Нужна ли Севастополю улица такого «героя»?

Нужна ли Севастополю  улица такого «героя»?Прошло более ста лет после Октябрьских событий 1917 года, но не утихают споры об этом времени, потому что слишком долго скрывали в архивах информацию о настоящей деятельности героев революции и Гражданской войны, да и о самой революции тоже. Но если в честь героя назвали улицу в родном городе, то, наверное, мы должны знать об этом человеке достаточно много, не ограничиваясь сухими строчками с мемориальной доски.
Именно так я и думала, когда решила подробнее узнать о деятельности Павла Дыбенко—революционного матроса, в честь которого названа улица, на которой находится наша гордость—Черноморское высшее военно-морское ордена Красной Звезды училище им. П.С. Нахимова.

Честно сказать, я пожалела о своем решении. И долго сомневалась, прежде чем вынести на суд читателей найденную информацию, потому что иногда лучше жить в счастливом неведении. Но все мы люди взрослые, живем в своей стране и имеем право на правду. Тем более, в наш век интернета ее и скрыть практически невозможно.
Что мы знаем о Дыбенко из официальных источников?
Сайт города Севастополя: «Павел Ефимович Дыбенко (1889-1938)—советский военный деятель. С 18 лет принимал участие в революционном движении. С апреля 1917 г. он был председателем Центробалта, участником Октябрьского вооруженного восстания в Петрограде. С 26 октября по март 1918 года—член коллегии, а затем народный комиссар по морским делам. Летом 1918 г. был направлен на подпольную работу на Украину. В августе 1918 г. его арестовали в Севастополе и заключили в городскую тюрьму. В октябре был обменен на пленных немецких офицеров. С февраля 1919 г. командовал 1-й Заднепровской дивизией и Крымской армией, которая освобождала Крым и Севастополь от белогвардейцев и интервентов» (http://www.sevastopol.info/streets/dybenko).
Больше никаких подробностей наши местные краеведы о деятельности этого матроса не сообщают.
Советские историки добавляют, что легендарный балтийский матрос и русский революционер Павел Дыбенко с 1912 года был членом РСДРП, мужем Александры Коллонтай, в 1935 году назначен командармом 2-го ранга, награжден тремя орденами Красного Знамени, золотыми часами ВЦИКа, серебряными часами Ленсовета и лошадью. В 1938 году его арестовали. 29 июля 1938-го Дыбенко расстреляли. А в 1956 году он в числе первых жертв сталинского террора он был реабилитирован.
Ну а теперь то, что оставалось за официальными строчками о жизни и деятельности Павла Ефимовича Дыбенко, простого матроса из крестьянской семьи, который пережил головокружительный взлет, а затем был расстрелян той самой властью, за которую боролся.
Подпольную революционную деятельность матрос Дыбенко начал вести задолго до революции. А в 1916 году, во время Первой мировой войны, когда служил на военно-транспортном корабле в порту Гельсингфорс (ныне Хельсинки), отличился, например, так: во время прорыва немцев к Петрограду Дыбенко сумел убедить несколько сотен матросов и солдат не участвовать в сражениях. За что был приговорен всего лишь к сорока дням гауптвахты. Можете себе такое представить во время Второй мировой войны?
В февральскую революцию 1917 года Павел Ефимович отметился в вооруженном восстании в Петрограде. В марте стал депутатом Гельсингфорсского Совета депутатов армии, флота и рабочих. В апреле 1917 года Дыбенко, увидев известную революционерку Александру Коллонтай в окружении матросов и услышав ее пламенную речь, приходит в восторг и на руках выносит ораторшу с корабля. С этой минуты завязывается роман между 28-летним матросом и 45-летней революционеркой-дворянкой, соратницей Ленина, еще в молодости бросившей маленького сына и законного супруга и ушедшей с головой в революционную деятельность. Пожалуй, не стоило бы упоминать об этой любви, она недолго длилась, несмотря на законный советский брак, если бы Коллонтай не принимала активного участия в удивительном вертикальном взлете карьеры Дыбенко, начавшегося сразу после их встречи.
Именно Коллонтай посоветовала Ленину назначить Дыбенко председателем Центробалта, и хотя Ленин понимал, что полуграмотный матрос не соответствует должности адмирала, согласился на этот шаг, ведь революции требовался преданный солдат, готовый выполнить любой приказ партии. 30 апреля 1917 года Дыбенко был назначен председателем Центробалта матросским органом власти и признал Временное правительство. 16 июня 1917 года П.Е. Дыбенко стал членом первого образованного во главе с В.И. Лениным Советского правительства.
