнст Владимирович, сын Ретлинга.—Мама работала в военном госпитале. А в августе 1945 года мы с ней переехали в Челябинск к отцу».
После войны Владимир Карлович Ретлинг стал в Челябинске известным человеком и возглавил проектный отдел в институте «Промстройпроект». Этот отдел занимался проектированием жилых и общественных зданий.

 

«С лейтенантом Шмидтом что-то неблагополучно…»

Именно к памятнику лейтенанту Шмидту, созданному по его проекту, Владимир Карлович относился с особенным трепетом. Спустя 30 лет после его открытия Ретлинг приехал в Севастополь и крайне огорчился, когда увидел, в каком состоянии находится монумент. Письмо, написанное им в 1965 году уже из Челябинска в адрес исполкома Севастопольского городского совета трудящихся, хранится в архиве музея.
«Все эти обстоятельства навели меня на грустные размышления, и я решил, что с лейтенантом Шмидтом что-то неблагополучно,—писал Ретлинг.—Прежде чем обратиться к вам, я сделал по этому поводу запрос в Центральный военно-морской музей Ленинграда. Начальник этого музея—капитан 1 ранга тов. Кулешов сообщил мне, что в этом музее имеется экспозиция, посвященная восстанию в ноябре 1905 года, имеются фотография Шмидта и ряд материалов о нем. В Ленинграде именем Шмидта названа набережная на Васильевском острове. Так что, надо полагать, Шмидт себя ничем не скомпрометировал».
Архитектор не знал, что на самом деле компромата на лейтенанта Шмидта накопилось предостаточно. Впрочем, дело было не в этом. «Как видите, памятник претерпел сильные изменения к худшему, и его совсем портит антихудожественная доска из белого мрамора с длинной и невыразительной надписью, безразлично положенная цепь и якорь позади памятника,—писал Владимир Карлович.—В этом году в ноябре будет 60 лет со дня восстания, и я хотел уже давно обратиться к вам с просьбой: к этой дате реставрировать памятник таким, каким он должен быть».

 

Счастливый финал

Нужно сказать, просьбу архитектора выполнили. Памятник реставрировал известный всем севастопольцам архитектор Станислав Чиж. Да и сейчас памятник лейтенанту Шмидту выглядит вполне ухоженно.
«Отец любил выращивать пальмы и кактусы. У него были книги по их выращиванию. Отец увлекался также фотографией,—написал Эрнст Владимирович.—В Челябинске по его проекту построен Дворец культуры треста «Челябметаллургстрой», который эксплуатируется до сих пор, а также административные здания и жилые дома. Мы жили в Челябинске в доме, построенном по его проекту».
И в Севастополе труды Ретлинга не пропали, хотя некоторые дома были разрушены во время войны. А умер Владимир Карлович Ретлинг в 1984 году в городе Волжском.
За каждым памятником, каждым зданием и мемориальной доской стоит чья-то судьба. Судьба людей, чей подвиг запечатлен в камне и мраморе, и тех, кто создавал эти работы. Действительно, каменная летопись. Лучше и не скажешь…

 

Анна БРЫГИНА.

На снимке: памятник П.П. Шмидту (1935, 1954 гг.).

Анна Брыгина

Корреспондент ежедневной информационно-политической газеты "Слава Севастополя"

Другие статьи этого номера