В ночь на 25 октября (7 ноября) 1917-го во главе революционных матросов Балтики был Дыбенко, именно он отдал приказ «Авроре» дать залп, поделивший нашу страну на своих и врагов. В первые часы после захвата Зимнего дворца Дыбенко выполнил спецоперацию по изъятию в Министерстве юстиции судебного дела «О немецких деньгах для партии большевиков», которое вело Временное правительство, а Ленин и Коллонтай тут же уничтожили добытые Дыбенко документы германских и шведских банков, проливающие свет на спонсоров русской революции.
После всех этих головокружительных событий «адмирала» Павла Ефимовича Дыбенко, сосредоточившего в своих руках всю власть на Балтийском флоте, понесло: он принялся с упоением «резать контру», вместе со своими матросами расправлялся с офицерами флота. Как правило, перед этим они для смелости наведывались в императорские винные погреба. По воспоминаниям очевидцев, Дыбенко и его опричники кувалдами забивали мичманов и лейтенантов, старших офицеров топили в ледяной воде, не позволяя выбраться из-подо льда, насиловали их жен, зверски издевались над детьми офицеров. Только в октябре-декабре 1917-го дыбенковские матросы убили и замучили в Петрограде и на базах Балтийского флота около 300 морских офицеров и еще столько же армейских офицеров и просто буржуев, попавших под руку. Погибли сотни невинных людей…
А Дыбенко ждала еще одна «архиважная», как говаривал Ильич, «спецоперация». Большевики, совершив революцию, в октябре-декабре 1917 года называли себя Временным Советским правительством, заявляя, что берут власть до созыва Учредительного собрания и в случае поражения на выборах в Собрание «уступят воле народа». Но когда из 715 депутатов избранными оказались только 183 большевика, Ленин решил во что бы то ни стало удержать власть, ликвидировав Учредительное собрание, и в ноябре 1917 года поручил Дыбенко заняться этой проблемой.
В начале января 1918 года на улицы Петрограда вышли десятки тысяч демонстрантов— рабочие, интеллигенция и гарнизонные солдаты, которые требовали демократии и передачи власти Учредительному собранию. Дыбенко лично отдал приказ своим матросам открыть огонь из пулеметов по людям на углу Невского и Литейного проспектов. Выступление демонстрантов было жестоко подавлено, о созыве Учредительного собрания велено было забыть навсегда. А Дыбенко после ликвидации «учредиловки» получил огромную силу и власть, его даже стали называть «матросским Наполеоном».
Когда 18-20 февраля 1918 года немцы нарушили мирный договор и начали наступление против молодой Советской республики, под Нарву отправили Дыбенко со своим войском. Но оказалось, что воевать с вооруженным противником—это не безоружных демонстрантов расстреливать: в первом же бою под Ямбургом отряд «Наполеона» Дыбенко панически бежал с позиций, забыв о крепости Нарве, что прикрывала столицу с запада. Его матросы очень резво преодолели 120 километров от линии фронта, добежав до тыловой Гатчины. В довершение позора «дыбенковцы» захватили на железнодорожных путях несколько цистерн со спиртом и хорошенько отпраздновали свое спасение.
Ленин в передовице в «Правде» 25 февраля 1918 года по поводу сдачи Нарвы писал о «мучительно-позорном сообщении об отказе полков сохранять позиции, об отказе защищать даже нарвскую линию, о неисполнении приказа уничтожить все и вся при отступлении; не говоря уже о бегстве, хаосе, близорукости, беспомощности, разгильдяйстве». 6 марта отряд матросов был разоружен и отозван, 7 марта глава ЧК Феликс Дзержинский приказывает арестовать Дыбенко.
16 марта 1918 года на IV съезде за сдачу Нарвы, бегство с позиций, отказ подчиняться командованию боевого участка, за развал дисциплины и поощрение пьянства в боевой обстановке, за другие многочисленные преступления по должности Дыбенко был отстранен от командования флотом и исключен из партии. Его покровительница Коллонтай в марте 1918 года за выступления против Брестского мира лишилась поста наркома, была выведена из ЦК партии, на время потеряла влияние в руководстве и не могла помочь Дыбенко. Но его матросы взбунтовались, требуя освободить своего вожака, и 25 марта его выпускают на поруки, а через несколько дней Коллонтай и Дыбенко со своим отрядом исчезают из столицы и устремляются в сторону Самары, надеясь скрыться в провинциальном хаосе. Газеты конца марта—начала апреля 1918 года пестрят сенсационными сообщениями о бегстве отстраненных наркомов, в них пишут подробности о похищении «Дыбенкой» 700 тысяч казенных денег и о буйствах его отрядов на железнодорожных станциях. Правительством был подписан приказ о розыске и аресте отставных наркомов.
В апреле 1918 года Дыбенко оказывается в Самаре, где переходит к левым эсерам. На некоторое время Дыбенко даже становится лидером «Самарской республики» и самарской оппозиции к власти большевиков. Вместе с ним находится и Александра Коллонтай. Теперь два бывших члена правительства выступают против Ленина и мира с немцами. Дыбенко рассылает на все флоты и эскадры Советской России телеграммы, в которых сообщает, что его арест был вызван боязнью правительства перед разоблачениями, которые должен был сделать отстраненный от дел нарком на IV съезде Советов. Эти разоблачения касались истории «немецких денег» и злоупотреблений новой власти в расходовании средств, доставшихся ей от Временного правительства. Дыбенко призывал потребовать у Ленина денежного и делового отчета СНК, а рабочих «самим решать свою судьбу», подталкивая их к восстанию.
Но в скором времени из Москвы от Ленина в адрес Коллонтай приходит сообщение с обещанием, что ей и Дыбенко не надо бояться ареста, что ему вместо сурового военно-революционного трибунала будет судить обыкновенный «народный суд», после чего простят. И наш оппозиционер покидает Самару как раз в тот момент, когда матросы вместе с анархистами, максималистами и левыми эсерами подготовили восстание. Отъезд Дыбенко лишил их авторитетного лидера, и 18 мая 1918 года начавшееся восстание «левых» Самары против ленинского диктата и Брестского мира было подавлено, оппозиционеры были расстреляны.
А в это время в Крыму и на Украине тоже происходили важные события: 19 апреля немецкие войска, вошедшие на Украину по договору с Центральной Радой, приступили к оккупации Крыма и 1 мая, подавив сопротивление Крымской армии, в Севастополь вступили воинские формирования вооружённых сил Германской империи. И советская власть «во искупление грехов» в июле 1918 года отправляет Дыбенко на подпольную работу в оккупированную немецкими войсками Украину. Однако, побыв две недели в Одессе и не связавшись с подпольем, Дыбенко приезжает в Севастополь. Здесь через десять дней подполья он был арестован как «большевистский лидер» и посажен в тюрьму. За массовые убийства морских офицеров в 1917 году ему грозит расстрел. Но через пару месяцев, в конце августа 1918 года, советское правительство обменяло Дыбенко на нескольких пленных немецких офицеров.
Затем он активно воюет на фронтах Гражданской войны то вместе с Махно, то против него, то снова просит его о помощи, и они вместе воюют, но в конце концов, принимает участие в жестком подавлении «махновщины».
В 1919 году командование направляет части Дыбенко на Донбасс для защиты от наступления «белых», но он решает самовольно захватить Крым. Дыбенковцы прорываются через Перекоп, быстро захватывают весь полуостров (кроме Керчи), и в начале мая 1919 года Дыбенко провозглашает создание Крымской советской армии, которая не подчинялась Украинскому фронту, и создает Крымскую Советскую Социалистическую Республику в составе РСФСР. Себя он назначил наркомом военных и морских сил Крыма, председателем Реввоенсовета Крыма, командующим Крымской армией. Александра Коллонтай была назначена начальником политуправления Крымской армии, но фактически стала «крымской царицей» и курировала все идеологические и политические вопросы. Короткая военная диктатура Дыбенко в Крыму получила название «дыбенковщина» и снискала недобрую славу, потому что революционный матрос знал только один метод убеждения—расстрел. И расстреливал даже за малейшую провинность, включая опоздания на работу на несколько минут. Функции Советов и даже руководящих партийных органов были сведены на нет. «Крымское советское царство» Дыбенко просуществовало недолго. А Донбасс, который ему следовало защищать, захватили «белые».
1921-й—год всеобщего кризиса и хаоса в стране, год крестьянских восстаний против новой власти для Дыбенко оказался ступенью в служебной карьере. В марте 1921 года против большевиков восстала крепость Кронштадт. Гарнизон крепости, экипажей кораблей Балтийского флота и жители Кронштадта выступили против диктатуры большевиков и проводимой политики «военного коммунизма». Дыбенко был назначен командиром сводной дивизии карателей. Ленину было выгодно, чтобы матросов-бунтарей карал матрос, бывший бунтарь. М. Тухачевский так писал об этом штурме: «Я пять лет на войне, но не могу вспомнить, чтобы когда-нибудь наблюдал такую кровавую резню». До сих пор неизвестны цифры убитых, казненных, осужденных на медленное уничтожение в концлагере Соловки матросов-балтийцев. Историки называют от 7 до 15 тысяч жертв Кронштадта. Только смертных приговоров, санкционированных Дыбенко, было вынесено 2103. «Заслугой» Дыбенко было применение «заградительных отрядов» во время штурма, которые стреляли по своим—отступавшим или отказавшимся от штурма частям. За подавление матросского восстания, то есть за расстрел недавних товарищей-моряков, Павел Дыбенко получил орден Красного Знамени.
Второй орден Красного Знамени Дыбенко получает за подавление восстания крестьян Тамбовщины, которое вспыхнуло в апреле 1921 года. Свидетельства о подавлении этого бунта совершенно жуткие, каратели не щадили ни женщин, ни стариков, ни детей, против крестьян были использованы отравляющие газы. Это воистину одна из самых черных страниц нашей истории.
В 1922-м малограмотный Дыбенко с помощью жены экстерном «как особо талантливый» заканчивает военную академию, проучившись там не более года, становится генералом, а в последующем—видным советским деятелем, героем революции.
Но наступает 1937 год. В стране идут массовые репрессии. В мае принимать от Дыбенко Приволжский военный округ приезжает Тухачевский. Дыбенко, видя, как тут и там расстреливают бывших соратников, а ныне врагов народа, пытается спастись: клевещет на сослуживцев, пишет доносы на комкора Ивана Кутякова и вскоре участвует в «трагифарсе» ареста Тухачевского. Он дает лживые показания и выступает обвинителем на процессе, где перед судом предстали военные во главе с Тухачевским. На короткое время Дыбенко становится одним из семи членов Специального судебного присутствия, которое вынесло обвинительный приговор по «делу военных». 11 июня 1937 года восемь высших военачальников были приговорены к расстрелу.
Но уже через несколько месяцев и сам Павел Ефимович оказывается на заседании Политбюро ЦК партии, где от него требуют «открыться перед партией» и признаться, что он является немецким и американским шпионом. На этом заседании Сталин припомнил ему и тот факт из далекого прошлого, когда в 1917-м правительство Керенского объявило Дыбенко немецким шпионом, умолчав, правда, о том, что эти обвинения были направлены в первую очередь против Ленина. В отчаянии Дыбенко отправляет Сталину письмо, пытается доказать абсурдность обвинения в своем участии в шпионаже в пользу США. Но машина сталинского террора сбоев не давала.
25 января 1938 года Сталин и Молотов подписывают специальное постановление ЦК ВКП(б) и СНК СССР по факту «предательства Дыбенко». Справедливо было отмечено, что Дыбенко «морально-бытово разложился… давал очень плохой пример подчиненным»—это о его систематическом пьянстве, развратном образе жизни и кутежах. Но главным обвинением против него стали «контакты с американскими представителями»—обвинение в шпионаже.
В итоге Павел Ефимович Дыбенко был арестован как бывший царский осведомитель, участник «военно-фашистского заговора», троцкист и как завербованный еще в 1915 году шпион Германии и США. На следствии, которое проходило пять месяцев, Дыбенко признал под пытками и заговор, и шпионаж в пользу Америки, даже дал показания на «заговорщика» Буденного.
29 июля 1938 года Павел Дыбенко был казнен вместе с командующим Военно-Морскими Силами СССР В. Орловым и пятью командармами.
«Революция пожирает своих детей»—это утверждение верно. А вот стоит ли называть улицы в честь подобных героев революции, я, например, сомневаюсь.

Г. Лучкина.

 

Другие статьи этого номера